//PR Enter

Империя драконов. Возрождение

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Видения будущего » Тропой безумия [Аллинэя & Арамэльминдиз & Баал]


Тропой безумия [Аллинэя & Арамэльминдиз & Баал]

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Участники:
Аллинэя, Арамэльминдиз, Баал

Место действия:
Серый Плен и личный бред попаданцев

Время и погода:
Приключение начнётся в 11-ый день Вьюжного месяца 8052 года

Цель и ситуация:
Когда неизвестная сила вырывает тебя из привычного мира и закидывает в его отражение, откуда ещё никто не возвращался, в обществе не то злейшего врага, не то подруги по несчастью, на первый план выходит одна цель: выбраться и сохранить рассудок и то подобие жизни, которое даровало происхождение. Но тропы мёртвых уже легли под лапы, и остаётся только одно. Идти вперёд, к неизвестности.

Предупреждения:
16+
Бессрочная отпись

0

2

Всем приходится уходить. Рано или поздно, независимо от природы или силы, всякое существо обречено на небытие. И когда старые сущности покидают мир, за собой они оставляют пустоту, которую вскоре займёт нечто новое. И так продолжается цикл, век за веком, эпоха за эпохой. Мир вертится, Жизнь и Смерть замкнулись в страстном танце, и исключений нет.
Зов вкрался в их умы, точно ночной вор. Тихо и неспешно, притяжение последнего приюта овладевало их сутью. В мучительной борьбе с самими собой или по доброй воле, но они неизбежно покинут пределы сущего. Такова была их природа. Зов не обещал им посмертия, не обещал райских кущ и исполнения всех их желаний. Он просто был, а они – подчинились. В земной жизни они были велики, в их власти лежали судьбы народов, но в борьбе с зовом небытия они оказались точно песчинки, захваченные быстрой рекой.
И вот, по мере того, как призыв мира мёртвых завладевал ими, они видели, как тает, отдаляется мир. Его тревоги и заботы, его радости и печали, всё это таяло, истончалось, теряло краски. Они всё ещё помнили свою жизнь, но как сон. Она и была сном, для душ, завлечённых в Серый Плен.

Но когда они вновь осознали себя, мир вокруг был не сер. Напротив: яркие краски наполняли его, и могло показаться, что они проснулись среди живописных берегов Элтена. Могло бы, если бы не часы. Они вздымались вокруг стеклянными стенами, их изящный изгиб смыкался наверху в узкую воронку. Там, наверху, прозрачные стены вновь расширялись. Там земля была сера и пуста, ни трава, ни плоть не скрывали уродливых скал, и сама почва отсутствовала как вид. Это были огромные часы, и Аллинэя с Арамэль оказались внутри. Снаружи, за пределами прозрачных стен, в неприветливой черноте космоса сверкали далёкие звёзды. Вокруг них царило приятное оживление: разномастные драконы, увешанные венками из цветов и светящихся грибов, сновали мимо двух сестёр, совершенно их не замечали. Они общались, дрались, любились, ссорились, мирились, и всё – в бешенном темпе, образуя вокруг Духов Света и Тьмы живое волнующееся море.
Последним элементом картины был проповедник. Он висел у горла, небольшой, серенький дракон, с чёрным шарфом, расшитым звёздочками, обвитым вокруг шеи. Его голос накрывал стоящий вокруг шум так, как морская волна заглушает песни чаек. Проповедник вещал:
- О острейшие! Вы прокладываете нам путь из молодости в старость, от смерти к небытию! О великолепные, о белоснежные! Ваш блеск затеняет звёзды, ваша крепость точит миры! О прекраснейшие, мы защитим вас от налёта и кариеса, мы чистим вас, мы любим вас, мы ничто без вас!
И живое море вокруг дружно вскричало:
- Зубки! Любимые наши зубки, чтобы жрать, спать и срать!
- Мы славим вас о зубки, мы восхищаемся вами, о блестящие белые зубки! – подытожил проповедник.
И тут, часы начали поворот, и живое море потекло по их стеклянной стене часов, увлекая за собой драконесс.[NIC]Баал[/NIC][STA]Архитектор душ[/STA]

0

3

Аллинэя неспешно продвигалась через зимний лес. Элесмиорн был прекрасен в любое время года, но именно зимой было особенно заметно, что это волшебное место - сердце Севера. Но красоты древней чащи, к тому же изученной когда-то до последней ёлки, мало волновали Светлейшую. Она продолжала старый спор с Тенью. Да, Дух уже знала, что её "внутренний голос" вовсе не тёмный, как она считала раньше, а часть Света, самая суть родной Стихии, но по привычке звала её, как раньше. Тень не возражала. Понять мотивы и стремления этой сущности вообще было очень сложно: её мышление настолько отличалось от драконьего (при условии, что данный дракон - Дух, что само по себе надеяет его особой логикой), что порой собеседницы ставили друг друга в тупик, казалось бы, очевидными фактами. Но что для одной из них было ясно, как день, для другой нередко оказывалось чем-то новым и абсолютно непонятным.
- Я серьёзно. Чего ради? Уже месяц прошёл, а ты всё ждёшь чего-то. Думаешь, Ора явится и скажет, что делать? Она-то скажет, безусловно, только ты сама этому не обрадуешься.
Призрачная драконесса хотела уже было сказать, где хотела бы видеть дорогую создательницу, когда тихий, но о-о-очень назойливый шёпот вкрался в уши и... позвал? Аллинэя попыталась отмахнуться от постороннего голоса, но не тут-то было. Он звал, манил, указывал цель и смысл, которые сама Светлейшая, к слову, уже давно отчаялась обрести. Зов был подобен голосу сирены. И Дух Света, не подозревая пока о страшном конце откликнувшихся на их песни, покорился ему, позволил вести себя. Не то из любопытства, не то из безразличия к собственной судьбе, не то просто так - а почему бы и не слетать туда. Куда? А куда получится.
Сонное оцепенение спало лишь в точке назначения. Схлынуло, как волна, и унесло с собой не только напускное спокойствие, но и ясность памяти. Себя драконесса ещё помнила, а вот всё, что осталось в прошлом, как-то смазалось, будто от того зимнего дня её отделяло не несколько часов, а по меньшей мере, несколько веков - так сказала бы Аллинэя, если бы задумалась над странностями своего разума. Но пока что её куда больше интересовал внешний мир, нежели внутренний. А более всего - странное чувство, постепенно овладевшее ей. Сама её суть откликалась на дрожь реальности, и это было... правильно? Не совсем. Не придумали драконы ещё таких слов, чтобы описать подобное. Но впервые за прошедший месяц её отпустило какое-то внутреннее напряжение, всё это время подспудно не дававшее ей покоя. А ведь ответ был на поверхности. Где душа дракона может чувствовать себя на своём месте? То-то же. Но Аллинэя слшком привыкла искать подводные камни и отметать очевидные варианты.
Впрочем, метафизические вопросы были отложены на необозримое "потом", потому что Светлейшая заинтересовалась окружающим. Колышущееся море тел, по счастью, не увлекающих драконессу в свой безумный водоворот, Аллинэю изрядно напугало. Не в последнюю очередь контрастом: насколько правильно она ощущала себя в этом месте сама по себе, настолько неправильным казалось происходящее. "Взлетев" над толпой, призрак наконец-то заметил знакомую морду.
- Мэльз?.. Ты?! - сестру Звёзднорождённая не видела уже очень давно. И уж точно не ожидала встретить её в таких условиях.
Но традиционных упрёков не последовало: как раз в этот момент часы начали заваливаться на бок. Едва не прикусив себе язык, Нэя уже мысленно перебрала по матушке да по батюшке причастных к сему процессу и особенно тех, кто успел намять ей бока. И снова оказалась нос к носу с Темнейшей. "Да твою ж мать!.." - и плевать, что в отношении сестры эта фраза звучит как-то нелепо.

+1

4

Тёмный опасный лес, который некоторые в шутку звали Королевским из-за всеобъемлющей заботы Темнейшей о Сигельбериане, тонул в мягком и практически пушистом полумраке. Солнечные лучи пробивались сюда сиротливыми тонкими нитями, в должной мере питая разве что верхушки могучих деревьев-исполинов, чья корневая система взрывала землю на десятки километров вокруг и много больше - вглубь. Арамэль ещё помнила, как пахнет этот лес. Смутно, ведь ныне её рецепторы были совершенно бесполезны. Помнила холодную, но мягкую почву под загрубелыми ладонями и подушечками пальцев, сухость торчащих корней и листву, щекочущую морду, если Тёмной Королеве взбредало вздремнуть под одним из деревьев. Ныне она ощущала лишь мощную энергию, коей полнилось это место. Ведь не горы первым делом обустроила Падшая и не своё будущее логовище, а этот лес, населив его своими первыми экспериментальными образцами. И более всех Безднорождённая любила своих паучков. О, как же она их любила! Кто-то любит пчёлок, кто-то лисичек, зайчиков и белочек, кто пригревает у себя змей, а Арамэль просто фанатично тащилась с гигантских арахнидов. Вот и сейчас она наблюдала, как их молодняк словил рагни - животное тоже с характером и опасное.
Ранее Темнейшая бы непременно явила себя своим созданиям и, быть может, разузнала как там её старая подруга - королева гнездовища паучьего, но сейчас она лишь зависла прямо посередине широкой тропы, немо взирая на процесс утаскивания арахнидами добычи. Пусть философская часть у Падшей была проработано сильно, но всё же она была жуткой материалисткой и скучала по ощущениям живого существа, будь то голод, сонливость или оргазм во время соития.
Загрустить ей, к счастью или к худу, не дали. Откуда-то издали донёсся настойчивый зов, требующий её отправляться навстречу её новой судьбе. Он был совершенно незнаком Арамэль, но показался потусторонним и... приятным. Развернулись двумя парусами могучие чёрные крылы, чтобы поднять ничего не весящую тушу в воздух и понести... куда?
"Вперёд."
Мир под её крылом распростёрся всё тот же. Мёртвая или нет - она знала его. Ощущала, как самоё себя. И напряглась драконесса лишь тогда, когда краски словно бы стали меркнуть, как если бы недавно крашенное здание внезапно за считанные мгновения обветшало и цвета потускнели. Призрак всё глубже погружался в блёклые и невзрачные тона, потеряв счёт времени, нить своих прошлых рассуждений и даже часть памяти. Самое замечательное было то, что если ты что-то забыл напрочь, то оно тебя не беспокоит. Но если остаётся осадок и чувство "что-то там такое было", то оно будет терзать тебя не хуже активной и рабочей совести, когда ты накосячил. Вот и сейчас у Мэльз разум так зудел, что впору было вскрывать черепную коробку и проверить целостность её шикарного мозга. Может, даже тряпочкой протереть и щёточкой поскрести.
Внезапно её вынесло в некое пространство. Она успела заметить знакомый космос, освещающий огнями её путь, а затем тёмная морда чуть не поздоровалась со стекленной стенкой какой-то неведомой хрени, которая позже таки была идентифицирована, как песочные часы. Здесь были почва, скалы и иные признаки наличия хоть каких-то природных объектов, зато нескончаемый поток драконов, которые так быстро снова туда-сюда и занимались своими делами, что в глазах троилось, её несколько покоробил.
Неожиданно мимо пронеслась знакомая мордаха - дражайшая сестрица тоже оказалась здесь, причём явно столь же недовольная, как и сама Первая. Та лишь развела лапами, мол, да я тоже тут и тоже очень "рада" этому факту. А наверху некий оратор взывал к мельтешащей толпе и нёс несусветную чушь про... зубки?!
"Нет. Мой бред был лучше..."
Не успела Мэльз гаркнешь, мол, кто прикололся и что ему надо от древних Духов (да, сестру из списка подозреваемых Арамэль быстро отмела), как часы стали наклоняться, волной драконьих тел унося Темнейшую и Пресветлую в неизвестное "вперёд".
"Лишь бы мой целлюлитный попец в горлышке часов не застрял. Не люблю стоять в пробках."

