//PR Enter

Империя драконов. Возрождение

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Облачные пещеры » Пещера Мирэкл - Обитель Зам. Главы


Пещера Мирэкл - Обитель Зам. Главы

Сообщений 1 страница 50 из 58

1

Обитатели
Реншу, Тинэквалон

Большая и просторная пещера, в которой есть несколько коридоров, ведущих в дополнительные комнаты. Несколько входов и выходов — основной и самый большой вход, которым и пользуется Заместитель Главы, находится прямо в вершине одной из гор — широкая дыра, к которой можно подобраться только с воздуха. В зале, в который она ведёт, есть небольшой водоём. Лучи света, падая в воду, отражаются от поверхности воды и преломляются самоцветами, находящимися на дне. От чего вода переливается и блестит различными цветами. Здесь есть каменные выступы для отдыха и коридоры в другие комнаты. Тренировочный зал — большая комната с каменными и деревянными колоннами, установленными искусственно. Спальня — другая комната с большим каменным возвышением, на котором Реншу спит, свернувшись змеёй. Немного предметов личного пользования, расставленных по углам и вдоль стены. Библиотека — круглая зала, в стене которой выделаны полки для множества свитков. Обедня — комната с каменным столом и кладовой для пищи. Тут также есть любимый уголок Заместителя с множеством свёртков травы, местом для костра, котелок и прочие мелочи для готовки различных чаев.

Отредактировано Реншу (15 Фев 2016 11:56:32)

0

2

23 день Морозного месяца. День.

Путь был нелёгкий и несколько утомительный. Реншу немного подустал. Он был на лапах с раннего утра, так что к обеду успел самую малость вымотаться. Это не сильно сказывалось на его самочувствии и способности работать. Просто дорога через пустыню была сложной. Даже когда летишь по воздуху. Но в пустыне у Заместителя были свои дела. Особенно хорошо и удобно там было встречаться со шпионами и дипломатами, да и просто водились знакомые самых разных мастей и специализаций. А сегодняшний день совсем оказался странным, полным неожиданностей. Хотя бы тем, что принёс пополнение в стаю Воздуха — юного птенца, брошенного посреди пустыни и чуть не съеденного виверной.
Малышка спала по дороге, так что Реншу мог спокойно долететь до территории стаи и даже до своего дома, где предстояло пока обождать малютке. Ей нужен будет дом. И родители, конечно. Но сейчас было не время заниматься таким вопросом — куда пристроить птенца. Ей нужно было оказать помощь.
Реншу было вовсе не обязательно созывать целителей для того, чтобы помочь малышке. Он прекрасно был соведомлён о немагическом целительстве, анатомии драконов и разбирался в травничестве, так что вполне мог оказать всю необходимую помощь. Заместитель так-то сам по себе обладал многими полезными навыками, которые не раз выручали его или членов стаи, друзей и близких.
Золотисто-персиковый змей извернулся в воздухе, прижимая к груди Тин, чтобы та не выпала, и спустился вертикально вниз в дыру — главный вход в своей пещере. Был ещё один, который вёл к подножию горы, но он был закрыт. Так что для того, чтобы выбраться отсюда или наоборот попасть — нужно было уметь хорошо летать.
Дракон медленно начал опускаться, нарезая круги вокруг водоёма, плавно снижаясь и замедляясь. Если взлететь с птенцом на лапах было можно, то приземлиться сложно, потому пришлось, не приземляясь, сначала осторожно опустить Тин на землю а потом, сделав ещё один круг, приземлиться на все четере лапы.
Длинный хвост с густой, пушистой кисточкой на конце сделал широкий взмах. Поднялось немного пыли и снега, понападавшего через дыру вверху. Дракон тряхнул гривой и пригнулся, глядя на птенца. Нужно было промыть её раны и дать необходимые травы, чтобы они быстрее прошли. Поддев Тинэквалон носом под живот, Реншу так и понёс её в обедню — на носу. Благо, морда самца была достаточно широкой, чтобы без риска удержать на ней драконочку.

