//PR Enter

Империя драконов. Возрождение

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Архив эпизодов [будущее] » Новая жизнь (Блейз&Хель)


Новая жизнь (Блейз&Хель)

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Участники:
Блейз, Хельхейм, два птенца.

Место действия:
Углубление в пещере. Земли стаи Тьмы.

Время и погода:
Ночь, начало осени - на улице настоящая буря - ледяной ливень, сильный ветер и раскатистый гром. Не видно ничего в пределах пяти метров, местность окутал густой туман. Вокруг абсолютная темнота - освещает пещеру лишь молния, часто сверкающая в небесах. (8052)

Цель и ситуация:
Почти 3 месяца назад самка отложила яйца,  и вот настал момент, когда птенцы решили вылупиться. Это знаменательный день для обоих родителей, которые так долго ждали появление своих первенцев. Правда, как и ожидалось, не все так гладко...

Предупреждения:
-

http://s8.uploads.ru/RYby6.jpg

Отредактировано Хельхейм (11 Май 2015 19:15:17)

0

2

Гроза разразилась совершенно неожиданно - не успел Блэйз и глазом моргнуть, как тучи, словно материализовавшись из ниоткуда, принялись щедро поливать луга, на которых некромант имел привычку охотиться. Хельхейм он всегда оставлял в логове в обществе двух яиц, которые по срокам уже должны были начать проклёвываться, а сам же добывал еду на ближайших просторах - благо, мест поохотиться было немало, да и за весну и лето живность неплохо прибавила в популяции, что не могло не радовать.
Давно оставив свою пещеру в Сеариве на попечительство слуг, однако, всё же прихватив с собой одного, Блэйз полностью перебрался в логово супруги, где и проводил с ней львиную долю времени то за разговорами, то просто лёжа рядом, что уже вошло в привычку. Драколича же некромант использовал сугубо для охоты - после того, как самка, к его превеликому удовольствию, породила целых два яйца, Блэйз не позволял ей бросать гнездо, да и сам чаще всего составлял ей компанию, дабы его половинка не сильно скучала. Лето прошло довольно быстро. До того быстро, что некромант даже не успел в полной мере насладиться прелестями самого тёплого времени года, однако, это было совершенно неважно - и Хельхейм и Блэйз с нетерпением ждали, когда же скорлупа начнёт трескаться, дабы наконец узреть плоды своей любви.
Так и в этот безоблачный день, решив поохотиться самолично, колдун оставил зомби сторожить вход в их с Хель логово. Поймав лишь одну единственную антилопу, некромант и угодил под проливной дождь, что его не особо порадовало, но тут вдруг Блэйз задумался - а вдруг это предзнаменование вылупления его птенцов? Конечно, чёрный никогда не верил в приметы, но а вдруг? Подхватив тушу животного лапой, дракон с трудом поднялся в воздух, встречая сильное сопротивление льющего с неба ливня, и рванул назад к пещере так быстро, как того позволяла беснующаяся стихия. Пару раз чуть не попав под удар молнии (всё же летать по грозе - не самая лучшая затея), некромант таки добрался до дома и легко впорхнул в огромный проход, оставляя за собой дорожку из водных капель, стекающих по его чёрной чешуе и падающих вниз. Одиноко сидящий у входа драколич даже не удосужил хозяина взглядом, ровно, как и сам Блэйз не обращал на того внимания - его сейчас интересовал другой вопрос. Пролетев над их с Хельхейм ложем, чёрный громоздко приземлился у тоннеля, ведущему к озерцу и заглянул внутрь.
- Дорогая, твой добытчик сегодня кроме воды на крыльях приволок лишь одну тушку... - прорычал колдун и оставив эту самую тушку лежать у трона, двинулся к их гнезду с сильно стучащим в груди сердцем, словно предчувствуя некоторые перемены. Так ожидаемые обоими родителями перемены в жизни...

Отредактировано Блэйз (28 Мар 2015 15:58:11)