0

5

В это месте всё было понарошку. Нет, гигантские часы и их безумные обитатели выглядели вполне материальными, но материя эта была сродни призрачной псевдоплоти, коей обладали погибшие Духи Света и Тьмы. Проще говоря, Аллинэя и Арамэльмендиз идеально соответствовали этому месту, а оно – им, и при этом, всё вокруг было сущим бредом. А может быть, всё так и есть? Может быть, вся прошлая жизнь, война, радости и несчастья, лишь привиделись этим двоим в горячечном бреду, жалкой попытке измученного разума построить нечто более… более нормальное? В любом случае, сейчас иллюзия лопнула, точно мыльный пузырь. Часы провернулись.
Волна живой массы из непрерывно жрущих, орущих, совокупляющихся и убивающих друг-друга драконов перевалила через край горла и устремилась вниз цветастым водоворотом. С ними же утекала в трубу пышная растительность, плодородная почва и камни, покрытые мхом. И обе сестры. А проповедник в звёздчатом шарфе продолжал вещать про пользу зубов и их важность для жизни. Водоворот закручивался, живая масса стремилась вниз всё быстрее. Стекло было гладким и прочным, да и стекло ли это? В любом случае, одна за другой, Дочери рухнули вниз. Туда, где их поджидало серое, безжизненное море праха и костей. Всё что ещё миг назад жило, пахло и цвело, нынче было мертво, и даже каменные глыбы рассыпались в пыль.
Стоять на «этом» было невозможно, коли Духи не удержатся в воздухе (что было весьма вероятно), то им придётся буквально плыть по зыбкой массе серого праха. К счастью, смерть от удушья им не грозило: дыхание в этом месте было сущей условностью. Впрочем, как и зрение. Пожелай они того, обе Дочери вполне смогут видеть с закрытыми глазами. Над ними и колеблющимся морем праха, по-прежнему висел проповедник и вещал, высоким визгливым голосом, призывая свою паству устроить крестовый поход против кариеса и мягкого, а так же твёрдого, зубного налёта. Да только он ли? Уж больно высокий голосок. И было в чертах серого проповедника нечто знакомое, вот только не разглядеть с расстояния.
Немного повисев в неподвижности, часы устремились в обратный путь, и теперь потоки сухого праха вдруг обретали жизнь, плоть и форму, стоило им перевалить через горлышко. Кажется, это могло продолжаться бесконечно, если не разомкнуть кольцо.

Если ухватиться за проповедника...

Он вполне материален, но сдвинуть его с мёртвой точки невозможно. Он словно подвешен на невидимой нити, раскачать можно, оторвать  нет. И, это таки она. Её глаза, форма морды, некоторые другие черты хорошо узнаваемы, но совершенно не вяжутся с общим образом. Намёк может дать звёздчатый шарф.

0

6

Часы перевернулись, и вместе с ними перевернулись представления Светлейшей о окружающей её реальности, перевернулись и рассыпались прахом вместе с драконами, проскользнувшими через горлышко, погребая под ним последние отголоски здравого смысла. Наверное, последней ясной мыслью, посетившей голову Духа, было осознание непричастности к происходящему Арамэль. Более того, сестра, судя по всему, была такой же невольной гостьей сего престранного местечка, как и сама Лиэс.
Вскоре, едва часы утвердились в новом положении, вокруг не осталось никого, кроме Дочерей. И визгливого дракона где-то у горлышка, единственного, кто не обратился невесомой пылью. Впрочем, пыль эта в большом количестве изрядно затруднила бы передвижение всякого живого, призракам же она не мешала. Разве что некстати пробудившаяся брезгливость заставила светлую поскорее выбраться из серого праха и воспарить над оным.
Голос серого проповедника ввинчивался в уши и мешал думать, отвлекая и сбивая с толку. Впрочем, даже он не смог помешать заметить не странность, но определённо занятный факт: вокруг было слишком много серого. Серый прах, серый дракон, мысли какие-то бесцветные. Серые. Гадостно, в общем. И жизнь прежняя, сном показавшаяся в первый миг. Или даже не сном, а выдумкой, порождением богатого воображения, на кое Аллинэя никогда не жаловалась. И всё же за эти смутные воспоминания она ухватилась и не позволила им выцвести и сравняться с окружающей серостью. Куда бы и зачем бы она не попала, одурманить бывшую Владычицу не так-то просто.
- Уж не Серый ли это Плен? - задумчиво протянула драконесса и пнула стенку чаши. И по странному совпадению именно в этот момент часы начали двигаться в обратную сторону. Живо представив, что сейчас будет твориться сразу за горлышком, светлая со всех сил рванулась к донышку, каковое стремительно уплывало куда-то вверх. Удержаться в "серой" половине часов Лиэс и не мечтала, подспудно понимая, что её неизбежно утянет вниз, но чаяла провалиться туда последней, чтобы избежать давки. И вместе с тем она подмечала, как прах обретает плотность и обращается в тела, траву и прочие атрибуты нормального мира. Да помилуйте, нормального ли? Нэе начало казаться, что море праха было куда более естественным, чем это обилие жизни, местами чрезмерно бурной.
Вновь оказавшись над толпой, драконесса стала отчаянно искать хоть какие-то зацепки. Что-то, что не вписывалось бы в общую картину. Но колышущееся море тел внизу было абсолютно однородным. Оставался только проповедник... Но его воспалённое сознание воспринимало как часть часов. Верно, потому что он один не двигался с места. А орал-то как пронзительно! И слишком высокие ноты брал для дракона. Хотя это не аргумент. Если вдуматься, голос самой Светлейшей был довольно низким. Иные считали, что слишком низким для самки. Но не о Звёзднорождённой речь.
Претерпев очередное прохождение прохождение сквозь горлышко часов и выбравшись из вязкого месива, Аллинэя решительно двинулась к сестре. Сама она вариантов не видела, а вот тёмная славилась изворотливостью. Быть может, ей удастся найти выход? И было всё же кое-что, что драконесса прямо-таки жаждала обсудить, а именно - проповедника. Окончательно запутавшись и перестав различать реальность, сон и бред, она, между тем, не забыла, как когда-то давно искала знаний о будущем в ночных видениях и разгадывала загадки подсознания, подмечая порой совсем незначительные детали и выделяя из многозначных символов вполне конкретные значения, имеющие отношение к её вопросу. Но та картинка, что сейчас сложилась в её мыслях, была настолько абсурдна и вместе с тем отвратительна, что не озвучить её было просто невозможно.
- Тебе этот голосистый никого не напоминает? - полный ненависти и горечи взгляд прошёлся по изгибам шарфа.
Когда же часы вновь пришли в движение, светлая в порыве чувств ухватилась за ткань, желая не то удержаться поблизости от серого дракона, не то придушить, чтобы он наконец заткнулся и перестал терзать её слух.

0

7

Творящееся вокруг безмерно раздражало и бесило. Почему? Арамэль не видела никаких рычагов, при помощи которых смогла бы воздействовать на ситуацию, а то, что не поддаётся её контролю, раздражало Темнейшую не хуже луча солнца прямо в любимый глаз спозаранку. К счастью, спала Дух Тьмы в мрачной и тёмной пещере, куда не проникал даже тот тусклый свет, что пробивался сквозь массу нависших над стаей туч. Наличие Аллинэи рядом тоже явно не добавляло оптимизма: лучше бы ей подсунули под бок Верраяла, чья умная голова могла бы помочь ей родить какую-нибудь дельную догадку и последующее решение. Хотя на какое-то мгновение самке показалось, что она явно попала в голову какого-то безумца, вроде её супруга.
"Нет, даже в его голове не творится такая дребедень."
Драконы и шибко голосистый - кайло ему в задний проход! - проповедник заставляли самку подозрительно щуриться и стараться ни с кем не сталкиваться, покуда она заключена в чёртовых песочных часах. К Пресветлой Темнейшая тоже не горела желанием подлетать, пусть это и была единственная знакомая морда здесь. Единственная ли?
Горе-вещатель (ладно бы призывал к массовым казням и репрессиям, так нет же - зубки!) заслужил отдельное внимание Её Темнейшества, и драконица готова была поклясться печенью (не своей, вестимо), что эта физиономия ей на глаза уже попадалась. Эффект дежавю на лицо. Только Арамэль хотела приблизиться к объекту своего внимания, как часы покачнулась, и вся эта масса тел принялась то ли выплывать, то ли вываливаться из них. Её сестра устремилась ввысь, чтобы не оказаться в самой толчее, а Мэльз была почти уверена, что после смерти быть кем-то раздавленным ей не светит. При жизни, впрочем, тоже не особо светило. Не родился ещё такой знатнозадый товарищ.
Исходя из всего выше сказанного, наша героиня ринулась вместе со всеми в общем потоке вниз, разве что не с шашкой наголо и боевым кличем "банзай!". Драконы рассыпались в серую пыль, что заклубилась вокруг Арамэль, придавая Духу такой вид, точно она была большим паровозом. К счастью, объемистая туша Тёмной Королевы кон-как удержалась в воздухе, ибо отчего-то самке не хотелось касаться всеобъемлющей окружающей серости. И уцелел лишь главный вмзгун в этой уже несуществующей массе.
Аллинэя выкатилась несколько позже сестры, но тоже воззрилась на проповедника, при том не побоявшись приблизиться к Мэльз, на что та, впрочем, отреагировала спокойно, решив, что костерить уже мёртвую сестру ей неинтересно да и не за что толком. Если это чей-то бред, то Арамэль готова была устроить битву психопатов, ибо, как она заметила, когда только попала сюда, свой бред она считала лучше.
- Напоминает, - глухим грубым ворчанием отозвалась полупрозрачная клубящаяся тёмная фигура, не отводя взора от подозреваемого... Подозреваемой. Уж больно тонок и звонок голосок, - Ей, курица! Завязывай с бредогенерацией. А то голова лопнет.
Колдовать Темнейшая толком не могла, но таки попробовала скастовать самый простой шар тёмной энергии и запустить его в ту, к кому обращалась. Не заденет, так привлечёт внимание. А заденет - расторопнее надо быть.

0

8

И случилось то, что случается всегда, когда два столь могущественных и непохожих создания, коими были Дочери, начинают совместно творить хрень: Нэя успешно притянула к себе вопящую про зубки дракон… таки дракониху, а тёмная сфера Мельз пролетела мимо и пробила дырку в столь несокрушимом, с виду, стекле. И, как положено в подобных ситуациях, всё сущее стремительно вылетело в трубу. Вместе с двумя призраками и горе-пророком. Их стремительное, как злобный понос, движение вскоре замедлилось. И вот уже Аллинэя и Арамэль летели сквозь чёрную пустоту бескрайнего космоса в окружении обломков стекла, камня и стремительно разложившихся до уровня скелетов аборигенов из Больших Часов.
Только тут наши злоключенки смогли бы понять, что такого знакомого было в этой дамочке с шарфом: эта физиономия, эти глаза, даже голос во многом походил на их создательницу, величавшую себя Звёздной Праматерью. Не сказать, чтобы сходство было полным, скорее, матушка-Ора могла бы быть близким родственником или даже потомком этого... этого существа. Определённо, эта мысль попахивала крамолой.
А новопризнанная родственница Звёздной, меж тем, принялась вопить ещё активнее. В этот раз, для разнообразия, в её речах содержалась толика здравого смысла:
- Империя рухнула, но драконы живы! Мы будем странствовать среди звёзд и найдём себе новый дом, где различия больше не смогут нас разделить! Мы вкусили плодов войны, теперь мы срубим это гнилое дерево под корень! Мы обретём новый смысл...
Но по мере изложения монолога её голос затихал, приглушённый титаническим шумом, словно тоннны и тонны песка кружились в гигантском смерче где-то вдали. И действительно, мир вокруг завращался, звёзды и туманности меняли своё положение в пространстве. А с осколками, окружавшими Дочерей, происходило нечто и вовсе удивительное: они резво закружились, сближаясь, сливаясь, пока не обратились в стремительно вращающуюся планету. Вряд ли у Духов была возможность посмотреть на Саяри с орбиты, но по очертаниям материков, ещё диких и неухоженных, они могли догадаться о том, что именно видят.
Шарф, так удачно схваченный Аллинэей, отлетел в сторону. Рядом с ней и Мэльз парила, во всём своём великолепии, Звёздная Праматерь. Блистательная и прекрасная, как сердце звёзд. Её взгляд лучился неземной силой, был устремлён на одну из лун, где в одном из кратеров, покоилось крупное яйцо со скорлупой чернее космической ночи. Впрочем, яйцом оно казалось лишь на первый взгляд, по сути же это был сотворённый контейнер, в коем заканчивал своё развитие маленький эмбрион... который со временем принесёт лежащей внизу планете большие, очень большие проблеммы.
- Ты видишь, Ора? Любуешься? Оно живое!
Голос доносился издалека, словно говорил сам космос, низкий, хрипловатый, рокочущий, подобно лавине.
- Оно дышит и растёт! И развивается. Пройдёт совсем немного времени, и эта кроха перевернёт всё созданное нами. Какое увлекательное зрелище нас ждёт!