+1

3

23 морозного. День.
Персиковому благодетелю очень повезло, что во время полета домой дикий птенец спал. А иначе столкнулся бы с ярым сопротивлением и нежеланием покидать территорию песчаных волн и жаркого солнца. Причем с очень рьяным сопротивлением, до рева и сбегания. Это был ее дом, какой-никакой, и уж по собственной воле она покидать его точно не собиралась. Но, будучи усыпленная усталостью  и горем, она позволила себя увести далеко-далеко от  родной пустыни в неизвестные и пугающие непривычностью пейзажа горные массивы и расположенные в них огромные пещеры, которые юной драконочке раньше видеть точно не доводилось.
Тинэквалон при пробуждении ждал неприятный сюрприз в виде глобальной смены обстановки и значительного похолодания по сравнению с раскаленной пустыней. И если второе было вполне переносимым, то первое внушало панику. Проснулась драконочка в тот самым момент, когда змей понес ее на носу в одну из комнат. Проснулась скорее от перепада температуры: если до этого персиковое наваждение своим теплом согревало ее, то когда он положил  ее на землю, тепло быстренько улетучилось. И подсознание, помнящее, что было начало дня и должно быть довольно жарко,  тут же встрепенулось, подавая сигнал об опасности. Пробуждению поспособствовал и странный метод транспортировки на весу.
Полупроснувшись и не чувствуя опоры под ногами, Тин тут же дернулась вниз и, разумеется, сползла с носа своего длинного спасителя. Падение было на удивление жестким, отчего она проснулась уже окончательно. Раскрыв глаза, она непонимающе уставилась в пол. И на полу был вовсе не песок. Вот почему падение было столь жестким. Потом посмотрела чуть дальше. Картина не изменилась. Страх начал подступать, когда глаза поднялись до стен. Те тоже были каменными.  Это уже было не похоже на нагромождение камней, под которыми Тин с вивернёнышем  иногда прятались от солнца или ночевали.  Оглядевшись еще пару раз и не обнаружив  выхода, ее целиком охватил дикий ужас. Весь ее вид выражал такой панический страх, что даже самый бездушный мог бы ощутить степень  ее эмоции. Ее глаза, казалось, вылезут из орбит, шерсть распушилась до невозможности, хвост прижался к телу.
Бросил, оставил, предал, приволок в какую-то нору! Сожрет, уничтожит, воспользуется! Увидит – убьет! -  кричали страх и желание выжить.
От ужаса Тин не приметила змея, полностью сосредоточившись на окружении. У страха глаза велики, и страх у Тин был настолько большим, что ее сознание решило на время вырезать из восприятия немаленькую тушку рогатого змея для ее же спокойствия.
Хотя какое тут спокойствие, когда  не знаешь, где ты?! Тин не знала, где она и это пострашнее, чем быть сожранной виверной! Да где вообще могут быть места, где все вокруг состоит из камней?! А где же небо? Да как же жить-то теперь без неба и без полетов, да еще и без солнца родного? И она доверилась этому доброму зверю, а он ее предал! Уволок куда-то!  Сейчас самое время для того, что бы активно запаниковать, ведь  она одна! В неизвестном месте! А её разум и так сильно пошатнулся от произошедшего!
Тин пронзительно заскулила.  А потом, увидев, где света побольше, рванула туда со всех своих силенок, кои успели поднакопиться во время сна. Скулеж перемешался  визгом и воем. Отражаясь от стен эхом, этот невообразимо громкий противный звук смешивался и наводил еще больше ужаса на метавшуюся и потерявшую всякую ориентацию Тин. В нее словно вселился демон: она начала метаться из стороны в сторону, налетать на стены. Истерически прыгая и царапая когтями камень, она издавала невообразимые звуки, смешивая рычание виверн, писк птиц-падальщиков, предсмертное шипение некоторых змей и собственное скуление. Потом ломанулась в самую середину залы и, не заметив углубления, полетела прямо в него. Пусть водоем, а это был именно он, и покрыт был слоем льда, его было явно недостаточно для того, что бы выдержать летевшую со всей дури драконочку.
Влетев в воду, она от неожиданности вдохнула и подавилась.  Вынырнула, закашлявшись и слегка протрезвев от неожиданно оказавшейся тут воды. Непроизвольно ее внимание переключилось на воду, непривычно холодную. В оазисах вода даже прохладной бывает крайне редко, а тут холодная. Истерическая паника не то что бы резко прекратилась, но, по крайней мере, стала поменьше, да и крик прекратился. Теперь ей надо было вылезти, а как это сделать, Тин не знала. Она вообще теперь ничего не знала. И силы как-то снова резко кончились.  Тин начала цепляться за стены водоема и пытаться вылезти, начав уже дрожать от холода  - вода быстро поглощала тепло тела - и скулить, хотя сейчас это больше было похоже на болезненный стон.