+1

3

В углу пещеры, в небольшой ямке, устланной мхом, четко напоминающей гнездо, сидело черное пятно. У лап его смирно лежали два огромных белых яйца. Хель снесла их чуть ли не три месяца назад, вынашивая до этого более восьми месяцев. Для нее это была самая скучная пора за всю жизнь.  Еще во время беременности ее детища высасывали из нее все жизненные силы. За все время, пока она сидела в пещере, ведь Блейз не позволял ей улетать далеко и иногда и вовсе выбираться из пещеры, воительница сильно исхудала. То ли сказалось ее недоедание, то ли мышцы ослабли до такой степени. В любом случае, она стала еще угрюмее на вид. Саму  Хель это сильно волновало – для нее, как для воина, это было просто не позволительно.  Драконесса едва видела солнце – она еще больше приобщилась к мраку. Летняя пора пролетела быстро. Но яйца были важнее.
Конечно, временами ее скучные деньки скрашивал Блейз. Они в основном разговаривали, занимались своими делами, или просто сидели молча – но даже тогда Хельхейм чувствовала себя лучше. Она, к слову, сильно привязалась к некроманту. В ее душе даже стало возникать новое чувство, так называемая любовь. Но драконесса знала, что полноценной любви она никогда не испытает. Блейз был прилежным любовником и заботливым отцом – этого ей вполне хватало.
Срок вылупления яиц давно подошел, и даже прошел мимо. Однако, птенцы не спешили выбираться наружу. Целыми днями Хельхейм сидела над ними, переводя взгляд то на одно яйцо, то на другое. То, что было слева – большое, светлое, с серебристыми прожилками, иногда томно покачивалось из стороны в сторону но, словно взглянув на своего  недвижного братишку (или сестричку), останавливалось. Правое же яйцо было серым, с черными вкраплениями, много меньше левого. За все время оно ни разу не шелохнулось. Хельхейм много раз думала о том, что магия света в ее крови все же сделала свое дело, но каждый раз отгоняла эти мысли прочь. Этого просто не могло быть.
Пару часов назад Блейз покинул логово, отправился на охоту. В это же время началась буря – для осени весьма необычно. Темные величавые облака затянули небо, дождь хлынул моментально. Крупные капли стали разбиваться о вход в пещеру, ручейками стекая в низины пещеры. Сильный леденящий ветер проник даже сюда, в глубины, где даже в самую лютую зиму было тепло. Дракониха прижала к себе яйца плотнее, накрыв их крыльями. Но тут, вдруг, левое яйцо дрогнуло. Из него донесся цокающий звук. Птенец зашевелился! Самка, опустив голову почти до земли, ткнулась в него носом, и оно ответило новым покачиванием, но затем замерло. Хель вскинула голову наверх, шумно выдохнув: - Боги, прекратите же это скорее.
Через полчаса в пещеру залетел Блейз, таща в лапе некрупную тушку какого-то животного. Темный силуэт дракона, расплывавшийся от спадающих с него капель, подобрался ближе. Внезапно сверкнувшая молния осветила его озабоченную морду: - Дорогая, твой добытчик сегодня кроме воды на крыльях приволок лишь одну тушку...
-Ничего, душа моя, я не голодна, - тихо промолвила Хельхейм, понуро опустив голову к недавно двигавшемуся яйцу. Дракониха на самом деле не была голодна. В последнее время желудок никогда не требовал у нее еды, лишь иногда где-то в глотке возникало чувство тошноты. – Смотри, милейший, - она тыкнула когтем по верхушке яйца. Оно вдруг вновь дернулось, словно ощутившее прибытие второго родителя, наконец решив вылупится. – Видишь? – Хель не сводила глаз с белого круга перед своим носом. Яйцо качнулось еще раз, и вдруг на верхушке его появилась трещина. Затем еще одна, которая тут же опустилась ниже.