Отредактировано Мастер (10 Ноя 2015 21:26:19)

0

9

Будь драконесса живой в полном смысле этого слова, голова бы у неё гудела, как потревоженный улей. От обилия впечателний и полного непонимания происходящего хотелось сбежать. Но куда? И как? И... она пришла сюда на чей-то зов - это Аллинэя ещё помнила. А вот откуда её принесло в это странное место? Этих воспоминаний у неё уже, можно сказать, не было. Вернее, воспоминания-то были, но настолько смазанные и нечёткие, что едва ли их можно было назвать реальностью. Красивый, забавный и такой нереальный сон, не более. На краткий миг светлая задумалась, а какой же тогда была её жизнь? Вечность в этих часах? Нет, было что-то ещё... Должно было быть! Она же помнит! Помнит... что? Тени. Искорки звёзд вдалеке. Холодный ветер. Бесконечность океана. Или чёрную бездну космоса и холодные камни мёртвых планет? Кто она вообще? Дракон? Стихия? Нет, это же было во сне! Она - призрак. Да, призрак. Нематериальное нечто, душа и разум без телесной оболочки, и так было всегда, с начала времён.
Быть может, склонный к анализу разум драконессы и одолел бы наведённый морок, но как раз в этот миг часы пришли в движение, мимо просвистело заклинание Арамэль, а сама Нэя всем телом врезалась в истошно орущего проповедника. Назвать это убогое создание Орой не поворачивался язык.
Стекло, казавшееся нерушимым и столь же вечным, как сами звёзды, осыпалось осколками. В образовавшуюся дыру со свистом втянуло всех, кто был в чаше. Но если драконы осыпались прахом и как-то незаметно растворились в окружающей пустоте, то вот серый визгун и они с Мэльз остались неизменными. Почти. Когда мир перестал вращаться, и Светлейшая утвердилась в одной плоскости, поблизости крутился уже не невзрачный серый дракон, больше похожий на курёнка, нет. На его месте была та, кого в её снах называли Великой Праматерью. Ора. Создательница и Учительница. Теперь уже без всяких сомнений и допущений - Она. Но своё творение Она не замечала. Её взгляд был устремлён куда-то вдаль. Там, на голых камнях лежало нечто. Нет, не так. Там лежало Нечто. Даже отсюда Аллинэя чувствовала - оно живое. И вообще... Если подумать, это было похоже на яйцо. Обычное яйцо, только крупное и чёрное, как сама ночь. Кажется, оно даже немного мерцало в свете звёзд...
Светлая забыла обо всём. О странностях окружающего её мира, об Оре, о непонятном голосе, вещавшем что-то про зрелища, и даже про сестру, болтавшуюся где-то здесь же. Завороженная странным видом, она смотрела на скорлупу и думала, что скрывается под ней. Какое существо может прийти из космической бездны? И зачем ей вообще это показывают? Ей очень хотелось задать эти вопросы Оре, но что-то внутри ещё пока подсказывало: не время. Слишком рано. Или... "Она всегда говорила, что нельзя полагаться только на чутьё. Оно не рационально..." Драконесса всерьёз задумалась. До неё начала доходить комичность ситуации. Висеть незнамо где, незнамо зачем, глазеть на чьё-то яйцо в обществе давно забытой создательницы, бросившей её бездну лет назад. Былое доверие к Оре было утрачено безвозвратно. Поэтому с сомнениями светлая обратилась к единственному доступному собеседнику.
- Ты понимаешь, что здесь вообще происходит?
Какой бы она не была, Арамэль оставалась её сестрой. Куда более близкой, чем Звёздная со всеми своими заморочками.
А ещё зародилась в призрачной головушке одна бредовая идея, но тем интересней она была:
- Хочу посмотреть поближе...
Дух сказал - Дух сделал. Даже если мёртвый. Аллинэя легко снялась с места и перелетела поближе к кратеру с яйцом, ежесекундно ожидая окрика или даже удара. Матушка, как известно, не слишком церемонилась со своими ученицами. Хотя светлую обычно жалела.

0

10

Натура Мэльз диктовала ей вести себя определённым образом. И, как и в былые времена, тёмная решила не тратить зря слова. Достаточно было потратить одну сферу Тьмы. Жаль, что промазала. Взгляд красных глаз упал на тянущую к себе этого горе-пророка Алиинэю. И прямо как во времена Расхождения - этот взгляд обдал сестру ненавистью и отвращением. Темнейшая подавила желание пнуть обеих дракониц в образовавшуюся дырень. Вместо этого сама вылетела первой и понеслась среди обломков.
Что-то знакомое, неуловимо родное было во всём этом. В этой бескрайней черноте, прерываемой лишь мелкими вкраплениями светящихся точек. Звёзды никогда её не манили. Многие взгляды устремлялись вверх, когда облака расступались, подобно занавесу в театре, открывая этот диковинный вид. В сиянии звёзд многие находили успокоение, красота их света доводила до неописуемого восторга. Не её. Красные глаза Первой устремляли свой взор в то, что было меж звёздами. "Но там же ничего нет!" - вопили обычно невежды. Было. Отчего-то она помнила холод. И совершенный, абсолютный покой. Если убрать светящиеся огоньки, останется эта самая непроглядная чернота. Это Темнейшая себе прекрасно представляла. Мир без света. И её всегда удивляло, как некоторые светлые представляются себе мир без тьмы. Вот оставить только звёзды. Что будет меж ними? Где они будут находиться? В пустоте? В стерильном Ничто? Проблема в том, что это самое Ничто сознание отказывалось представлять. И если звёзды приковывали взгляды, как артисты на сцене, то тьма и была этой самой сценой. Без звёзд на тьму было неприятно смотреть, мало кто видел очарование в абсолютном мраке. Но без этого же мрака маленьким "артистам" было бы негде сиять.
Иногда ей хотелось сюда вернуться. Попасть в полный вакуум, слушать тишину и видеть только то, чем она сама является. Ощущать всё своё существо частью этой вселенной. Хотела порой так сильно, что, пробуждаясь ото сна, была неохота иди работать, строить свои планы. Нет, безусловно, разработанное ею мироустройство - та идея, за которую она готова была бороться до конца. Но даже её война начала утомлять. Разум жаждал покоя.
Краем глаза Арамэль увидела, как образовалась Саяри, как на одной из лун появилось яйцо. Так они здесь за этим? Увидеть то, что было до их с Аллинэей "рождения"?
"И какой только дебил мог нас сюда приволочь из-за такой ерунды?.."
Сестра не стала топтаться на месте и подлетела поближе. Мэльз не особо хотела приближаться к Пресветлой. И особо не хотела - к Ней. Великолепие Оры Падшую не слепило. Драконица точно видела гнилые прожилки, едва различимые через это свечение. По этим "сосудам" тёк первый на Саяри яд. Им были пропитаны обе Дочери. Зовётся он "ложь".
Плотно сомкнув призрачные челюсти, Арамэль по дуге облетела обеих драконесс, чтобы оказаться у луны с другой стороны. Небольшое яйцо пульсировало жизнью и временами там что-то возилось с тихим шорохом.
- Да.
Короткий запоздалый ответ на вопрос Нэи. Разумеется. Чего тут непонятного? Если мир и луны созданы, самое время появиться первым помощникам Звёздной. Точнее помощницам.
Клубящаяся тьмой лапа прикоснулась к поверхности яйца. И как только насквозь не прошла...
"Выходи же."

0

11

Окружение постепенно сглаживалось. Исчезала Саяри, пропадали звёзды... Призраки оставались в мутной пелене, где временами мелькали вспышки света да плыли неясные, едва уловимые образы чего-то былого. Такого, о котором лишь могут соврать легенды. То и дело оттуда, из странного тумана слышались голоса: они кричали, они шептали, они смеялись... Если прислушаться - ничего. Как будто и нет никаких "тех" за завесой, она тиха, как и всё остальное здесь.
- Начинай, - голос холодный, равнодушный, совершенно не разделяющий восторга собеседника. То Праматерь Звёздная приблизилась к яйцу вместе со своими Дочерьми. Её вид, от взгляда до позы, выражал такой негатив, что она могла бы тем самым взглядом убивать всё живое, что только на глаза попадётся. Именно таким в исполнении Оры был скепсис. Как тогда выглядела, например, ярость иль же злоба... У, страшно представить! Смертельно страшно.
Впрочем, совершенно очевидно, что Духов занимала вовсе не названая матушка.
Яйцо. По приближении оно оказалось невероятно огромным, размером с половину миниатюрной луны, в высоком кратере-инкубаторе которой покоилось. Оно уже хранит жизнь, пока ещё не родившуюся. Тёмное, кажется, полностью поглощающее свет вокруг. Жадное - ни капельки оно его не отдавало, так что мерцание звёзд в нём если и было, то только умирающее, целиком поедаемое непроницаемой скорлупой. Всё внимание уже рождённых и даже успевших умереть в паре случаев было приковано именно к нему.
Тихие шорохи, что могла слышать Арамэльминдиз, прекратились. Иль же их никогда и не было? Нечто внутри яйца было живым не более, чем сама Темнейшая Мать. Может, потому она и сумела прикоснуться к скорлупе: её лапа легла на её поверхность, ощутив вполне ясное сопротивление. Одновременно с тем всё загремело вокруг, будто кто-то заворочал громадные цепи, заржавевшие донельзя, а заодно уронил на пол пару гонгов.
Под лапой Темнейшей стало горячо. Яйцо вздрогнуло раз, затем второй, взметая собою лунную пыль, по чёрной скорлупе разбежались трещинки, пылающие нестерпимым огнём. Таковой можно было когда-то увидеть в глубине Шагриара, например, или в пасти Духа Огня, когда тот бывал особенно не в духе. Где-то сбоку от сестёр судорожно вздохнула Ора, резко подавшись вперёд, едва не тычась носом в яйцо. Однако в следующую секунду она отшатнулась, словно от пощёчины, благоразумно убравшись на прежнее место.
- Не смей портить всё, - прошипели где-то там, в завесе.
А яйцо продолжало подрагивать, вот-вот существо внутри него должно было пробить себе путь наружу в борьбе за жизнь! Секунда, вторая... Одна из трещин ухнула, вспыхнув ярче! Ещё чуток!
Ещё чуток...
И яйцо разлетелось вдребезги с громким треском. Из скорлупы буквально хлынула... тьма! Именно тьма кипящей жидкостью оставалась на осколках скорлупы, плавя их с мерзким шипением. Вместе с этой жижей наружу, прямиком вниз по склону кратера, выплеснулся и внушительный плотный ком, скатился под самые лапы Оры, заставив ту отпрянуть. Сомнение отразилось в её глазах, она не спешила проверять, что же скрывается под слоем материализовавшейся тьмы.
А комок забурлил, забулькал, взметнулся вверх, хрипло разевая маслянистые челюсти, с которых крупными каплями стекала жидкость, делая свой первый вдох. В бесформенном теле было трудно разобрать что-либо определённое, но отставленный вперёд отросток, пожалуй, был лапой. Существо сделало первый шаг, шатаясь, с трудом удерживаясь на растекающейся под лапами жиже. Второй был уже куда более уверенным, а третий - смелым, твёрдым. Неведомое гордо зашагало вперёд, совершая круг почёта вокруг кратера, за ним длинным шлейфом величественной мантии вилась "тьма". Она потихонечку оползала, открывая взгляду два непомерно больших крыла, мощное тело и мрачно светящиеся вековечной мудростью глаза. Не хватало лишь красной дорожки да фанфар на фоне: величественное шествие того определённо заслуживало.
А затем существо резко всхрапнуло, загребая вперёд грудью, перекатилось вбок, скребя беспомощно лапами свою шею, взвыло, срываясь на визг, потом - на глухой хрип. Тело выгнулось дугой, скрутилось в кольцо, взметая собою пыль на маленьком спутнике Саяри, прокатилось дальше, оказываясь снизу, распласталось спиной по луне, сметая когтистыми лапами кратеры и небольшие скалы. И затихло.
Голова опустилась вниз, утягивая за собою тело. Оно походило на отклеившийся от времени листок: медленно свесилось под собственной тяжестью и, будто соскользнув с луны, полетело куда-то в пропасть, безвольно подрагивая и покачиваясь в убаюкивающих потоках воздуха, покуда завеса не помешала ему. Туман, сделавшийся серым, словно умерший вместе с этим существом, подхватил тело, обретя форму чьих-то рук. Когтистый палец нежно огладил точёный нос погибшего, а затем гигантские ладони резко сомкнулись с грохочущим хлопком, растирая существо в пыль, чёрным заструившуюся меж пальцев...
- Запиши... Попытка номер четыре... Провалена.