+2

4

Ох и тяжко же придётся Реншу со всем этим делом. Бедняжка, кажется, за всю свою жизнь ни разу не видела ничего, кроме пустыни. И окружающее уж как-то очень её пугало. Местами даже слишком. Драконам свойственно приспосабливаться. И птенцам в таком возрасте тоже. А эта была уж какой-то… дикаркой. Иначе не скажешь. Впрочем, никто не обещал, что будет легко. А Заместитель не привык искать лёгких путей. Если задача была сложной, это не убавляло энтузиазма воздушного. Делать придётся в любом случае. И какой смысл сокрушаться над этим, коли делу не поможет?
Хотя Реншу ещё не знал, что птенец не умеет в таком возрасте ещё даже нормально говорить. И многое, что известно птенцам такого возраста, Тин ещё не знакомо и абсолютно чуждо.
Реншу не успел поймать Тинэквалон, которая вдруг начала метаться из стороны в сторону и откровенно истерить. Ну нет, это ещё не слишком, но близко к этому!
Если вам кажется, что Реншу — добрый, понимающий и терпеливый, сказочный и волшебный дракон, то вы, вероятнее всего, несколько заблуждаетесь. Но пока можете тешить себя этой иллюзией, что уж. Возможно, это смягчит впечатление от гнева, который способен на вас обрушиться в самый неожиданный момент.
Когда Тин побежала, Реншу щёлкнул пастью рядом с малышкой, пытаясь схватить её за загривок. Ну не лапами же хватать! А потом животом землю собирать. Вероятно, это тоже могло повлиять на впечатление птенца и внушить ей мысль, будто её хотят съесть. Хотя носить за загривок — это вполне естественно. Не только для драконов, но для очень многих неразумных существ. Виверн в том числе.
Послышался всплеск.
- Одно хорошо… купать тебя уже не надо, - вздохнул Реншу. Сама малышка, естественно, не выберется оттуда. Слишком высоко. Вода была не такая уж и холодная, как и температура воздуха, в принципе. Но с непривычки птенцу могло показаться иначе. В любом случае, это не грозило ни травмой, ни болезнью. Драконы бывают на удивление живучи. Только не в том случае, когда сталкиваются друг с другом.
Воздушный взлетел и, двинувшись по воздуху низко — у самого каменного пола — нырнул в воду. Практически тут же извернулся, быстро хватая Тинэквалон зубами за загривок. Вынул её прежде, чем она успела бы захлебнуться поднятой Реншу волной. Небольшой для него — а для птенца даже смертельно опасной.
Персиково-золотистый змей взлетел почти под самый потолок, разворачиваясь там и улетая в комнату, служившую своего рода кухней. Вместе с Тин в зубах.
Пещера была большой даже для Реншу. Для других драконов она могла показаться и вовсе огромной.
Пролетев по коридору, Заместитель приземлился в обедне и встал на лапы, не торопясь выпускать птенца. Пусть подуспокоится. А потом можно будет подумать, пускать её на пол или нет. Ей придётся привыкать к другим драконам. И позволять ей постоянно истерить Реншу был на намерен. Да, он понимал, что она может бояться. Что она много пережила. Но это не значит, что такому поведению нужно потакать. Особенно если хочется взрастить достойного дракона.

+3

5

Помощь, как ни странно, пришла быстро. Приближение большого  длинного тела и последующее его погружение прошли стремительно. Драконочка даже не успела толком завизжать и снова начать паниковать, как была схвачена за загривок и резво выдернута из воды. Автоматически она попыталась укусить  змея, но увы, это не представлялось возможным чисто физически.
Сожрет, точно сожрет.
В напрочь сбившемся эмоциональном фоне теперь стал преобладать страх. Столь стремительная смена эмоций не шла драконнице на пользу, не давая ей возможности адекватно посмотреть на ситуацию и увидеть, наконец, реальное положение вещей. Но раз сегодня  с утра день идет не так, так почему не позволить себе вести себя не так? Никто и не заметит, день-то неправильный.
В общем, пойманная маленькая истеричка теперь была напугана тем, что поймана. И пока змей разворачивался у потолка, она забивала себе голову тем, что будет самым прискорбным образом убита и съедена на обед в этой подозрительной норе. Но что важнее, притихла и не двигалась, позволяя персиковому зверю пронести себя по коридору. Хотя, может, это из-за того, что ее тащили за шкирку, как котенка, и сработал рефлекс замирания, дабы маме кошке было проще перетасквать его.
Пещера, в которую Тин внесли, была большой, драконочка могла спокойно выписывать в ней кренделя без страха врезаться. Но все равно со всех сторон была замкнутой. Рано или поздно, но взгляд упирался в каменную стену. То ли дело песчаные просторы…  Куда ни глянь, везде барханы, а над ними голубое небо. Сущий простор для глаз.
Змей приземлился и остановился. Сейчас он отпустит ее на землю и перегрызет ее тонкую шейку. Уж с такими зубами ему это не составит труда. Она шкурой чувствовала размер клыков, что держали ее. Тин снова попробовала дернуться и вырваться, но больше для виду, мол, я так просто не сдамся. Но куда уж там, большой зверь крепко держал. Осознав бесполезность  попыток к побегу, драконочка очень грустно вздохнула и заскулила, заодно прижимая лапы и хвост к телу, стараясь скукожится до позы эмбриона. И ждать неминуемого конца.
А пока конец не торопился приходить, можно было, наконец, и посоображать, оценить обстановку. Последняя, тем более, так этому способствовала: висишь себе, успокаиваешься физически, никто аурой убийства не давит. Красота.
А желания убить-то нет.
Что-то тут определенно не так. Осталось только выяснить – что именно. Драконочка напряженно повертела головой, осторожно присмотрелась к зверю, что держал ее, насколько позволяла шея. Начала прислушиваться не к спонтанным эмоциям самозащиты, а к более глубоким,  требующим понимания. Опасности нет, вроде как. Уж убивать точно ее никто не хочет. Стала бы самка-виверна с ней так долго играться, если бы хотела съесть? Нет. Она бы сделала все быстро.
И снова перед Тин дилемма: что делать? Как быть? Истерить не понравилось: когти себе чуть не в кровь содрала – болят теперь, и воду окунулась, теперь крылья как тряпочки и тяжелые. Плакать уже не плачется, все слезы на сегодня выплакала. Эх, ей бы больше времени на принятие таких сложных решений! Не умеет она быстро и сразу правильно действовать, не получается. И страшно – вдруг  ошибешься? А ошибаться в нашем мире нельзя. Мигом пожрут. И виверненка рядом нет, он бы подсказал.
Тин захныкала, вспомнив, что нет больше виверненка. Не плакала, но хныкала. Еще и ситуация непонятная. Одна, невесть где, в зубах у необычного персикового змея, которому вроде и можно доверять, но ведь незнакомый же. Не захнычешь тут.