+1

4

В конце пещеры, прямиком перед тем самым озером, Хельхейм сидела в своей стандартной позе - внимательно наблюдая за обоими яйцами. За то время, что она провела в логове, драконша сбросила добрую часть своего веса, и частенько отказывалась от еды, на что колдун лишь ворчал, но насильно запихивать еду в пасть своей пассии не собирался. Более того, вид самки за последние несколько недель заметно стал намного угрюмее. Ещё бы - срок вылупления успел пройти, а движений так и не было. Вернее, они были - то яйцо, что покрупнее, довольно часто шевелилось, а вот второе лежало в гнезде мёртвым грузом. Некромант даже сам уже начинал переживать на этот счёт, ибо сколько можно? Как он слышал, птенцы вылазили из яиц спустя пару месяцев. Блэйз, конечно же, не считал дней, но лето уже кончилось, а с ним и срок вылупления постепенно прошёл, будто издеваясь над тёмными драконами.
Хельхейм лишь мельком взглянула на своего супруга, после чего тут же внимательно уставилась назад на лежащие у её лап два овальных яйца. Этот взгляд чем-то отличался от обычного и Блэйз поспешил подойти к чёрной. Остановившись позади неё, некромант с интересом вытянул шею и внимательно оглядел гнездо, впившись взглядом в каждое яйцо, словно мысленно подначивая их наконец выбраться на свет. Тут-то он увидел, что крупное яйцо шевелится, да при том целенаправленно.
– Смотри, милейший. Видишь? - прорычала Хельхейм, не глядя на Блэйза и слабо коснувшись когтем качающегося яйца, на что то издало тихий хруст, будто кто-то наступил на тонкий слой льда на луже. Обойдя драконшу сбоку и сев рядом с ней, колдун со слегка округлившимися от нетерпения глазами, принялся смотреть, как идущая от верха скорлупы трещина довольно быстро обрастает паутинкой новых трещин, продолжая довольно громко хрустеть. На миг уже полностью покрытое полосами трещин яйцо замерло, словно передумало, но в следующее мгновение верх скорлупы провалился в себя, а из яйца раздалось какое-то невнятное ворчание. Стукая когтями по камню от нетерпения, Блэйз всё же не удержался и подавшись вперёд, осторожно подковырнул когтем скорлупу и отбросил в сторону, открыв обзор на тут же сщурившегося и сжавшегося в комок чёрного птенца.
- Да неужели! - восторженно прорычал колдун и с упоением подхватил половинку яйца, в котором и сидел его отпрыск.
- Смотри, Хель, какой крупный! Или крупная... - с воодушевлением зарычал Блэйз, приблизив лапу с дракончиком к самой морде и восторженно на него глядя. А полюбоваться действительно было чем - новорождённая, как потом всё же понял некромант, уже имела крупные защитные пластины на теле, а так же небольшие шипы на плечах и кончике хвоста. Два маленьких аккуратных рога шли от черепа назад, немного цепляясь за чёрные жилистые крылышки. Сказать, что колдун был доволен - ничего не сказать. Он был просто в блаженстве.
- Вовремя папочка подоспел домой! - тихо прорычал Блэйз и с упоением потёрся носом о мордашку удивлённой драконессы, которая слегка высунула голову из скорлупы и оглядывала обоих родителей янтарными, как и у Хельхейм, глазами. Словно вспомнив, что один птенец - не совсем полный состав его кладки, колдун сощурился и скосил взгляд на всё так же неподвижное сероватое яйцо, которое, видимо, даже не собиралось проявлять признаков жизни. С ожиданием глядя на яйцо около минуты, некромант с сожалением перевёл взгляд на самку и вздохнул. Видимо, судьба распорядилась наградить их лишь одним птенцом... Вздохнув ещё раз, Блэйз вновь поднял глаза на новорождённую и слабо улыбнувшись, ткнулся носом в её носик, от чего та слабо втянула голову в плечи и что-то снова невнятно проворчала.

0

5

Наконец, крупное яйцо полностью покрылось трещинами. Блейз же, не удержавшись отковырял скорлупу, на что самка недовольно зашипела: - Птенец сам должен выбраться. Не сможет, значит слишком слаб, чтобы жить. – Так было заведено в ее понимании. Мать ее говорила тоже самое – Хель проклюнуться никто не помогал, и, как видите, теперь она сильна по жизни – как и духом, так и телом. Но, взглянув на выглянувшую темную малышку с большими янтарными глазами, Хель умилилась. Она была массивна и мощна для своего возраста – тело ее уже покрывали пластины и шипы. – Эта в тебя, дорогой, - обратилась она к своему супругу, натянув улыбку, -  и нарекаешь ее ты. Блейз восторженно что-то заговорил, подхватив яйцо, в котором сидел птенчик, и приблизил ее к себе. Новорожденная смотрелась маленькой плюшевой игрушкой на фоне своего огромного отца.
Однако все внимание Хельхейм отныне было приковано ко второму яйцу, мертвенно-бледному. Черные прожилки на нем вдруг посинели и пожелтели, словно организм в яйце мертв уже давно. Дракониха понимала, что если оно  не проклюнется в ближайший час, ей придется скинуть яйцо в ущелье. Отложила она его почти сразу же после первого, так что в теории, они должно были проклюнуться одновременно. Блейзу она позволила потискаться с новорожденной драконшей (в том, что это именно девочка – она не сомневалась), а сама же она примкнула подбородком к полу, впившись глазами в серое яйцо. Шумно выдохнув, дракониха, словно змея какая, сделала пару шагов в сторону, оставив голову  на том же уровне. – Давай же, дитя мое, будь сильным, - прорычала она, скребя когтями мох вокруг. Она начинала злиться, причем причина самой злости была не ясна. Скорее всего, все сразу просто навалилось на драконессу, и спокойствие ее дрогнуло. Спустя еще пару минут Хельхейм вновь нетерпеливо запыхтела, обдавая горячим дыханием недвижное яйцо, и затопталась. Взгляд ее, печальный, тяжелый, пал на Блейза. Но дракониха не промолвила и слова, а лишь уселась к нему спиной, опустив голову вниз. Хвосты ее изредка дотрагивались до яйца, подначивая его хоть к какому-то движению. Но прошла минута, пять, десять, час – птенец не пошевелился ни разу. Здесь терпение Хель задрожало – она, обхватив яйцо хвостом, решительно зашагала в сторону выхода. Тогда она была готова лишь запугать птенца его возможной смертью, если он не вылупится, но когда драконесса приблизилась к обрыву, взвив хвосты над пропастью, в голове мелькнула мысль ослабить хватку, позволив тем самым  птенцу разбиться. Но вот чудо – спустя мгновенье серый комок вдруг вздрогнул, заерзал , хоть и слабо, и Хель с надеждой поставила его на землю, в нетерпении похлопав крыльями. Спустя минуту дрожания, яйцо разом раскололось пополам, скорлупа рассыпалась, словно хрупкое стекло, а на землю вывалился черно-белый комок, покрытый слизью. Выглядел он, мягко сказать, мерзко – худое тонкое тело, покрытое мягкой кожей и шерстью, совершенно гладкая голова, без каких либо наростов или защиты, тонкая пасть с выпирающими зубами и огромные жуткие глаза. Хель не раздумывая облизала это существо, отчистив его, но вид у новорожденной лучше не стал. Птенец закашлял, содрогаясь всем телом.Темная драконесса отчаянно зарычала, треснув хвостами о землю и распахнув крылья. Взгляд ее пал на Блейза. Он должен был понимать, что такая особь будет по жизни слаба и немощна, постоянно больна. Но убивать ее сейчас – Хель уже не хотела. Что-то остановило ее.