0

12

Сестра не пожелала приблизиться, облетела Нэю по широкой дуге и зашла с другой стороны. Пусть её. Честно говоря, пренебрежение Арамэль уже давно не ранило Светлейшую. Собственно, примерно с той поры, когда её и нарекли Светлейшей, Матерью-Свет и далее по списку. А вот в детстве было обидно до слёз. Аллинэя гадала, чем же она хуже, чем заслужила такое отношение. По всему выходило, что ничем, просто характер у кого-то мерзкий. Хотя кто бы говорил, если подумать.
Но оставим прошлое прошлому. Ора никак не отреагировала на присутствие призрачного творения у себя под боком. "Неужели Она нас просто не видит? Будто... нас не существует для Неё. Будто мы всего лишь иллюзия!" Вывод драконессе понравился хотя бы и тем, что снимал необходимость как-либо контактировать с Праматерью, которая, судя по всему, была изрядно не в настроении.
В мутной пелене, скрывшей от глаз Саяри и всё окружающее пространство, что-то беспрестанно шуршало и шелестело, звало и нашёптывало. Но как ни прислушивалась светлая - не разобрала ни слова. "Или же иллюзия - Она сама. И всё это. Но кто и зачем?.." И в этот момент яйцо начало дёргаться.
От хлынувшей из распавшейся скорлупы Тьмы Аллинэя шарахнулась как от огня. Рефлекс, что делать. Да и просто... неприятно. Прекрасное и одновременно отвратительное зрелище открылось глазам не-мёртвой, и даже при всём её негативном отношении к этому творению Тьмы Дух Света не мог не признать: это было впечатляюще. Воплощённое величие, мудрость и сдержанная сила. И абсурдно-жалкий конец. Неведомое погибло, будто неразумный птенец, что вылупился раньше срока. Вылупился. Кста-а-ати... "Это ведь не Арамэль. Вон она, вся из себя бессмертная. Первая проба? И не Ора. Ах нет, не первая. Четвёртая уже. Кто же ты, незримый?"
А несуразное тело падало в бездну тумана, пока не опустилось в чьи-то ладони, бережно подхватившие тёмное создание. И безжалостно смявшие. Драконессу явственно передёрнуло. Она никак не могла понять, зачем им всё это показывают. И кто режиссёр это театра теней. Проскользнув под брюхом Оры, светлая спланировала к туманным дланям и зависла в нескольких прыжках от них.
- Кто ты?.. - с губ сорвался едва различимый шёпот.
То, что Аллинэя видела, воспринималась ею даже не как иллюстрации - как некое представление для двух зрителей. Она ещё смутно помнила, что сюда её привёл чей-то голос, который звал сквозь время и расстояние. Наверное, это тоже его лап дело? Но зачем? "Ну же, покажись! Скажи хоть что-то!"

0

13

Всё её существо напряглось, точно натянутая тетива лука. И пусть, что у призрака априори не может быть мышц, которые в реальности и напряглись бы, Арамэль всем своим видом выдавала сосредоточенность. Ей хотелось увидеть, узнать, понять. Что-то внутри неё, древнее и могущественное, звало постигать. Так же, как первым порывом в творении некогда стало желание сделать учёного, гения, который любил бы только её. Великий ум и великое одиночество. Два дара - два проклятия. От которых бежишь, словно бы ты мышь, а за тобой - дворовые коты целой оравой. Ныряешь внутрь норки, прижимается к холодной стене, замираешь в своём углу, а снаружи скрежет. И этот звук - словно когтями по чёрному сердцу. Рождает страх. И злобу.
Но то уж не когти скреблись - нечто рвалось наружу, пытаясь выбраться из яйца. Кто ты такое? Что ты такое? Зачем тебе туда? Лапа Темнейшей коснулась скорлупы, чувствуя гладкую поверхность. Словно бы идеально отшлифованный драгоценный камень. Чернее, чем ночь, и будто бы твёрже металла. Безумно хотелось уже самой разбить его или хотя бы отковырять скорлупу, чтобы вытащить оттуда живого пленника, забрать из его колыбели.
Этого делать не пришлось. Чудное творение само покинуло свою обитель, из разбитого яйца потоком хлынула тьма. Значит даже после смерти и разрыва с Источником она всё ещё чует, чует своё родное! Впервые с момента попадания в этот спектакль, который явно поставил сумасшедший, Тёмная Дочь улыбнулась. Искренне и открыто, сбрасывая маску враждебности, холодности и отчужденности. Всю жизнь она делала вид, будто ничья судьба её особо не волнует. Даже с действительно дорогими не особо нежничала. Но прониклась необъяснимым тёплым чувством к незнакомому Нечто, что только что явилось перед ней. Сгусток тьмы сформировался во что -то с лапами, но всё ещё не оформился окончательно. Существо совершило круг, горделиво вышагивая по луне, а затем... провал. И чьи-то лапы тут же сгребли это Нечто, сминая и комкая, точно исписанный и более ненужный лист, превращая в Ничто.
Арамэльминлиз взревела раненным и голодным медведем, если бы тот имел такие же габариты, как Мать-Тьма, и кинулась в ту сторону, где увидела злополучные лапы.
- Ты убил его! ТЫ УБИЛ ЕГО!!! - странно, но в словах Мэльз сквозило горе, как если бы только что она обнаружила, что какое-то мерзкое создание вероломно вторглось в её владения, отыскало её кладку и уничтожило её собственного только что родившегося птенца. Арамэль била лапами и хвостом, молотила крыльями и отправляла одну тёмную сферу за другой в бессильной ярости - уже зная, что все её атаки пройдут впустую.

0

14

Тишина взорвалась. Сначала словами Аллинэи, жалким шёпотом, но взорвалась. Затем - криком Арамэльминдиз. Реальность задрожала, плевками изрыгая туман к лунам и драконессам. Как будто у местного мира случился внезапный приступ кашля. Тёмные сферы тонули в завесе из тумана, однако где-то там было смутно видно, как они взрывались, разбрызгивая чистейшую тьму в стороны. Туман скручивался в жгуты, куда более осязаемые, чем даже сами драконессы, извивался в какой-то агонии вместе с гневом Тёмной Дочери, а затем начал отступать, открывая взору сестёр небольшое окно в очередной мирок.
Там... Бесконечные глубины космоса, как и ранее. Только теперь никаких планет, лун, часов... Только космос и двое. Тёмный и светлая. Они были в чём-то похожи на Амарэльминдиз и Аллинэю: один такой же огромный, мрачный, массивный, буквально пышущий угрозой в одном его виде, вторая тонкая, даже хрупкая по сравнению с ним, маленькая и переливающаяся светом звёзд. Ора, разумеется. А вот второй... Дочери смогли бы почуять в нём что-то родное, окажись они ближе. Но двое парили в отдалении, друг напротив друга, расположившись в космических пылевых облаках с удобством, как в мягчайшем пуху. Вокруг были целые россыпи из одиночных звёзд и созвездий, постоянно двигавшихся и менявших своё положение. Хотя, пожалуй, при ближайшем рассмотрении это оказались бы лишь их подобия, мелкие, но более совершенные: идеально круглые, идеально белые, идеально светлые. А сами звёзды были далеко... Гораздо дальше, чем можно было бы представить. Двое в каком-то хаотичном полёте-падении разговаривали, совершенно не обращая внимания на то, что их временами переворачивало вниз головой (хотя, право, где же здесь низ, а где верх?) или едва-едва не оборачивало спинами друг к другу. Ора горячо что-то доказывала, а её собеседник, подперши голову лапой, той самой, что так легко избавилась от новорождённого, с унынием слушал её речи, которые Дочери едва-едва могли разобрать.
- Дай попробовать мне! Четвёртый раз твои усилия себя не оправдывают. Возможно, стоит уступить более искусному мастеру? - Ора определённо злилась, но не смела показать своё недовольство открыто. Лишь кончик хвоста её временами вырывался из облака пыли и задевал "звёзды" вокруг, откидывая их в сторону.
- Стихия отвергает тело. Нужно сгладить резонанс. И у тебя, ты сама это знаешь, не получится. Я буду пытаться до тех пор, пока не... - собеседник Оры прервался, резко захлопывая пасть, поглотив по случайности пролетавшую мимо "звезду". Он резко обернулся, глядя прямо на Сестёр, а всё вокруг на миг дёрнулось, побежало волнами, но почти сразу замерло... И действительно остановилось. Ора застыла с распахнутой пастью, тянущаяся к своему мрачному партнёру, так и не перебив его. Остановились и звёзды, совсем чуть-чуть они даже угасли, став тусклыми и уже далеко не такими идеальными, какими казались. А вот гигантский дракон, повернувшийся к сёстрам всем телом... Теперь его было видно заметно лучше. Высокий, невероятных размеров, он походил на неотделимую часть этого космоса, один из астероидов, от неведомой шутки какого-то хитреца обретший черты дракона. Этот дракон развернул крылья, простирающиеся на многие... километры! Плавно взмахнул ими, пусть и казалось, что это невозможно, и в несколько секунд оказался прямо перед драконессами. Звёзды! Как же он был огромен! Одна его морда была размером с две Арамэльминдиз, а глаз - с её голову. На его фоне Темнейшая просто терялась, а Аллинэя была мелким светлым пятнышком, в котором трудно было рассмотреть что-то оформленное. Просто белая точка... Это чудовище неотрывно смотрело на них большущим рыжим глазом, пристально рассматривая. Неожиданно глаз дёрнулся, а во взгляде мелькнуло узнавание. Гигант отстранился, глядя на Темнейшую Дочь с подозрением.
- Арамэльминдиз? - голос его был грозен и подобен грому, но ничего злого не слышалось в нём. А затем...
- Всемилостивые! Ты так выросла! Я... Сколько же я спал? Она.. разбудила тебя сама, да? Хм-м... А ты... - гигант задумчиво почесал подбородок, оборачиваясь к Светлой Дочери, - Аллинэя, верно? Она ведь так хотела тебя назвать... Вы уже такие взрослые, хм-м. Должно быть, я снова увлёкся своими проектами... Да... Слишком... Увлёкся...
Гигант забормотал себе что-то под нос, отворачиваясь. Мир вокруг снова пришёл в движение, как если бы ничего и не произошло. Невероятный дракон будто и позабыл о том, что всего секунду назад говорил с Дочерями.