+2

6

Реншу терпеливо ждал. Хотя и его терпению может прийти конец. Временами даже гораздо скорее, чем чьему-либо другому. Дракон, держа птенца зубами за загривок, просто стоял и глядел перед собой, сдерживая свой хвост, чтобы тот не подёргивался раздражённо в разные стороны. Так что сейчас Заместитель походил скорее на статуя, чем на живого дракона.
Но птенец, кажется, чуть подуспокоился. И Заму оставалось лишь надеяться на то, что после того, как он её отпустит, она не начнёт снова истерить, метаться из стороны в сторону и натыкаться на стены и предметы, нанося себе ещё больше вреда. Да и для того, чтобы обработать раны, нужно, чтобы драконочка сидела спокойна. Реншу ничего не стоило её удержать двумя пальцами, но делать этого не хотелось. Плюс... неудобно.
- Я фочу помошь тепе глуфая, - проворчал, не раскрывая пасти, воздушный. А после медленно и бережно опустил Тинэквалон на землю. Сам показательно чуть отошёл, демонстрируя ей, что он доверяет и не собирается её обижать.
Реншу, в принципе, знал, как ухаживать за птенцами. Но по воспитанию он больше по взрослым. У него самого-то не было детства. Он никогда не был птенцом, сразу появившись на свет большим драконом. Так что очень много он не понимал. И никогда не сможет окончательно понять. В этом плане между ним и Тин была большая пропасть, перемахнуть которую практически невозможно.
Поглядев на драконочку сверху вниз, воздушный фыркнул, от чего усы его дёрнулись, а сам дракон, ещё обсыхающий от воды, растрепался и распушился. Шерсть на голове встала как грива из множества крохотных и длинных иголочек. И это выглядело забавно.
Решив попробовать доверять Тин и продемонстрировать ей это самое доверие, Заместитель развернулся и двинулся к полкам, оттуда начал доставать всё необходимое, чтобы приготовить из трав целебную мазь для ран Тин. Но одним глазом он всё равно поглядывал в сторону птенца - как бы она чего не натворила дурного.
Сложный случай. Не дитё, а настоящая дикарка.

+2

7

Змей решился поставить Тин на землю, чему она была даже рада. Даже хныкать перестала. НЕ очень-то приятно  висеть в зубах у кого-то.  Правда, перед этим он издал интересное звукосочетание, которое она не удержалась, и скопировала, точнее, спародировала на свой манер
-Яфотю – первая, самая правдопобная часть, - р-рош-штф-фегр-руш-шая, - вторая, сильно искаженная шипящими и рычащими.
Плюс детского мышления в том, что оно обладает непроизвольным вниманием. То есть, легко переключается с одного предмета на другой, более интересный или новый. Очень полезная особенность, когда ребенка надо от чего-то отвлечь. Каким бы печальным или страшным ни было событие, достаточно показать ребенку игрушку и, - Вуаля! – вместо плача слышен  смех. И Тин сейчас весьма четко продемонстрировала эту особенность, забыв а время об окружении и занявшись отработкой нового звука,  точнее, самой понравившейся его части.
«Яфотю!» повторилось еще раз, после того, как змей отвернулся.  По мнению Тин, он подставил спину для удара, но она не настолько обезумела, что бы этим шансом воспользоваться. Вместо этого она, пока он не сильно ее видит, решила отряхнуться от воды. И сделала это самым обычным способом – по-собачьи. Начала с головы и закончила хвостом, разбрызгивая вокруг брызги. Затем захлопала крыльями, так же стряхивая с них воду. Потом повторила «яфотю», больно уж оно ей понравилось. Под конец уселась и стала чистить перья. Точнее то, что от них осталось после воды. Ни о каком полете речи и быть не может ближайшие пару часов. Оке-кому это было даже на руку.
За этим занятием она снова вернулась к размышлениям о доверии к этому солнечному зверю. Вроде и отвернулся, а что это он там такое делает? И отпустил как-то легко, ничего с ней не сделал, чтобы не убежала. И почему тут так холодно? Где же привычная пустынная жара, от которой не знаешь, куда деться? Тут как-то чересчур холодно для пустыни. И закрытость этого места неприятно давит. И во главе всех странностей – он, большой, длинный, и вроде нестрашный.
Тин зябко поежилась и оглядела змея. Ей захотелось его потрогать, особенно лапы. Ибо как же змеи с лапами бывают? Но не решилась. Страх еще не настолько отпустил.  Еще раз  издала свое «яфотю», даже не подозревая, настолько это звукоподражание может оказаться могущественной и дать то, чего она хочет.