0

6

Блэйз не хотел нарушать напряжённой тишины, ибо видел, что Хельхейм совершенно не была спокойной - второе яйцо так и не подавало признаков жизни. Возможно, птенец внутри уже давно мёртв, как рассказывала самка про своих так и не родившихся братьев, но говорить эти тяжёлые для них обоих слова не стал. Уж кто, а драконша сама это прекрасно осознавала, но в её глазах всё же теплилась надежда и некромант всем сердцем желал, чтобы надежда оправдалась. Мечта сбылась... Прошло довольно много времени, гроза перетекла из бурана в обычный ливень, колдун вытащил свою дочь из обломка скорлупы и усадил себе на лапу, молча любуясь ей, а та в свою очередь внимательно осматривала отца, иногда поглядывая на хмурую мать, которая неотрывно следила за вторым яйцом. Колдун понимал, что если в ближайшее время то так и останется бездвижным, Хельхейм просто выбросит его подальше, чтобы со временем забыть об этой утрате - она и так шикнула на него, когда он отбросил и так сломанную скорлупу, свято веря, что птенец должен полностью сам выбраться на свет божий. Но он знал, что Астрид... да, именно таким волевым именем Блэйз решил назвать свою первую за всю жизнь дочь... Он знал, что той не составит труда разломать и всю скорлупу, поэтому, движимый своим нетерпением, сделал это быстрее. Всем своим нутром желая, дабы яйцо и сидящий в нём внутри дракончик, наконец, дали о себе знать, Хельхейм не сводила с него глаз и всячески старалась как-то его расшевелить - то лёгкими касаниями, то словами, но яйцо оставалось глухо. Спустя час, за которое чёрный так и не сказал ни слова, дабы не злить и без того укоряющую себя из-за подобного самку, с измождённой мордой драконша схватила хвостом яйцо и вполне решительно направилась к выходу. Некромант знал, что она хочет сделать, но останавливать её не стал, лишь потащившись следом за ней и поглядывая на смиренно сидящую в его лапе Астрид. Остановившись невдалеке от лича, на которого тут же перешло всё внимание новорождённой, Блэйз с тяжёлым сердцем смотрел на то, как Хель вытянула хвост с зажатым в нём яйцом. Колдун даже было хотел отвернуть морду, дабы не видеть поступка супруги, но та вдруг замешкалась и поставила яйцо на мокрую от косого дождя землю, с надеждой глядя на него. Прищурившись и сделав несколько шагов вперёд, Блэйз с превеликим удовольствием услышал такой же тихий хруст скорлупы, который до этого уже внимал от своего первого отпрыска, и, спустя всего лишь несколько секунд, яйцо рассыпалась на небольшие куски, открыв взору чете чёрных драконов ещё одно их отродье. Вид у птенца был крайне плох, но это не помешало Хельхейм тут же облизать его от яичной слизи. Птенец тут же негромко закашлял, содрогаясь так, словно испытывая спазмы, на что Блэйз как-то неопределённо скривил морду - скорее всего, этот их детёныш протянет недолго... Подняв глаза на супругу, некромант встретился с её отчаянным взглядом и вздохнул, не зная, что ей сказать. А говорить ничего и не требовалось - Хель сама всё знала...
- По крайней мере, он... или она справилась со скорлупой сама... - натянув слабую улыбку на морду и слегка повертев головой, прорычал колдун, от чего Астрид невольно вжала голову в шею, ещё не привыкнув к голосам своих родителей, и подозрительно покосилась на Блэйза, - Вспомни себя, золотце моё... Нужно дать малютке шанс на жизнь... Ежели жизнь окажется в тягость, смерть всегда успеет прервать мучения... - как колдун не хотел приободрить свою половинку, но нагло врать ей, что всё будет хорошо он не мог, от чего и выдал всю правду сразу.