Гигант

http://savepic.ru/9083054.jpg

[AVA]http://savepic.ru/9069739.jpg[/AVA]

0

15

То, что творилось вокруг, было нереально и не поддавалось никакому анализу. Но какие-то мысли-выводы у Лиэс всё же появлялись, хоть и большую их часть драконесса сразу же с негодованием отметала в виду полной их бредовости. Но кое-какие задумки строгий контроль угасающего разума всё же прошли и теперь крутились в голове, раздражая своей навязчивостью. В частности, Светлейшая думала, что её вместе с сестрой затянуло в прошлое. Вопрос только, в чьё прошлое. Создательница как-то обмолвилась об опасности экспериментов со временем. Подробности Аллинэе узнать не удалось, но самой возможности воздействия на эту малопонятную стихию хвататло, чтобы сейчас строить предположения. Итак, вокруг может быть чужое прошлое, где они - наблюдатели. Или же всё, что их окружает - воспоминание. Это даже больше похоже на правду, ведь картины меняются резко и кардинально, безо всякой видимо последовательности. Целые куски выпадают. Но едва ли природа происходящего имела решающее значение - куда занимательнее была суть.
Снова рывок куда-то. Туман забурлил, как зелье над огнём, выбрасывая в разные стороны плети, от которых светлая предпочла увернуться, не рискнув проверить свою нематериальность в таких условиях. И снова полное отсутствие реакции на слова и действия Дочерей, если не считать таковой очередную смену декорацией. Но так было и раньше, а вот ответов на свои вопросы Духи так и не дождались. Зато дождались явления весьма странной картины - плывущих в космической бездне драконов, мирно беседующих вопреки здравому смыслу. Хотя само понятие здравости в сознании Аллинэи начало размываться. Если им так удобно - почему бы и нет? А что она сама так не может... Ну, звёздные на то и звёздные, что их возможности не постигаемы разумом. Зато другую вещь понять было очень даже возможно. Постепенно в душу светлой закралось подозрение, что всё это лишь декорация, красивая картинка, способ подвести к чему-то. Так выступления многих сказителей сопровождаются цветными иллюзиями, чтобы создать нужный настрой. Что ж. За Мэльз говорить было сложно, но сама Нэя точно прониклась.
Проглотивший звезду дракон вызвал у Духа злую усмешку. Вот так-то! И на великого Тьма знает кого нашлась управа! Будь ты хоть с планету размером - от мелких досадных неприятностей тебя это не убережёт. А вот внимание исполина Лиэс напугало бы до икоты, будь у неё тело. Впрочем, чисто эмоциональных впечатлений хватило, чтобы шарахнуться в сторону. Ну как в сторону... Учитывая размеры этого существа, бежать было бесполезно. Но побороть рефлексы светлая не сумела.
Бормоча воде как про себя, исполин, между тем, дал Звёзднорождённой пищу для размышлений. То, что говорил дракон... Да эта ересь ломала привычный мир с такой же лёгкостью, как птенец неосторожным движением рушит башенку из камней! Но с другой стороны... Эти откровения проливали свет на некоторые странности, которые Аллинэя замечала, но не могла объяснить. Если, конечно, она правильно поняла его. Мыли метались вспугнутыми птицами, драконесса вперила безумный взгляд в сестру и почувствовала непреодолимое желание отъехать в обморок. Потому что разум не справлялся с осознанием открывшихся фактов. Завис, выражаясь компьютерным языком. Продравшись через завесу шока, Дух мысленно плюнул на всё и решил молчать и не сосредотачиваться на этом, пока не получит подтверждения своим весьма хлипким выводам.
Говоря откровенно, в другой ситуации Лиэс закрыла бы глаза на все странности, как неоднократно делала раньше. Но сейчас всё её существо, подверженное влиянию чуждой силы, менялось и заново осмысливало свою жизнь, всё когда-либо виденное и слышанное, всё, от чего драконесса отмахивалась из раза в раз, как от случайной ошибки. На тонкой грани между здравомыслием и безумием любая мысль была гораздо острее, даже самую дикую и невероятную нельзя было просто проигнорировать как нечто несущественное. И эта же ясность ощущений толкала светлую на не слишком свойственные ей поступки. Например, метнуться вслед гигантскому сородичу ненавистной Оры, пользуясь преимуществом в маневренности, и заорать во всю мощь магического таланта:
- Стой! Подожди!
Просто позволить уйти источнику таких знаний? Ни за что! Даже если звёздный сейчас размажет её тонким слоем по всему космосу, даже если отправит в Источник. Да хоть что - но не попытаться она не могла. Только не сейчас. Аналиэссан всегда хотела знать, что было до её появления, что скрывала от неё Создательница уже во времена совместной работы, почему избегала некоторых тем. Почему в Её отношении к Арамэльминдиз временами сквозил неприкрытый страх вкупе с завистью. О, если кто-то и мог ответить светлой на её вопросы, то только он. Но звёздный явно собрался забыть о них! Да и пугал по-прежнему. В поисках моральной поддержки светлая оглянулась на сестру. Ну да, как же. Темнейшая скорее себе хвост отгрызёт, чем поможет, знаем. Но вид Арамэль придал уверенности. Как и всегда, пусть из чистого упрямства - ни в чём не уступать.
- Кто ты? Ответь, прошу...

0

16

Бурная ярость Арамэльминдиз вылилась в избивании пустого пространства. Всего мгновение, и сцену словно очистили. Исчезли все декорации, остался лишь "чистый" космос. Мэльз всё еще тяжело дышала, но постепенно внезапно вспыхнувший гнев стих, и Темнейшая зависла в пустоте, заняв почти вертикальное положение и скрестив передние лапы в районе груди. Весь вид Её Тёмности выражал скепсис и что-то вроде "ещё раз увижу эти подозрительные лапы - откушу нахрен".
Но ожидания Темнейшей оправдались даже сверх того. Она увидела не только лапы, но и всего обладателя оных. И этот дракон опредлённо был ей не знаком. Зато его напарницу Арамэль быстро узнала. Ора ничуть не изменилась - Аллинэя чем-то напоминала её, только у Звёздной Праматери габариты будут побольше. Судя по всему, то, что она и Нэя видели до этого, было экспериментом по вмещении Стихии в живую материю. И ныне двое творцов дискутировали насчёт произошедшей неудачи. Так Ора творила не одна, значит? А Мэльз была не удивлена нисколько! Ну ладно, немножко удивилась... Но в своей гордыне Темнейшая всегда считала мир Саяри несовершенным, а потому талант Оры к творению оценивала, как заурядный. Слишком простой. И даже сейчас Тёмная Дочь была всецело за то, чтобы дать дорогой "матушке" хорошего пинка под зад. Один вид этой бабы коробил. Но внимание Арамэль очень быстро переключилось на здоровяка, чьи лапы Мэльз хотела искусать минуту назад. Или не минуту? Который вообще час?! Во всей этой карусели Падшая потеряла счёт времени и потому с трудом догадалась о том, сколько она и её сестра тут находятся.
Удивительно, но время в этот миг словно и вправду застыло. Точнее застыло всё, что тут было. Шевелились лишь Дочери и, внезапно, тёмный гигантский ящер. Исполин устремил взгляд прямо на них и в голосе его прозвучало узнавание.
"Откуда этот хмырь знает моё имя?"
Арамэль прямо в такой наглой форме и спросила бы об этом дракона, но тот заговорил об Аллинэе, и Темнейшая чуток зависла. Итак, нет сомнений, что этот незнакомец был знаком с Орой. Скорее всего, даже лучше, чем они с Нэей. Во-вторых, он знает о творении Оры, о начальном - точно, ведь первыми Звёздная Праматерь создала именно их. Стоп, а создала ли? Кто там кого пробудил? Что за чертовщина тут творится?!
Не успела Падшая задать весь свой ворох вопросов, как этот самый, кем бы он ни был, как будто сдал назад, решил ретироваться и вообще ушёл в себя и вернуться не обещал. Пресветлая, судя по всему, тоже прониклась их маленьким приключением и хотела бы задержать незнакомца, тоже задав свои вопросы. Но Мэльз просить не умела. Как истинная Тёмная Королева, она хорошо умела только требовать и приказывать.
"Ты б еще его заумоляла."
Презрительно подумав это о лопотании сестры, Темнейшая решительнг выплыла вперёд, устремляясь за тёмным гигантом, облетая его и становясь прямо напротив глаз. Святая Бездна, каждый глаз был просто здоровенным куском жёлтого янтаря! Однако разница в габаритах Арамэль не смущала. Она была намерена выжать, выдавить или выбить, если потребуется, всю интересующую её информацию их этого толстозадого.
- Слышь, я не знаю, кто ты и какого хрена тут произошло, но если ты мне не скажешь, где я и моя сестра очутилась и кто нас позвал сюда, я выковыряю и сожру твой здоровенный жёлтый глаз и заем вторым на десерт. Усёк, парень? - острый чёрный коготь упёрся прямо в нос собеседнику.
Главная мятежница Саяри была дамой обстоятельной: сразу говорила, что по чём, чего она хочет и что будет, если не сделать, как она желает. Обычно в таких случаях устраивалось кровавое месиво, но тут явно не тот случай. Хотя слопать глаз здоровяка Мэльз готова была попытаться. Уж больно аппетитно выглядит.

0

17

Всё происходящее было, несомненно, странно, но только для Арамэльминдиз и Аллинэи. Для неведомого Звёздного всё было совершенно нормально, своего выпадания из его реальности, понятной, кажется, только ему самому, он или не заметил, или это было и вовсе типичной практикой в этом странном месте.
Гигантский дракон, неожиданно изящно облетая звёздочки-светильники, возвращался к Оре. Выглядело всё так, будто он на минутку вышел по каким-то своим делам, а сейчас возвращался к неоконченному разговору с коллегой. Та, ни капли не поменявшись в морде, словно так всё и должно быть, по-прежнему не замечая Дочерей, продолжила беседу, но на этот раз громче, так, чтобы слышал её товарищ.
- Если бы дал мне попробовать... Что? Что за взгляд? Ты даже не пытался!
- Ложь и провокация, я пытался тебя научить, но ты не хотела меня слушать. И ты прекрасно знаешь и видишь, что из этого вышло,не так ли? - вкрадчиво начал было Звёздный гигант, делая пасс лапой в сторону мелкой планеты под ними. Едва ли не расколотая пополам, горящая с одной стороны, утопающая с другой. И когда только появилась?..
Дракон продолжил бы, если бы не восклик Аллинэи. Картина окружающего мира как будто споткнулась, реальность "дёрнулась", смазывая очертания предметов и драконов. Гигант обернулся, всматриваясь в Аллинэю пытливо:
- Ты... Не уз.. Не знаешь меня? Кажется, нам обоим решили устроить сюрприз. Что ж, моё имя... - он, не договорив всего, умолк и, повернувшись слегка, стал задумчиво наблюдать за тем, как Темнейшая поплыла к нему. Удивительно, но она казалась очень медлительной, хотя Звёздный не выглядел находящимся очень далеко.
Так и не завершив свою мысль, гигант снова потерял ко всему интерес и начал разворачиваться обратно, а реальность опять дёрнулась, пытаясь восстановить предыдущий ход событий, затем, как бы буксуя, не сразу оттаивая от этой паузы, пошла своим чередом. Пока не вмешалась Арамэльминдиз, конечно же; она наконец-то сумела до него добраться.
Звёздный безучастно уставился на неё, пока всё вокруг вновь не остановилось (немного надоедает, верно?), а затем морда его исказилась таким выражением, которое можно было бы сравнить с разочарованием, если бы на такой огромной образине хоть что-то можно было нормально разглядеть. Он приблизил свою голову к ней ещё больше, не говоря ни слова, а затем, слегка приоткрыв пасть, легко подул на неё. Самку завертело, как если бы то было не лёгкое дуновение, а жуткий ураган, отшвырнуло вихрем обратно, к сестре, и даже немного дальше. А гигант уже мгновенно, не успела Темнейшая даже притормозить свой неуправляемый полёт, приблизился к Дочерям почти вплотную, глядя на них без злобы, но с явным укором.
- Всего я ожидал от своего творения, но не глупой агрессии и пустых угроз. Я, дорогая моя дочь, если можно так сказать- гигант потянулся к Арамэль, ловко цепляя её пальцами за хвост и приостанавливая её головокружительное верчение в космическом пространстве, - здесь могу превратить тебя хоть в пушистого кролика, плюющего радугой на каждом шагу, если захочу. Так что, пока я этого не сделал, будь добра, успокойся и послушай. Аллинэя, о тебе я, конечно, тоже не забыл.
Звёздный отлетел чуть в сторону, взмахивая крылом. От него пошла рябь, а космос вокруг начал трескаться с кошмарнейшим грохотом, целые куски с туманностями, звёздами и планетами начали падать вниз, разбиваясь друг о друга на тысячи кусочков, покуда всё, кроме гиганта и Дочерей не обратилось в пыль. Очередная смена декораций, на сцене вокруг плыли облака, тусклые, словно нарисованные. Они закручивались в сферу вокруг троицы, образуя что-то вроде убежища... Или клетки. Драконы находились где-то в небе, а под ними всюду, насколько хватало глаз, в просветах облаков простиралась Саяри, но тихая, серая и такая неживая... Местами было видно неяркие всполохи и силуэты, в которых трудно было что-либо распознать с такой высоты, но смутные догадки о месте их пребывания уже наверняка всплыли в головушках сестёр. В конце концов столько легенд ходит об этом месте.
- Моё имя Баал. Я - Творец, почти как и та, кого вы знаете под именем Ора. И именно я затянул вас сюда и только благодаря мне вы ещё живы. Ведь это - Серый Плен, без моей помощи и силы от вас не осталось бы ничего, даже жалкого кусочка души. Так что прошу, оставьте в покое мои глаза, нам точно есть о чём... Поговорить.