+1

8

Воистину, то, что дети могут быстро на что-то отвлекаться - это здорово. Для взрослых, которые не знают, что придумать, по крайней мере точно. Сам по себе Реншу так не мог, например. Ему, чтобы очень резко на что-то отвлечься, нужно, дабы это "что-то" было чем-то важным и не терпящим отлагательств. А так как Заместитель предпочитал конкретику, собранность и последовательность, такое случалось не часто.
- Вот и хорошо... вот и чудесно, - пробубнил дракон. Он отвлёкся на травы, которые начал мять в каменной ступке. Рядом положил лозу и листики, которые использовал для наложения повязок. Увлечённый делом, воздушный не сразу обратил внимание, что Тинэквалон там что-то мямлит себе под нос. Ну мямлит дитё и мямлит.
Но потом дракону в голову пришла мысль. А, собственно, нешто птенчик разговаривать не умеет? Чего мямлит?
Пошевелив усами и округлив глаза, Реншу изогнулся змеёй, разворачиваясь чуть ли не восьмёрочкой - ловко и изящно. Отставил миску с травой в сторону и встал на четыре лапы, нагнувшись к малышке. Стал слушать.
Не похоже, чтобы она понимала, что говорит. Просто подражала и повторяла. И сейчас это дошло до Реншу. Тогда... надо учить её говорить? Объяснять значение слов.
Нянька из Реншу был, откровенно говоря, не очень. Ни один ребёнок при нём не научился говорить или делать ещё что-то. Обучение более разумных драконов - вопрос другой. Но всё равно детьми дракон не занимался. На это были... сказители. Пожалуйста.
Да всё приходится когда-то делать впервые.
- Я хочу, - повторил дракон чётко, чтобы Тин смогла разобрать звуки. А потом стал объяснять. Насколько вообще мог понимать, как это делается.
- Я, - он показал на Тинэквалон пальцем, внимательно глядя на малышку, и снова повторил "Я". Потом поднялся на задние лапы и достал с самой верхней полки ромашку. Опустился обратно и показал Тин цветок. Ромашка была засушенной, но, тем не менее, может, она могла привлечь внимание птенчика, жившего в пустыне.
- Хочу. Хочешь? - самец помахал ромашкой перед птенцом, не собираясь сразу отдавать, чтобы понаблюдать, последует ли какая реакция. И если последует, то какая именно.
Дракон кашлянул, снова чуть пошевелив усами. Задумался о том, как можно ещё показать и объяснить нечто подобное.
- Смотри... я хочу, - повторил он и продемонстрировал - немного театрально, что выглядело забавно - как он разглядывает цветок, что он ему нравится и как он его, как бы, забирает себе, но не насовсем, всё ещё ожидая, как отреагирует Тин и поймёт ли вообще, что ей пытаются показать.

+3

9

Змей вдруг изогнулся самым змеевидным образом и обратил все свое внимание на дикарку. Она тут же стушевалась и сжалась. Неужели опять что-то не так сделала? Ладно еще, когда он вытаскивал ее из воды, но тут-то что? Драконница бегала глазами по морде зверя и не знала, чего ей от него ожидать. Истерит – ему не нравится, сидит яфотюкает – ему тоже не нравится. Вот и как себя вести? Как ни странно, сделал он совсем не то, что она ожидала. Агрессировать не стал, то бишь.
- Я хочу,   - произнес он, глядя на нее. Тинэквалон от удивления даже вскинула уши. Это он за ней повторяет, что ли?  Что это за «Я хочу»? «Яфотю» Ударение на я~ куда привлекательнее, на ее взгляд. Потом вообще начал делать что-то непонятное: стал тыкать лапой в нее и вякать – или якать? – одно «я». Даже дважды повторил. Удивление на морде сменилось недоумением. Ну раз он решил вдруг повторять за ней, то и она ответит ему тем же. Таковы ведь правила игры? Повторяй за другим?
Драконочка, сохраняя непонимающее выражение мордашки и старательно копируя движение лапы, указала пальцем на странного зверя и повторила звук «Я» с особым старанием, даже не исказив его рыкающими и шипящими, характерными для виверн. Повторять то, как змей вдруг поднялся на задние лапы, она не стала, потому что поразилась, на какой вдруг высоте оказалась его морда. Ух, какой он большой и высокий! Она даже рот приоткрыла от удивления. А то, что он достал с такой высоты, удивило еще больше.
Это что такое? Что это такое белое с бледно-желтым кружаликом посередине? То сплошные ужасы и страхи, теперь сплошная череда удивлений, ну и как так жить?
Стоило зверю поднести невиданную вещь поближе, как Тин тут же потянула к ней лапу, что бы схватить. Вот только отдавать ей не захотели, отчего она тут же расстроилась, что сразу стало видно по выражению мордочки. Все странные звуки были тут же забыты. Зачем забивать себе голову какой-то ерундой, когда тут что-то интересное?  Зверь, видимо, думал как-то по-другому. Вместо того, что бы отдать ей растение, вдруг снова повторил свое «я хочу» и стал изображать интерес нему и словно забирать себе. Зачем показывал, спрашивается.
Тинэквалон снисходительно смотрела на странного змея, словно он втирал ей какую-то дичь не она была бестолковым птенцом, а он, но пытается изобразить из себя нечто другое. Потом вспомнила, что они играют в «повтори за другим», и все стало попонятнее, но не совсем. Драконочка вздохнула, как дед, которого внук просит покатать машинку, и  стала повторять действия персикового. Сначала неубедительно повторила  «Срари яфотю» потом стала изображать интерес к цветку, что вышло примерно так же театрально, как показал зверь. В конце потянула было лапы к цветку, но остановилась.  Что бы отбирать добычу, нужно быть сильнее, чем противник, а иначе больше потеряешь, чем получишь. Тинэквалон сильнее явно не была, так что предпочла не рисковать отбирать чужую добычу.
С чувством выполненного долга она села и воззрилась на чудаковатого зверя, ожидая следующую его странную выходку. Какую еще ерунду ей повторить?