Отредактировано Блэйз (29 Мар 2015 00:17:43)

+1

7

Черно-белый комок, судорожно вдохнул, тихо похрипывая, словно задыхаясь, а затем попытался подняться. Но тонкие ноги не удержали пошатывающееся тело – птенец рухнул обратно на землю, плюхнувшись в лужу. Тыкнувшись носом в свои же лапы, существо вдруг чихнуло – из носа его вырвался маленький язычок пламени. Хельхейм, недоумевающее заворчав, взглянула на Блейза. Огонь? Драконесса уныло покачала головой, запыхтев. Дед ее был солнечным, но то, что огненные гены его передадутся ей,  а через нее и ее дочери, она и думать не могла. Третья стихия! Возможно ли такое? Темная драконесса, потоптавшись на месте, задумалась. Чудо, что птенец вообще вылупился. Значит, он вдвойне силен, раз не погиб еще в яйце. Значит, он будет жить. Птенец, наконец откашлявшись, вдруг вытянулся и взглянул на свою мать, громко заурчав. Звук этот был особо грубым и резким. В больших глазах  его было что-то необычное, крайне завораживающее и пугающее. Будто бы за взглядом этим таился разум старого дракона. Хель ответила таким же внимательным взглядом, нагнувшись ниже.
Блейз все это время наблюдал за Хельхейм, не произнося и слова. Так было лучше – сейчас драконессе не нужны были слова, она и так все понимала и не позволяла неведомым ранее чувствам охватить ее разум. – Она справится, - вдруг сурово проговорила самка, сложив крылья. Вид ее в миг стал заметно спокойнее, будто бы взгляд новорожденной как-то подействовал на нее.  Глубоко вздохнув, Хель аккуратно обхватила птенца хвостом и быстрыми шагами направилась обратно в пещеру, взглядом приказав Блейзу следовать за собой. Ей еще нужно было познакомиться со своей старшей.
Вернувшись к гнезду, Хельхейм сначала улеглась сама, а затем уложила черно-белый комок у своих лап. Тот, словно неживая игрушка, смирно уселся туда, куда его поставили. Пристальный взгляд птенца переполз на отца, когда тот приблизился. Вновь послышалось урчание. Похоже, оно все понимало. Хель ткнулась носом в его бок. Девочка.
Две девочки. И обе живы. Удивительно, подумалось драконессе, как все сложилось.  Однако не ясно, как сложатся судьбы их дочерей. Темная погладила хрупкую драконицу лапой, опустив голову ниже: - Ингрид,- пророкотала она с растягиванием "р", взглянув на Блейза. Имя, конечно, не совсем подходящее. Оно символизирует красоту, коей у птенчика не было. Взгляд янтарных глаз пал на черный комок, сидевший рядом с Блейзом. На морде Хель появилась улыбка: - Каково ее имя?

Отредактировано Хельхейм (29 Мар 2015 13:31:46)

0

8

Блэйз так же удивлённо посмотрел на небольшой огненный язычок, который выдала их с Хель вторая дочь. Разве у них в роду присутствовали огненные драконы? Да и, пусть даже так, вероятность подобного была крайне мала. Однако, что уже удивляться? Такой безнадёжный птенец смог вылупиться, имел странный вид, да ещё и дышал огнём...
– Она справится. - словно прочитав мысли некроманта, прорычала драконша и подхватив их второе чадо хвостом, направилась назад в пещеру, дав знак Блэйзу следовать за ней.
- Никто не сомневается в этом, золотце... - с ухмылкой прорычал колдун и покосившись на сидящую в его лапе Астрид, которая в свою очередь так же покосилась на отца, последовал за супругой, - Наши отпрыски должны быть самыми лучшими в этом мире...
Доковыляв с птенцом в лапе до гнезда, где Хельхейм уже успела расположиться и положить их второе чадо себе между лап, Блэйз осторожно поставил Астрид на землю, на что та как-то насуплено оглянулась на отца и вразвалочку пошла к матери и своей странно выглядящей сестре.
- Ингрид. - пророкотала Хель после недолгих нежностей с названной и подняла взгляд на супруга, решив узнать, как тот назвал их первенца.
- Астрид. - прорычал дракон и с довольной улыбкой прилёг с краю гнезда, вместившись лишь передними лапами, да головой. Склонив морду к Ингрид, некромант с интересом посмотрел её большие янтарные глаза и расплывшись в улыбке, нежно лизнул её мордашку, от чего та качнулась и заурчала. Покосившись в сторону, колдун подметил, что Астрид с интересом смотрит на свою сестрёнку, однако сидит дальше, не собираясь подходить.
- Давай, Астрид, как лежать яйцами в одном гнезде - так это вы быстро справлялись... - с усмешкой прорычал чёрный и лапой пододвинул птенца в объятия матери, после чего поднял взгляд на Хельхейм, - Лучик мой лунный, может, их стоит покормить? Не зря же я чуть не пропустил вылупление своих красоток...