[AVA]http://savepic.ru/9069739.jpg[/AVA][NIC]Баал[/NIC]

Отредактировано Мастер (9 Май 2016 21:55:28)

0

18

Безумный коктейль эмоций в душе светлой достиг точки кипения и обратился в пар. Иными словами, на смену хаотичному движению мысли пришло безразличие. Разум защищался от странностей окружающей среды привычным образом, ибо перспектива безумия вставала перед Лиэс во весь рост. Хотя в здравости своего рассудка она порой сомневалась и в былые дни.
Но все это казалось сущими мелочами перед другими вопросами. Откуда этот гигант знает её? И Арамэль? Кто он, Бездна его возьми?! И причём тут Ора?.. Уж к матушке Светлейшая не испытывала ни капли былого почтения, лишь безграничную неприязнь, щедро подпитываемую застарелым страхом и грозящую перейти в ненависть. Нужен был лишь толчок в нужнос направлении. И в этом, к слову, крылась причина нынешнего поведения Аллинэи. Проведя рядом с Праматерью куда больше времени, чем сестра, она научилась чувствовать скрытую в Звёздной силу, во много раз превосходящую возможности Духа. Эта мощь давила и заставляла быть крайне осмотрительней. Особенно когда молодая драконесса осознала две вещи. Во-первых, ширину разделяющей их потенциалы пропасти, а во-вторых, тот факт, что Ора, скорее всего, не поняла, какое знание открылось её творению. Впрочем, от послушной дочери та никогда не ждала неприятностей.
И очень похожую силу ныне Аналиэссан ощущала в гиганте. Быть может, даже большую. Память была не самым надёжным источником, а сравнивать было, сами понимаете, не с кем. Ибо дракон крупнее виверны, но для мыши они оба одинаково неизмеримо велики. И нарываться на конфликт с этим... Баалом она не хотела. Она ж не Мэльз, которая тут же продемонстрировала свой нрав и - о Свет! - получила по носу к несказанному удовольствию светлой. Умом она понимала, что может оказаться точно так же подвешенной за хвост, но в душе радовалась, как птенец новой игрушке. И даже не стала сдерживать улыбку. Потому что сделать их отношения хуже, чем они есть сейчас, едва ли получится, а терпеть никаких сил не было.
Очередная смена декораций, уже порядком поднадоевшая, и вот все трое оказались в какой-то новой реальности. Похожей на родную планету, но какой-то... серой? Выцветший мир представлял собой крайне нерадостную картину. Додумать мысль драконесса не успела. Баал начал говорить и подтвердил неясные подозрения. "Так вот какой он, Серый Плен..." Аллинэя переместилась к самой границе сферы и окинула взглядом странный мир. Но, честно сказать, мрачная легенда занимала её значительно меньше Звёздного, поэтому уже через пару секунд светлая вернулась на прежнее место и попросила:
- Уважаемый Баал, если это возможно, не могли бы Вы стать... немного меньше? - весь вид драконессы как бы говорил: "мы прониклись и впечатлились, но так очень неудобно". Причём дело было даже не в моральном дискомфорте (а чувствовать себя букашкой мало кому понравится), а исключительно в том, что беседовать удобнее с существом своего размера. Во всяком случае, так это было с Лиэс. Что там думала по поводу гиганта Мэльз - вопрос интересный. Но, зная сестру, светлая согла сказать, что ничего приличного.
- Я действительно не знаю Вас и не узнаю. В моей сознательной жизни имел место быть лишь один Звёздный, и тот оказался не слишком откровенным, - за внешне спокойными словами крылась застарелая горечь и сложная гамма чувств, охватытвавшая драконессу всякий раз, когда речь заходила об Оре.

+1

19

"В самом деле Звёздный, Шагриар мне в почки."
Именно эта мысль пришла в голову Темнейшей, когда этот самый чёртов Баал сдул её, заставляя отлететь к сестре. Болтанка не успела прекратиться, а её уже подвесили за хвост. Как нашкодившего птенца. И ухмылка сестрицы не ускользнула от взгляда пламенных глаз. Отношения их точно хуже не станут, но зная темперамент Арамэль и её мстительность, можно было не сомневаться, что даже в посмертии Аллинэя могла от Тёмной нахлебаться.
Как ни странно, угроза Тьму не пугала. Арамэльминдиз была почти уверена, что даже этому Звёздному неподвластно уничтожить Стихию. Она существовала ещё до появления жизни на планетах. А потерять способность мыслить... Что ж, может, не самый плохой итог. Нынешнее бессилие Падшую, мягко говоря, не радовало. К тому же...
- Но позвал ты нас сюда в сознании и пока вполне дееспособных, насколько это позволяет потеря телесной оболочки. Кончай ломать комедию и переходи к делу, - видимо, Тёмную Мать не могла исправить даже могила. А с чего это она должна была слушаться неизвестного дракона? Мэльз и Ору-то не уважала и не слушалась, плевать хотела на её задумки и планы. Всё равно сделала всё, как сама того хотела. Если Баал не врёт, и он похож на Ору, то пора готовить пасть к оглушительным зевкам и изображать вежливую заинтересованность, если у Темнейшей, конечно, раньше не сдадут нервы. Пока что демонстрация силы не вызывала особого восторга. Замахнулся - бей. Не можешь или не хочешь - не подымай лапу. В противном случае тебя могут счесть пустозвоном.
Падшая заценила новую карусель, пока она, Аллинэя и Звёздный не оказались в мире сплошной серости. Надо же, легенды не лгут. И впрямь унылое место - этот Серый Плен. Лучше распасться на атомы и стать Ничем, чем блуждать в таком месте неприкаянной душой.
- Серый плен... Место упокоения душ. И что же забыл в этой дыре могущественный Звёздный дракон? За плохое поведение сослали? - яда в голосе Арамэль не было, но ирония сквозила. Мол, что-то твоё всесилие какое-то "хромое", - И, будь любезен, не показывай нам больше эту дочь подзаборной шлюхи... Ору, в смысле. Мне её в детстве хватило.
И без того не особо симпатичная морда Падшей исказилась в гримасе отвращения. Аллинэя не любила Ору с определённого момента, Тёмная же никогда не чувствовала в ней родства. Да и, по чести сказать, Праматерь тоже смотрела на Дочь больше как на объект экспериментов и наблюдений. Каждый раз, когда их взгляды пересекались, что-то внутри Темнейшей холодело и цепенело, сжималось тугим чешуйчатым узлом и неприятно скреблось о диафрагму. Животный необоснованный ужас. И дикая ненависть. Неудивительно, что при виде Баала драконесса не испытала положительных эмоций. И этот чёртов коллега Оры не вызывал у неё доверия и желания болтать. Но, видимо, хозяином положения тут был он, и Всетемнейшей придётся выслушать Звёздного, как бы сильно её душа ни рвалась в родные земли, к Верраялу и мелкому отпрыску.

+1

20

Морда Звёздного не поменяла своего выражения ни после разочаровывающих слов Аллинэи, ни после язвительного ответа Арамэльминдиз. За свои, вероятно, очень долгие годы жизни он прекрасно научился абстрагироваться и от неприятных известий, и от попыток уязвить. С этими двумя Баалу это точно очень сильно поможет в дальнейшем.
О, у Звёздного были далекоидущие планы. И Дочери в них не самые важные фигуры, хоть с ними и придётся считаться. Маленькое неудобство, которое он намерен в будущем устранить. Но пока что они были здесь и сейчас, потому Баал не собирается обращать внимания на все личные заморочки этой парочки. Ещё успеется им повздорить. Звёздный не любил заглядывать в будущее, но здесь это и не требовалось. Он и так всё знал.
А пока Звёздный внял просьбе Аллинэи.
Весь Баал вдруг как-то резко выгнулся, начал сжиматься в комок и... рассыпаться. Массивные чешуи кусками отваливались от туловища, головы, шеи, лап, рассыпаясь на части поменьше, вплоть до мельчайшей пыли, рога с рокотом и гроохотом отломились и упали куда-то вниз облачной камеры, оставшись валяться там малюсенькими неровными полосочками, растаявшими через пару секунд, крылья разом осыпались гигантскими осколками... Всё это напоминало разрушение некой оболочки, большого доспеха, потому что под ней скрывалось тело не слишком крупного, размером с самих Дочерей, зато очень-очень длинного дракона с большими-большими жёлто-красными глазами. У него не было крыльев, едва-едва угадывались лапы, поджатые у груди и брюха. Он походил на лежащий в воде полосатый синий канат со слегка истрепавшейся стороной-спиной, на которой красовалась не то коротко остриженная грива, не то очень-очень нежный плавник.
Этот вид был ему куда привычнее того, громоздкого и величественного. Баала можно было теперь легко принять за смертного, только очень сильно вымахавшего. Однако если Дочери будут этим руководствоваться и попробуют ещё что-нибудь учудить с ним, снова рискуют нарваться на неудачу. Здесь правит балом, хех, Баал.
- Значит, узнаешь, - несколько отстранённо отозвался Звёздный, намекая, что часть с откровениями будет, но заметно позже. А вот в ответ на слова Арамэльминдиз он сначала усмехнулся, а затем и вовсе начал смеяться, вскидывая лапы вверх - его поймали на горячем.
- Ты, - Баал ещё раз хохотнул, не в силах совладать с собой, но этот смешок был уже грустным, - права. Почти. Та, кого ты так ненавидишь, кого ты видела в моих же воспоминаниях сейчас, изволила запереть меня здесь без надежды на спасение. Но, не будь я так могущественен, вы бы обо мне и не узнали до скончания... времён.
Баал качнул головой, улыбаясь. Как неожиданно легко ему было признать единственную свою слабость, которая состояла вдруг не в том, что он не мог отсюда выбраться... А в том, что он вообще сюда попал. "Доверять опасно... Но..."
- Но даже мне нужна помощь. Поэтому я позвал вас. Вы поможете мне отсюда выбраться? - без особой надежды на мгновенный положительный ответ спросил Баал с несколько скучающей мордой. Он махнул лапой, под телами Дочерей возникла небольшая облачная платформа, на которую Звёздный и опустился, удобно располагаясь в небольшом кучевом облачке, возникшем под его спиной. Он привык к комфорту во всём.
- Предвещая вопрос... "Зачем?"... Я могу уби... Ах, вам даже угрожать не хочется. Своему угрожать как-то бесполезно, всё равно пойдёшь у него на поводу, - задумчиво продолжил Баал, не слишком размениваясь на пояснения некоторых собственных слов, - "Эта дочь подзаборной шлюхи", как ты удачно подметила, вполне себе жива и здравствует, насколько я сумел понять. И грядут перемены, которые многим могут... не понравиться. Смертельно не понравиться. Посему я хотел бы, во вторую очередь, избавиться от этой проблемы. Не слишком хочется, чтобы мир решил однажды вывернуться наизнанку, схлопнуться и расправиться вновь, но уже искажённым до неузнаваемости, м?.. Даже вам, призрачным, существующим во всех сферах мира, не поздоровится. Ну и, лукавить не буду, в первую очередь... Я бы всё-таки хотел отсюда выбраться.