+3

10

Кажется, нянька из Реншу так себе, потому что малышка никак не хотела понимать, чего от неё требуют. Это было понятно по тому, как она негодовала и повторяла за драконом «лишь бы повторить», но не осознавая того, что воздушный пытается до неё донести. И что ж… повторение — мать учения. Когда-нибудь даст свои плоды.
Наверное...
Заместитель вздохнул. Даже нотка печали проскользнула в его вздохе. Как будто он расстроился и разочаровался. То ли в себе, то ли в Тин. Усы грустно опустились и уши чуть повисли. Да, у Реншу были уши. Они были позади рогов и часто, прижатые к голове, прятались в гриве. Они были овальными, чуть вытянутыми и широкими, плоскими, а их кончики были украшены шоколадным узором.
Не получается вдолбить в  голову птнца значение произносимых звуков — может, получится потом. Или у кого-нибудь другого. Тут нужно терпение, целеустремлённость и направленность. Но сейчас было не до этого. Раны первее и важнее. Пусть даже птенец чуть подзабыл о них. Так что общение с ромашками и попытки научить говорить можно будет отложить на потом. Или переложить их на кого-нибудь ещё.
Реншу не стал вредничать и вручил ромашку Тин. Как говорится, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не телепортами.
Дракон сел, хотя это было больше похоже на «лёг». С его-то длиной тела. Подтянул к себе плошку с измельчённой травой и лозу с листьями для перевязки. Только давайте без истерик, пожалуйста, без истерик.
- Ладно, - снова вздохнув, Реншу положил лапу за спину драконочке и подтянул Тинэквалон по земле к себе, практически отгородив ей пути к отступлению своей лапой. Самцу оставалось лишь мысленно просить, чтобы она ничего не учинила, пока он будет обрабатывать ей раны. Так-то он вполне мог её одной лапой удержать, но что-то делать будет много сложнее.
- А теперь сидите смирно, юная леди, - пробурчал себе под нос воздушный и, отыскав взглядом самую внушительную рану, подцепил пальцем лечебную траву, прикладывая её к глубокому, рваному укусу от виверны.

+1

11

Змей не продолжил придумывать новые странные движения, вместо этого он как-то тоскливо вздохнул и всем своим видом показал, что расстроился. Не полностью, но чуть-чуть точно. Драконочка это увидела   и поняла, что что-то тут все-таки было не так. Не просто так он изображал интерес к  растению. Она еще раз внимательно посмотрела на цветок, потом на змея. Понимание не приходило. И чего он  тут изголялся, спрашивается?
Еще ей было непонятно, почему змей вернул ей растение. Она-то и рада это, ибо появился новый предмет для изучения, но все-таки за этим что-то стояло, что-то, не поддающееся ее разумению. Растение было тут же случайно сломано пополам: Тин слишком сильно сжала его в лапе, задумавшись. Зато получившиеся два кусочка было подобраны очень бережно и с полным сосредоточением. Все мысли были на время отметены. Она никогда не встречала таких растений, хрупких и  красивых. Драконочка понюхала его.  Запах был непривычен для ее носа, она даже не могла его с чем-то сравнить. Хотя каждый ли день она нюхает ромашки?
Поизучать побольше ей не дали, так как персиковый зверь положил лапу ей на спину и начал пододвигать к себе. Обе части растения она почти что бросила на землю. Шерсть ее заметно приподнялась, она вся напряглась и приготовилась к обороне. Или атаке.
Это что это он такое делает?  Что этот зверь собирается с ней сделать и зачем подтаскивает поближе? Драконочка почувствовала опасность, а от опасности надо как-то защищаться. А когда змей начал тянуть лапу с какой-то гадостью на пальце к ее ранам на животе, Тинэквалон среагировала мгновенно. Оскалилась, цапнула коготками тянущуюся к ней лапу и зашипела, прижимаясь к земле и пряча раны.
«Не смей! Не трогай! Я вижу в твоих действиях угрозу!» –красноречиво сообщал ее ощетинившийся вид. Драконочка порывалась убежать, но поскольку до этого ей сделать не удалось, то навряд ли получится и сейчас, поэтому она только сильнее вжималась в держащую сзади большую лапу. Она не понимала, что ей хотят помочь. Понятие помощи ей было как таковое неизвестно. Да и одичалому птенцу и в голову не придет, что раны нужно обрабатывать. Жила раньше без этого, и сейчас проживет.