0

9

Вот и прозвучало имя старшой дочери. Астрид. Хель, хмыкнув, расплылась в клыкастой улыбке: - Астрид – сильное имя. Такое же, как и сама она, - дракониха опустила голову к приблизившемуся черному комку и, тыкнувшись в бок, лизнула ее  в лоб. На эти действия Астрид лишь завалилась на бок, замахав лапами, и что-то довольно заурчала, уставившись на свою мать. – Ты прелестная, - прошептала Хельхейм потеревшись щекой о пузо драконицы.
- Давай, Астрид, как лежать яйцами в одном гнезде - так это вы быстро справлялись... – послышался голос Блейза. Дракон поддолкнул птенца к своей младшой сестренке. Хель напряженного на него взглянула.
Астрид, сделав два твердых шага к своей сестре, вытянула шею и принюхалась, а затем, опознав драконицу, протянула в сторону Ингрид свою пухлую лапу. Черно белый комок, не сразу заметив приближение Астрид, по началу лишь растерянно уставилась на нее. А затем, присмотревшись, подалась вперед, обнюхивая темную дракониху в ответ. Когда ей была протянута лапа, Ингрид, подумав, цапнула ее. Острейшие зубы прошлись по нежной плоти Астрид, причинив сильную боль, но та не подала виду, а лишь вернула свою лапу на место. Хель, хмыкнув, опустила голову на мягкий мох, оказавшись меж двух своих дочерей. – Живите мирно, дети мои, - пророкотала она, строго махнув хвостом, а затем лизнула каждого птенца в лоб.
- Лучик мой лунный, может, их стоит покормить? Не зря же я чуть не пропустил вылупление своих красоток... – подметил Блейз, и был совершенно прав. Хельхейм еще раз грустно улыбнулась и, кивнув, поднялась на ноги: - Да, думаю, стоит это сделать. Три месяца сидеть в яйце – это ж надо выдержку иметь, - на последних словах драконесса закатила глаза и запыхтела, несерьезно упрекая своих дочерей в такой неторопливости.
Захватив тушу животного хвостами, что все это время валялась у каменного трона, Хель потащила ее к гнезду. Бросив ее в метре от птенцов, дракониха оторвала крупный кусок мяса с ляшки животного, и кинула в само гнездо. Астрид, удивленно осмотрев красный кусок мяса, сначала обнюхала его, затем осторожно тыкнулась в него носом, размазав кровь по всей морде, и только потом сделала своей первый укус. Очевидно, что вкус мяса понравился ей, и дракониха стала аккуратно откусывать еще куски, довольно чавкая. Ингрид же, зашипев при виде массивного красного комка, не сразу подошла к нему. Лишь завидев, как сестра ее поедает это нечто, птенец недоверчиво приблизилась и принюхалась. Учуяв запах крови она вдруг взвизгнула и лизнула кусок мяса. Тут зрачки ее сузились, и дракониха бросилась к самой туше оленя, неуклюже шлепая тонкими ногами. Добравшись до цели, Ингрид впилась в ногу тушки и стала жадно ее обгрызать чуть ли не до кости. Кровь капала с ее подбородка на влажную землю. Такое рвение и кровожадность весьма удивили Хель, отчего так, хмыкнув, взглянула на Блейза.