Внешность

http://orig10.deviantart.net/2742/f/2012/242/3/d/little_blue_by_mistytang-d5cxf5b.jpg

[AVA]http://savepic.ru/10691717.jpg[/AVA][NIC]Баал[/NIC]

0

21

Неприкрытая неприязнь, если не сказать сильнее, сквозившая в каждом слове и жесте Арамэль, несказанно задевала, пусть и направлена была не на Лиэс. Но светлая ощущала иррациональную обиду. Не за Баала, которому достался этот ушат помоев - он достойно держал удар, и тем более не за Ору, с которой драконессу связывала лишь истончившаяся призрачная нить родства создателя и его творения. С большим опозданием Дух опознал источник мерзко зудящего чувства. Зависть. Она ведь всегда завидовала сестре, её силе, дарующей возможность не прятаться за сонмом масок и личин. Мэль была свободна в своих суждениях и поступках, вольна в выборе пути. Нэя сделала выбор лишь однажды, на долгие годы отдав свою жизнь в чужие лапы. И ради чего? На этот вопрос драконесса ответить не могла. Кажется, она стала слишком взрослой, чтобы понять себя-птенца.
И даже фееричное разрушение оболочки Звёздного не слишком заинтересовало светлую. Хотя это было красиво. Да, определённо красиво. Нечто подобное Лиэс видела лишь однажды, когда в Соборе лопнул цветной витраж и засыпал глупую драконочку осколками. Хотя сейчас зрелище было куда более величественным и, пожалуй, пафосным. "Интересно, стремление к показухе у предков в крови? Или мне просто "везёт" на такие экземпляры?" Хотя новый ("настоящий?") облик Баал ей понравился. Чем-то он напоминал одновременно воздушных и водных, а с ними светлой всегда было по пути.
Трёп сестры Нэя привычно пропустила мимо ушей, сосредоточив внимание на предке. Он обещал ответы - и ради них она была готова потерпеть некоторые неудобства и даже полную загадок речь. По крайней мере, Баал не пытался сыграть их втёмную, объяснив, что произошло и зачем он притащил сюда Дочерей. Драконесса даже прижмурилась, представив, что сейчас выдаст её "обожаемая" сестричка в ответ на такое.
- Это всё, бесспорно, очень интересно, но... Чем же два бессильных призрака могут помочь могущественному Звёздному дракону? - Лиэс подобралась поближе к предку. Не орать же через половину этого псевдо-облака, о природе которого она предпочла особо не задумываться ради сохранения здравости рассудка. - Мы оказались беспомощны даже перед лицом дохлой марионетки Оры. Сама она оставит от нас лишь память.
Уж в отношении себя Нэя точно не сомневалась. Именно своё творение, если конечно она верно поняла туманные намёки Баала, Ора не пощадит и сотрёт с лица Саяри без колебаний. Вопрос в том, сможет ли она уничтожить Мэльз так же легко. Нэе почему-то казалось, что нет.
И это не говоря о том, что в словах Звёздного было некоторое противоречие. О грядущих бедах-переменах он знает наверняка, зато в добром здравии соперницы не уверен? Вас ничего не смущает? А Лиэс вот крепко над этим задумалась. Впрочем, это могло подождать. Действовать вслепую она точно не собиралась. Возможно, Баал объяснит причины своей частичной осведомлённости позже. Ну а если нет - за ней не заржавеет уточнить.
- И что оные призраки за свою помощь получат?
Время безвозмездного труда на всеобщее благо кануло в Бездну. Если уж ей предлагают снова спасти мир (Свет, даже звучит смешно!), то стоит стребовать за это достойную награду. Если, конечно, её сейчас не распылят в гневе. Только ей как бы нечего терять. Иногда быть фаталистом - к лучшему.

+2

22

Здоровенная ящерица внезапно начала разваливаться на куски, а под слоем всех этих рогов, шипов и чешуи был... змеевидный дракон, просто самым мерзким образом напоминавший отчасти Воздушную сучку. Мэльз бы не стала сдерживать порыв и сплюнула ему под лапы от омерзения, если бы было чем плевать... и куда.
Баал разразился хохотом, на что Арамэль лишь мысленно сама же усмехнулась. Вестимо, права. Но что она слышит! Могущественный предок просит двух призраков о помощи? Прелесть-то какая, честное слово. Нет, правда, Темнейшая обожала, когда её просили, даже умоляли. Это так чешет эго, бальзамом льётся на болезненно раздутое и явно перекормленное самомнение. Звёздный как-то странно добавил насчёт угрозы и нахождения Оры среди живых, а затем и предупреждение присовокупил. Обозначил выгодность сотрудничества, так сказать.
Сестра задала вполне закономерные вопросы, но... мало, как же мало информации. Просто чудовищно скудно их осведомили об их ролях в грядущих играх сильнейших!
Как-то читала Арамэль старинные скрижали. Язык Звёздных был тяжёл для понимания, потому лишь единицы брали на себя столь сложную задачу, как расшифровка каракулей на их языке. Но пару фраз Темнейшая помнила. Одна приходилась сейчас очень к месту.
Quid pro quo*, Звёздный? - Тёмный Дух употребила в речи некогда расшифрованное выражение Звёздных и цокнула языком, как бы демонстративно сомневаясь в том, что сделка состоится, - Полагаю, из гарантий у нас будет только твоё... хм... честное слово, - иронию в словах драконессы не заметил бы только глухой, - Ах да, как я могла забыть! - всплеснув лапами, Падшая картинно состроила покаянную мину, - Ты же можешь обратить наши души в пыль. И раз не сделал этого, то мы тебе нужнее живыми, пусть даже не слишком сговорчивыми, но живыми и согласными сотрудничать. О взаимной услуге поговорим позже. Что у тебя за план? Чары Оры хорошо тебя держат, раз за столько лет тебе ни разу не удалось вырваться на свободу.
Драконица не замечала, что уже принялась не подтрунивать над Баалом, а рассуждать вслух, прогнозируя вероятные предложения, даже не удосужившись спросить напрямую. О нет, так не интересно. Спросить в лоб может каждый, а вот угадать мысли собеседника, просчитать его ходы, уловить, к чему он клонит... Этим Мэльз занималась всю свою сознательную жизнь. Ходячий чешуйчатый рентген пытался лезть под чешую и своих и чужих. Понимание союзников и врагов - ключевой момент при попытке отличить одних от других. И при запудривании мозгов, конечно.
Есть два... точнее три известных способа снять действие любого заклинания. Третий в расчёт не берём - он заключается в добровольном или добровольно-принудительном снятии чар самим магом. Нет, поугрожать Оре, безусловно, было бы весьма забавно. Только было бы чем. Два других более вероятны. Заклинание можно разбить контр-заклятием. Но, исходя из наших с сестрой скудных познаний в области магии Звёздных, вряд ли мы сможем скастовать нужное. Разве что ты расщедришься на приватные уроки... хм, Папочка, - обращение, вопреки далеко не самой уважительной форме, не было едким или злым - Арамэль явно ушла по самые рога в мыслительный процесс и почти не замечала находящихся рядом драконов. Её лапы ступали по наколдованному облаку, не оставляя на пушистой белизне ни единого следа, - И остаётся ещё один способ - он же самый выгодный, потому что аннулирует возможность твоего повторного заточения. Убийство наложившего чары.
Темнейшая резко остановилась, чуть не врезавшись сестре прямо в бок. Хотя насколько возможно врезаться одному призраку в другого?.. Взгляд драконессы стал более осмысленным, пусть она и уставилась на Аллинэю, точно была крайне удивлена, увидев её на своём пути. Сделав пару шагов назад, Падшая присела, предварительно снова развернувшись к Баалу.
- Её безусловно есть за что отметелить, но для бестелесных это проблематично. Хотя... раз ты Звёздный, то тоже умеешь впихивать Стихии и души в тела. Если только эта "серая коробка" не лишила тебя возможности колдовать на таком уровне. Но даже если ты решишь это сделать, проблема остаётся - Ора сильнее.
Заключение Мэль пробормотала очень быстро и почти сбивчиво. Новое тело... о, самка бы дорого дала за возвращение в мир живых. Да, там было много работы, да, там был полнейший хаос в её стае после смерти Великой. Но Арамэльминдиз больше нравилось быть живой. Она остро это почувствовала, став призраком. Мир словно утерял все краски и вкус. А там... можно было воевать,  делать артефакты, дышать огнём на сестру, трепать за щёку Ксору, а по холке - Фламма, трахаться с Верраялом и... много чего ещё хорошего у неё было при жизни. Молчание, которое повисло после этого монолога, было красноречивее слов. И если Баал тоже был неплохим психологом, то он уже понял, что Арамэль поглощена пусть неозвученной самим Звёздным и не предложенной ей ещё призрачной (ха-ха!) перспективой своего возрождения.
- Ну так как ты изменишь это... досадное обстоятельство? - сморгнув, Тёмная Дочь уставилась на змеевидного очень похожими на его собственные глазами.
______________
* - "услуга за услугу" (лат.)

+3

23

[nick]Баал[/nick][status]Старая звезда[/status][icon]http://se.uploads.ru/NkQHY.jpg[/icon][sign]Знание - лишь одна из первых ступеней лестницы вселенных.[/sign] Наблюдать за дамами, которые предполагались ему дочерьми, Баалу было забавно. Не весело, не интересно, а именно забавно. Он не видел ещё доселе таковых призраков, пусть замыслы его ещё на заре времён и предполагали именно подобное их воплощение в "послесмертии". Звёздному приятно было знать, что хоть что-то шло так, как того требовали его планы.
Однако вот вновь вылезла на передний план очередная промашка Оры. Великие Дочери, сёстры не по крови, но, полагалось, хотя бы по духу, таковыми не были вовсе. Он видел их ссоры, видел их нелюбовь друг к другу ещё до этого момента. Стихии, чьими воплощениями они стали, разумеется не обязаны были воспылать страстной любовью. Однако по всем-всем задумкам, что некогда принадлежали Баалу, обе выйти обязаны были куда более спокойными и способными к командной работе с кем бы то ни было. Однако ж... Предпочитали действовать даже после смерти (хотя казалось бы, что могло бы в большей степени исправить их положение?) раздельно, как, собственно, сейчас. Даже, даже вопросы были в сущности те же самые, но заданные так, будто второй из них нет здесь. "Кое недоразумение, однако!"
Баал снова улыбнулся. Он всегда был весьма жизнерадостным существом и любил дарить свои улыбки миру, чего и не лишился окончательно даже в заточении. И с текущим недоразумением звёздный готов был справляться со всем оставшимся у него позитивом.
Ach, du grüne Neune! - с внезапным жаром отозвался он, отвечая на знание Арамэльминдиз некоторых родных ему изречений. Почти родных, впрочем. Многое из того, что принято считать языком звёздных драконов, на самом деле являлось банальнейшей калькой с языком таких существ, каких драконы в жизни своей представить не могли. Ну, как говорится, упс! Баал только качнул головой туда-сюда и снова улыбнулся.
- Что ж. Вы мне нужны действительно хотя бы такие, какие есть. В вашем, дамы, положении есть своя особенная прелесть, пусть и не всё из неё вам может быть понятно и приятно, - звёздный принялся отвечать постепенно, но сразу уж обеим. Дочерям следует привыкать к тому, что они, хотят или нет, а должны будут взаимодействовать.
- Но это.. Частности! Пусть и занимательные. Поговорим о них, когда уладим взрослые, - морда Баала скривилась, как если бы он съел нечто невероятно кислое, - проблемы. Для некоторого понимания мне в первую очередь следует рассказать немного и о месте нашего пребывания.
Длинное тело звёздного вывернулось в несколько практически идеальных колец и буквально заструилось по облакам, будто то были вполне твёрдые поверхности, а не зыбкие полупризрачные структуры. Баал поднялся повыше, замирая среди нагромождения тусклых, обесцвеченных туч, телом умудрившись заплестись в невероятную фигуру..
На сей раз ничего не завертелось, не посыпалось и не решило взрываться. По облакам, прямо по воздуху, по телу звёздного поползли светлые росчерки-письмена. Где-то угадывались знакомые для Дочерей цифры и буквы-значки, местами же это были совершенно невообразимые символы и даже рисунки. Где-то и вовсе были невнятные исчерченные как попало пятна сплошного цвета. И вся эта конструкция пульсировала неровно, дрожала, билась в своём, едва ли понятном ритме, попеременно вспыхивая то там, то тут.
- Если бы мы могли видеть заклинания, тут я говорю не о глазах вовсе, то в этой магической каморке мы бы сумели рассмотреть нечто подобное. И даже это... - Баал махнул хвостом, отчего сеть символов и рисунков стала смазываться, образуя эдакие белёсые водовороты, а затем она начала постепенно растворяться без следа. - Едва-едва приближает нас к действительности, ибо ныне видимое лишь один из вариантов визуализации куда более сложного и неясного механизма. Но и так можно углядеть, даже не будучи сведущим, что нечто в этом сделано из лап вон... Гм. Ора сделала свою работу настолько плохо, что даже хорошо! Переворотив всё практически во всех ключевых местах, она сумела тем не менее извлечь пользу, сама, вероятно, того не сознавая. По началу... Моих сил хватило бы для того, чтобы разрушить собственную же темницу, находясь в ней непосредственно. Однако выживаемость моя при том равна нулю. Ибо заклятие, точнее, целая масса их, породили столь хрупкую и ненадёжную систему, что практически любое вмешательство как изнутри, так и извне, приведёт к катастрофическому разрушению её самой и многих... Штук близ неё. В том числе и Саяри.
Вокруг, наконец, окончательно угомонился пейзаж, став вновь тусклым и унылым. Баал будто вместе с ним упал духом, увял как-то, устало развернувшись из своих дичайше сплетённых узлов и умостившись на тут же возникшем под его спиной облаке. Хвост его понуро и обессиленно свесился вниз, выглядя огромной синей и, увы, сдохшей змеёй.
- Пам-пам-пам, однако... Однако! - встрепнулся звёздный почти незамедлительно, - у нас, как верно сказала Арамэльминдиз,
есть выход. И да, мы убьём Ору!