+1

12

Конечно... смирно сидеть юная леди никоим образом не желала. Цапнула за палец, что, впрочем, не было смертельно. Как комарик укусил. Угрожающе что-то шикнула... Ну и что прикажете в таком случае делать? Оставить её вот так бегать с ранами напоказ? Это же опасно, негигиенично, уму не постижимо, да и вообще! Занесёт какую заразу, получит осложнение, с которым ещё больше возиться будет. А не все целители будут так церемониться, уж поверьте.
Так не пойдёт!
Сощурившись, Реншу грозно посмотрел на птенца и хотел было уже силой осуществить задуманное, просто сжав Тинэквалон пальцами достаточно крепко, чтобы она не могла дёргаться, но при этом не настолько, чтобы причинить ей вред. Да только Зам быстро передумал, решив, что по отношению к такой хоть и невоспитанной дикарке, но всё же ребёнку, это будет неправильно.
Снова грустно вздохнув, дракон подумал, что сможет отвлечь внимание птенца, чтобы незаметно и быстро смазать раны мазью из целебных трав. Это не будет больно. Всего-то нужно быстро нанести её на особо большие и серьёзные раны. А там малышка и сама должна понять, что вред ей не грозит.
Ах, ладно, кого мы обманываем? Никому и ничего она не должна! В отличие от Реншу, стоящего на должности Заместителя Главы, который должен был кучу всего в огромное количество разных мест. Разным драконам и вообще... по жизни.
Молитвы в этом нелёгком деле не помогли. Так что теперь самая пора просить у Звёздной терпения. Вот оно уж точно пригодится.
Воздушный дракон замер, а после дёрнул ушами, на миг показав их, завёл те обратно и сконцентрировался на заклинании. И вот в воздухе - перед носом Тин - появилась розовая бабочка с красным и коричневым узором. Надеясь на то, что драконочка отвлечётся на бабочку и потеряет бдительность, Реншу повёл иллюзию - а это была именно она - вверх. Чтобы бабочка взлетела к потолку и немного в сторону, а Тин отвернула голову и не видела, что делает дракон.
Раз уже у детей так быстро переключается внимание, будем играть на этом.
Дракон ожидал удобного момента - только Тинэквалон отвернёт голову, как можно будет обработать пару ран. Всего-то нужно одно мгновение. Самому главное на бабочку... не засмотреться. А то, знаете ли, мирный дух требует покоя.

+2

13

Драконочка напряженно вглядывалась на своего толи мучителя, толи спасителя и периодически порыкивала, больше для поддержания собственной напряженности. Непонимание того, что сейчас происходит, только больше угнетало, и Тин до безобразия хотелось куда-нибудь убежать. К чему-нибудь знакомому и неопасному. Вот только бежать ей было некуда. Она даже взлететь сейчас не могла, ибо крылья в надлежащий порядок не привела, да и не высохли они еще. Оставалось только надеяться, что это существо все-таки оставит ее в покое и не будет так на нее давить.  Давил, правда, больше размер рогатого змея, нежели какие-либо эмоции, но приятнее от этого не становилось.
На всякий случай драконочка пропустила хвост под животом. Так себе защита, но лучше, чем ничего. Увидела, что змея, оказывается, есть уши, чему удивилась, но совсем немного: невозможно бурно удивляться бесконечно, тем более, это открытие просто меркнет с тем, что случилось после.
Появилось красивое летающее насекомое! Неожиданно! Прямо перед ее глазами возникло нечто крайне красивое и реальное. Для Тин насекомое было более чем реальным. Раз она видит, значит это существует. Это же не пустынные миражи, это красивое насекомое, как это не может быть реальным?  Теперь желтоглазая действительно очень удивилась, на пару секунд  даже забыв про осторожность. Но потом первое впечатление ушло и она первым делом снова глянула на зверя – не сделал ли чего? В конце концов, не настолько птенец и бестолковый, что бы перед лицом потенциальной опасности отвлекаться на что-то красивое и необычное. Хотя оно так манило к себе…  Она снова глянула порхающее насекомое, пару секунд посмотрела на него – и опять на рогатого. И чем дальше в сторону уходила бабочка, тем чаще Тин приходилось крутить голову: и про зверя забывать нельзя, и на насекомое посмотреть хочется, больно уж красивое, розовенькое с красным и коричневым узором.
И снова перед ней был выбор: забыть про бабочку и сосредоточится на странностях змея или наоборот, забыть про странности змея и уйти  изучать бабочку. Жалобно простонав и покрутив головой, она выбрала второе. Да ну его – этого подозрительно змея! Надоел он ей со своими странностями! Больно уж он непредсказуемый и потому страшный! Лучше к милому насекомому пойти, оно хоть размером меньше.  Поднакопив уверенности, драконочка демонстративно отвернулась от змея, словно оскорбившись его поведением,  и начала выбираться из цепкой хватки, следуя за крылатым насекомым.
Тут в ее голове всплыл маленький фрагмент из ее недалекого прошлого, в  котором одна бестолковая черная и рогатая рептилия оскорбила ее своими непонятными словами. Которые, к слову, были похожи на те, что излагал этот змей… Ну тогда еще лучше, значит, он тоже оскорбится. Тин припомнила, что он там ей говорил и выдала, повернув голову к змею: « Нравися!» А потом запоздало вспомнила, что тот рогатый после этого захохотал, как бешеный.  Желая прикрыть свою оплошность, она растерянно коротко рыкнула, дернув головой вверх, и отвернулась, ускорив свой импровизированный побег и глядя теперь только на свою цель – бабочку.