Отредактировано Хельхейм (29 Мар 2015 20:08:06)

0

10

Знакомство сестёр состоялось, правда, немного странно, но Блэйз был всё равно рад, что обе, вроде как, понимают, что они родня. Дав обоим наставление на будущее, Хельхейм лизнула их в мордашки и согласилась, что птенцов стоит покормить, ибо действительно, яйцо вряд ли предрасполагало ресурсами для питания на целый месяц, который обе дочки безропотно высидели. Встав и подтянув к гнезду тушу копытного, драконша вырвала из неё сочный кусок мяса и положила перед дочками, предлагая тем сделать первый укус. Обе не сразу поняли, что нужно делать с этим кровоточащим ломтем, но затем Астрид всё таки подошла первая. Отведав крови, вкус которой ей понравился, птенец тут же принялась тормошить мясо, без особого труда отрывая своими небольшими, но острыми клыками кусочки поменьше и тут же их проглатывая. Ингрид же вовсе вначале зашипела на мясо, но следом за сестрой вкусив вкус крови, почему то приобрела вид кровожадного хищника. Тут же выискав взглядом источник этого самого мяса, птенец бросилась к туше и с завидным рвением принялась грызть ногу оленя. Блэйз удивлённо приподнял бровь и поднял взгляд на Хельхейм, у которой на морде красовалось точно такое же чувство.
- Вот уж кто перенял большинство твоих генов, так это Ингрид... - усмехнулся некромант и погладил ту тыльной стороной когтя по шее, на что Ингрид даже не обратила внимания, явно полностью занятая потрошением ноги копытного. Астрид же, умяв почти всю долю, которую предоставила мать обеим сёстрам, негромко зевнула и подошла к Хель, усевшись у её ног и задрав голову, переводя внимание то на Блэйза, то на Хельхейм и всем своим видом показывая, что она довольна, но было бы неплохо ещё и отдохнуть.
- О-о, кто-то перетрудился... - заметив жалкий остаток от большого ломтя мяса в гнезде, прорычал некромант и склонив голову, облизнул испачканную в крови мордочку Астрид, после чего посмотрел на Ингрид, но та с упоением грызла уже даже хорошо заметную кость.
- В любом случае, эта охота сорвалась, так что, как только дождь окончится, я отправлюсь на новую... - пожал крыльями колдун и улыбнувшись, вытянул шею к Хельхейм и с любовью лизнул её губы, - Ты рада, золотце моё?

0

11

- Вот уж кто перенял большинство твоих генов, так это Ингрид... – сказал Блейз, погладив птенчика когтем. Ингрид даже не обратила на это внимания, вгрызаясь в голую кость, словно голодная псина. Драконша проглатывала лишь половину мяса, которое отдирала – остальное она просто раскидывала по сторонам, раздавливая своими худыми когтистыми лапами. С минуту понаблюдав за этим зрелищем Хельхейм все же раздраженно хмыкнула и, обвив туловище Ингрид хвостом, оттащила ее в сторону и усадила в гнездо. Однако птенчик, даже не взглянув на мать, попытался вернуться к своей «добыче». Хель, строго топнув ногой, прорычала что-то. Только после этого Ингрид остановилась, вскинув голову наверх.
К тому времени Астрид уже доела свой кусок мяса, который был достаточно велик для нее одной, и уселась рядом с Хель, прижавшись спиной к ее брюху и также вскинув свою голову сверху. Темная драконесса с умилением посмотрела на своих дочерей и, притянув их к себе, уложила рядом друг с другом. – Ну, все, пора спать, - пророкотала она, нагнув голову к земле. От ее тяжелого дыхания крылышки  птенцов затрепетали. Обе взглянули на  свою мать, и, заурчав, уткнулись носами в теплый мох. Погладив каждую по головке, Хельхем тихо запела какую-то мрачную песню. Эта была лучшая, которую знала дракониха, пусть и не совсем подходящую на роль колыбельни. Когда птенцы заснули, Блейз тихо проговорил: - В любом случае, эта охота сорвалась, так что, как только дождь окончится, я отправлюсь на новую... Ты рада, золотце моё? – дракон вытянулся и лизнул драконессу в губы. Самка, потеревшись в ответ щекой, заурчала, выбираясь из гнезда. Присев рядом с супругом, прижавшись к нему боком, Хель неоднозначно ответила: - Я рада, что они живы. – После своих слов она взвила хвосты к голове, расправив плечи. Наконец, она сможет позволить себе выбираться наружу. Наконец, ей не придется больше томится в этой приевшейся пещерке днями и ночами. Ее профессию воина никто не отменял, да и сама Хель не желала становится еще слабее и немощнее. – Нет, милейший, на охоту отправлюсь я. Позволь мне размять кости, почувствовать, как ветер обдувает мою кожу… - хвосты ее проскользили по брюху и лапам Блейза.