Облако под Баалом с хлопком лопнуло, обдав призраков ватными комочками, которые, разумеется, просто пролетели сквозь них. Как только основная масса их провалилась куда-то вниз, открылась прелестная картина: звёздный, скрутившийся в пружину, восседал на чёрном аки смоль коне с холодно-белыми глазами, упоенно раскачиваясь на нём и чудом не падая. Беззвучно взоржав, неведомо откуда взявшийся зверь резко понёс вперёд и вбок, наворачивая круги вокруг сестёр. Из-под копыт же его, не касавшихся облаков, вылетала светлая чешуя, заляпанная чем-то багрово-красным, что при ближайшем рассмотрении оказывалось весьма похожим на кровь. А если вглядеться ещё, то можно увидеть и летящие в стороны зубы и даже... Глаза! Один такой как раз полетел сквозь, надо же, глаз Аллинэи.
- Изменю ли? - отозвался Баал беззаботно на слова Арамэль, - нет. Но! Вы сами измените его. Я лишь немного... Помогу.
На очередном круге определённо безумный звёздный свесился со своего коня, касаясь своими миниатюрными лапками Дочерей, благо что сидели они рядом. Ох и не завидовал он им...
В разумах призраков дикими волнами побежали образы, слова и действия, смешиваясь, разделяясь, а затем снова сходясь. Потоки знания нещадно обволакивали их, забирались внутрь несуществующих тел и пожирали их там, доставляя как неиллюзорное удовольствие, так и неиллюзорную боль от своего количества и скорости поступления в сознание.
Впрочем, быстро сей процесс оборвался, ведь на деле длился не более пары секунд. Отчего-то ощущалось тепло прикосновений звёздного, хотя призраки не могли никогда боле почувствовать живых. Но это было; и даже если и на правах морока, ощущалось наверняка бесподобно... "Рыбка-рыбка-рыбка, попала на крючок!"
А полученная от звёздного информация сейчас оседала эдакими пластами, структурируясь в более или менее понятную схему-план. Там были артефакты, заклинания, целые ритуалы. Однако ж если покопаться, то почти сразу замечались некоторые недостающие части, без которых, очевидно, процессы, подчинённые всем этим манипуляторам и манипуляциям, не могли быть завершены.
- Живое тело без защиты не сможет пройти через тонкую и вместе с тем вовсе не такую и простую грань между реальным миром и Серым Пленом. А у меня слишком мало времени, чтобы обеспечить вам двоим достойную и достаточную безопасность.
Баал, так и не удосужившийся избавиться от роли наездника, тем не менее развеял своего скакуна. И, пролетев почти до другого конца своей тюрьмы, там и остался, оборачиваясь к собеседницам, глядя неожданно строго и серьёзно.
- Вы сумеете сами создать себе новые тела. И со мной обретёте знания и силы, что помогут в грядущей битве. Но для того нам предстоит ещё пара свиданий... - звёздный пожал плечами, улыбаясь тихонько и совершенно незлобно. "Как же хочется вовне... Надоело скакать по собственной памяти в этом шарике..."

+5

24

Почти одновременно с ней заговорила и Арамэль. Каким-то чудом сёстры не перебивали друг друга, а будто бы дополняли? Хотя у Аллинэи и в мыслях не было ничего подобного. Оно само. Стоило одной примолкнуть, переводя ли дух или подбирая слова, подключалась вторая. Забавно. Прежде светлая такого не замечала. Хотя до того ли было на Советах? Честь, достоинство, не ударить мордой в грязь... Всё пошло прахом в один прекрасный день. К тому же, чего греха таить, сейчас Арамэльминдиз, вечная колючка в гриве, отошла на второй план, вытесненная Баалом. Правда, очень быстро напомнила о себе, едва не сбив Аллинэю с лап. Вот уж не ждали!
Говорила та по делу, это было сложно не признать. Что задумал предок? Какое место отвёл в своих планах им? У них вообще есть право голоса или же придётся опять быть лишь продолжением чужих лап? И - какая ирония! - ей, кажется, предлагают лишить жизни создательницу. Пусть заветные слова пока не прозвучали, но законы магии Светлейшая изучила не хуже сестры, если не лучше. И если под крылом у Звёздного не припрятано некое тайное знание, дополняющие озвученные три способа, то выход у них и в самом деле только один. Второй раз она слышит от Арамэль подобное, но...
Закончить мысль Аллинэя не успела. Вышло так, что обе драконессы расселись перед Звёздным, выжидательно глядя на того, словно птенцы на занятии со строгим наставником. А речи предка, вырвавшие её из задумчивости, между тем, были весьма занимательны. А чего стоит дивная демонстрация! Светлейшей всегда было интересно, как выглядит магия, есть у заклинаний некий "скелет" из энергии, как вообще устроено всё то, чем они так лихо пользуются вот уже семь с лишним тысячелетий. Похоже, у предков подобной проблемы не было.
- Если бы, - драконесса тихонько вздохнула, с непонятной непосвящённым тоской уставившись на пляску символов, уже начавшую истаивать. Насколько же они... несовершенны.
- ...настолько плохо, что даже хорошо! - на этих словах Аллинэя вскинулась. Удерживать внимание на чём-то одном становилось невыносимо сложно, сознание то и дело норовило уплыть в неведомые дали. Но озвученная проблема была знакома, пожалуй, каждому исследователю-энтузиасту.
"Ну да, не для того ты бездну лет тут сидел и ждал, чтобы взять и схлопнуться вместе с этой хренью. Да и мир жаль, зря мы, что ли, за него сдыхали", - светлая отвела взгляд, вновь задумываясь о своём, оплакивая несбыточные надежды.
- И да, мы убьём Ору!
- Что?!
И нет, это не то, что вы подумали. По большому счёту, на создательницу Аллинэе было наплевать, уже давно. Мысль же о её смерти представлялась чем-то невероятным: ей ли не знать силу Праматери и её запредельные даже для Духов возможности? Но Баал так уверен... Возможно ли?! Драконесса, до того сидевшая, сгорбившись и вроде как опустив голову, вскочила, словно ужаленная, уставившись на предка горящими глазами. В голове же, будто мало было фантасмагорических картин иллюзорного мира, восставали обрывочные воспоминания.
Тонкие пальцы бессильно сжимаются. Пусть так, зато не видно дрожь, только едва слышно позвякивают браслеты на запястьях. Напротив - тёмная фигура, и её слова в кои-то веки полны не презрения, а надежды и отчаянной решимости. Взгляд алых глаз направлен в самую душу.
- Неужели ты не видишь?! Она убьёт и нас тоже! Не задумываясь, не сомневаясь. Тебе жизнь не дорога?!
Да. Да! Я хочу жить, разве не видишь?! Но как одолеть ту, что мановением лапы обрывает сотни жизней? Ветру никогда не сломить гору... Даже двум ветрам. Она не пощадит. Не остановится. Второго шанса не будет, ни мне, ни тебе. Сопротивление бесполезно. Бесполезно? Невозможно! Не одолеть, не выстоять, не выжить. Не сейчас, ещё слишком рано, мы ещё слишком слабы...
- Значит, хочешь сдохнуть рабыней, а не той, кто боролся за свободу и готов рискнуть ради этого всем. Как знаешь... - презрительный плевок под лапы. - Мы всегда были разными, но я всегда чувствовала, что в тебе чего-то не хватает. Сейчас поняла - не хватает хребта. Целуй лапы этой мрази до конца дней своих.
Тьма отступает, алые огни гаснут. И вместе с ними гаснет последняя надежда на примирение. Но... я не могу иначе, не могу, не могу! Страх сковывает тело и разум, за себя, за неё, за тех, кого ещё можно спасти. Неверное движение, подломившиеся лапы. Пусть. Пусть болят ушибы. Это ничто по сравнению с тем, как корчится душа.

Низкий рык, проносящийся через столетия, продирает до несуществующих ныне костей. И Светлейшая подбирается, как перед прыжком, внимательно слушая Баала. В Бездну его шуточки, адскую лошадь и все спецэффекты. Тем более, что щадить нежданных помощниц предок не собирается. Ну да, другого и не ждали, все вы одной крови.
Описать словами следующие мгновения, растянувшиеся на целую вечность, драконесса не смогла ни тогда, ни много после. Могла сказать лишь одно: это было незабываемо. Наверное, опьянение и похмелье разом дали бы схожий эффект... А может и нет. Но драконесса сдавливала пальцами виски, словно это могло как-то помочь осознать тот массив информации, который им немилосердно впихнули.
- Потрясающе... Новая жизнь и новые возможности для нас в обмен на вашу свободу, я верно понимаю? Уж простите за прямоту, но роль незрячей марионетки мне давно опротивела. Хочется внести чуть больше ясности в наш... договор. И в наш план, разумеется.
Боль, едва не взорвавшая разум, притупилась. Или Аллинэя просто притерпелась к этим ощущениям, это совершенно не важно. Важно то, что внимание своё она переключила на сестру. Баал, буде захочет, всё равно сообщит и продемонстрирует всё, что пожелает, здесь он всесилен и власть его над двумя неупокоенными душами абсолютна. А вот с Арамэль придётся как-то договариваться. То немногое из переданных знаний, что светлая успела вскользь оценить и осознать, предполагало слаженную работу обеих Дочерей. Да и ресурсами они обладают разными... Как ни крути, а в этот бой им идти крыло к крылу, и те жалкие попытки координации во время схватки с личем в Руинах... В общем, этого мало. Не хватит. Как много лет назад одной не хватило терпения, а второй - запала, чтобы хотя бы понять друг друга, не говоря уже о большем. Единства цели может быть и недостаточно. Тогда ведь, в общем-то, они тоже хотели одного, но пути выбрали разные. Хотя на этот раз всем будет заведовать третий, посторонний в этом давнем конфликте. Может, в этом их шанс? Если, конечно, кое-кто сейчас не впадёт в ярость от перспективы сотрудничества с бесхребетной.
И всё же, глядя в глаза сестры, в себе Аналиэссан ощущала готовность сделать шаг навстречу. Но не объяснять прошлое. Не раньше, чем другая сторона будет готова услышать её, а не себя.

0


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Видения будущего » Тропой безумия [Аллинэя & Арамэльминдиз & Баал]