0

12

С умилением глядя, как Хельхейм уложила обоих спать, Блэйз сдела пару шагов назад, дабы не мешать. Спустя пару мгновений драконша присоединилась к нему, присев сбоку и прижавшись, на что некромант обвил её за талию хвостом.
- Я рада, что они живы. - ответила ему чёрная, на что колдун согласно кивнул, переведя взгляд на мирно спящих драконесс.
- Я это и имел в виду... - после довольно длинной паузы прорычал Блэйз и с любовью ткнулся носом в нос Хель, как вдруг самка изъявила желание отправиться на охоту заместо него. Размышления Блэйза не оказались долгими - он прекрасно понимал, что тёмная устала безвылазно сидеть в пещере, ибо характер её сильно отличался от его. Ежели ему сказали бы не вылазить из своего логова, то он был бы только рад, но Хельхейм не могла долго сидеть без дела. Колдун вообще удивился, как ей хватило самообладания не покидать гнездо столь долгое время. Определённо она заслужила развеяться и отдохнуть от приевшихся стен.
- Конечно, золотце моё, не буду тебе даже слова против говорить. - кивнул колдун и лизнул самку в нос, после чего покосился на улицу, где дождь перешёл на лёгкую стадию и уже вот-вот должен был окончиться, - Уж я посижу с нашими малышками...
Подхватив почти целую тушу, у которой не хватало лишь мяса на ноге, некромант хотел было её сначала съесть, но затем передумал. В его мозгу родилась более дельная мысль - поднять это животное, дабы затем использовать его, как тренажёр для дочерей. Ловить ковыляющую мёртвую добычу интереснее, чем терзать неподвижную тушу. Уложив оленя перед собой, Блэйз сделал лёгкий пас лапой и что-то прошептал себе под нос, от чего образовавшаяся меж его когтей энергия тут же потянулась фиолетовыми щупальцами к окровавленной туше и довольно быстро впитались в тело.
- А так мы будем учить их охотиться... - усмехнулся чёрный и постукал когтем по черепу оленя, от чего тот, пытаясь подняться, снова грохнулся на камни, хаотично шевеля ногами.
- Дорогая, тебе нужен помощник в морде нашего дворецкого? - повернув голову на Хельхейм, улыбнулся Блэйз и приобнял её крылом, тут же прижав к себе, после чего добавил заговорщицким голосом, - Или ещё какая помощь...

Отредактировано Блэйз (29 Мар 2015 18:59:14)

0

13

Хельхейм  знала, что  сидеть с дочерьми Блейз не будет против. Скорее всего, даже рад. Поэтому на ответ дракона она лишь слабо кивнула, дрогнув крыльями.
Дождь на улице сбавил обороты и уже не хлестал с такой мощью – теперь он тихонько капал, став практически незаметным. Гул его перебил гул ручьев, водопадом стекавших с вершин скалы и разбивавшихся о вход в пещеру. Вода стекала и по каменным сталактитам на потолке, быстро образуя лужицы и ручейки на каменном полу. Гром утих, хотя еще и гремел где-то, но был совсем далек. Молнии померкли, уплясав следом за черными тучами. Хельхейм глубоко вздохнула. Ей нравилась осень – один запах будоражил все внутри, навевал грусть и серьезность. Холодные ветра заставляли задуматься о предстоящей зиме.
Пока Хельхейм бродила в своих мыслях, Блейз успел поднять то копытное животное, которое еще недавно терзала Ингрид. В голове промелькнула мысль, что в будущем она станет еще более кровожадной, возможно, похлеще, чем она сама. Кровожадность – не есть плохо, пока ей обладает дракон в своем уме. Впрочем, не ей об этом судить. Некромантше вновь подумалось, что пора бы и ей, наконец, взяться за магию, ведь не упражнялась она уже много месяцев. Все ее создания уже давно развалились. – Хорошая идея, душа моя, - тихо проговорила самка. Следом Блейз прижал ее крылом к себе, прошептав: - Дорогая, тебе нужен помощник в морде нашего дворецкого?  Или ещё какая помощь...
Драконесса, натянув широкую улыбку, лизнула супруга в нос, хвостами проведя по его спине, а затем  качнула головой: - Просто последи за дочерьми. – Отстранившись, Хельхейм как-то строго на него посмотрела, устало вздохнув, и поднялась с места. Еще раз взглянув на спящих птенцов, дракониха, выпрямившись в полный рост, зашагала к выходу из пещеры. Холодный ветер стих и от прошедшей бури остался лишь моросящий дождик и леденящий воздух. Остановившись у обрыва, взглянув на темное небо, самка сделала сделала шаг вперед. Пролетев несколько метров в свободном полете, Хельхейм наконец раскрыла крылья, чуть было не врезавшись в один из выступов, и резко свернула в сторону. Тело ее тут же растворилось во мраке ночи. Свобода.

- КОНЕЦ ЭПИЗОДА -

0


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Архив эпизодов [будущее] » Новая жизнь (Блейз&Хель)