+2

14

Насекомое, правда, действительно было своеобразным миражом. Иллюзией. Только Тин явно не могла этого понять. По крайней мере до тех пор, пока не коснулась бабочки и не осознала, что она нереальная, потому что маленькая лапка птенчика прошла бы сквозь бабочку, ничего не ощутив.
Малышка вертела головой в обе стороны, не способная выбрать, на что ей обратить своё внимание. Пары секунд Реншу вполне хватило, чтобы нанести мазь на особо страшные раны. А перевязывать он их не стал. Что поделать. Не дастся. Да и отдохнуть птенцу надо. Она наверняка слишком устала от всевозможных впечатлений. Необходимый минимум Реншу сделал. Даже незапланированно вымыл драконочку.
Заместитель вздохнул и поднялся, начал убирать всё, что достал, обратно по местам, попутно поглядывая на Тинэквалон. Иллюзорную бабочку самец не стал убирать. И пустил её летать пониже, чтобы Тин могла её видеть и даже немножечко достать. Но не настолько, чтобы развеять всю магию и волшебство появления этой красивой бабочки. Она летала по комнате, опускаясь и поднимаясь, заворачивала то туда, то сюда, нарезала круги и ломаные линии в воздухе, опускалась прямо перед птенцом и снова улетала. Реншу не надеялся, что это займёт малышку надолго, но хоть немного займёт. Полезно оказалось использовать иллюзию таким образом. Раньше воздушный никогда так не делал. И не думал о том, чтобы использовать магию... так.
Убрав всё, Реншу лёг на пол и сложил передние лапы перед собой, вытянувшись змеёй по комнате. Наблюдал за Тин. А когда она произнесла слово, очень похожее на "нравится", дракон тепло улыбнулся.
- Нравится... - ласково повторил он и кивнул.
Сейчас Реншу был похож на маму, которая отдыхала после охоты, а рядом резвился её ребёнок, за которым она присматривала. Сам про себя воздушный таких сравнений не делал. И очень удивился бы, скажи кто что-нибудь подобное.
Полежав некоторое время, дракон спросил, не особо надеясь, что птенец его поймёт.
- Как тебя зовут? Или у тебя нет имени?

+2

15

Получив свободу и не заметив проведенных с собой манипуляций, Тин сосредоточилась на поимке бабочки. Точнее, сначала на наблюдении, а потом уже и поимке. Позабыв на время про множество необъяснимых для драконочки вещей, она отдыхала душевно, окунувшись в хоть немного знакомые действия. Уж незаметно наблюдать и красться она умела – чем и пользовалась сейчас. Припала к земле, успокоила дыхание, перестала шевелить своими длинными ушами и медленно, как кошка, двигалась за непредсказуемо летающим насекомым. Когда оно подлетало поближе, Тин замирала и во все глаза разглядывала впервые увиденное существо: какие крылья, какое тельце, какие у него лапки, что за узор на крыльях, а когда снова отдалялась, продолжала движение вслед.  Через некоторое время драконочке это наскучило,  она попыталась поймать насекомое. Терпеливо подождала, пока бабочка подлетит поближе, и резко прыгнула, надеясь схватить лапками.
Увы, схватила только пустоту. Но драконочка была на сей счет довольно терпелива, и сразу сдаваться не пожелала. Попыталась второй раз. И снова неудача. Вроде и должна бабочка схватиться, а не схватывается. Обидно. Не вышло и с третьего раза, и  с четвертого.  На пятый раз она определенно точно должна была зацепить бабочку, но не зацепила. А ведь ее лапа точно по ней прошла!
Тинэквалон накрыло слабое раздражение – для сильного сил не было. Она вздохнула и села, бросив попытки поймать неуловимое насекомое. Тем более она не могла взять в толк, почему оно не ловится. А ведь красивое! Такое красочное и живое, а не ловится.
На странные сочетания звуков, которые змей снова начал издавать, драконочка повернула голову и щелкнула хвостом(точнее сделала движение, при котором у виверн, но не у нее, обычно возникает звук щелчка), мол, да-да, странное создание, я обратила на тебя свое недовольное внимание, но не более того.
Драконочка не без тоски обернулась на порхающую бабочку. Поймать хотелось, да вот что-то не ловится она. Потом опустила голову и посмотрела на раны, как на оправдание того, почему это она так быстро сдалась. Заметила на некоторых какую-то мазню, которая очень похожа на ту, которая была недавно пальце у персикового змея. Одарив его негодующим взглядом за то, что он успел –таки что-то с ней сделать, она принялась вылизывать раны, попутно слизывая и мазь. Так как она была довольно далеко(по ее меркам) от Змея, то не боялась, что тот помешает ей заниматься самоврачеванием.

+2

16

Реншу оставил для Тинэквалон иллюзию. Она, в принципе, неплохо сама по себе работала, потому что действовала по одной определённой, заранее заданной схеме, повторяя спуски и подъёмы. Но иногда Заместитель вносил немножечко своего, меняя курс движения бабочки. В любом случае, вскоре птенец должен был понять, что здесь что-то не так. Потому что лапы проходили сквозь насекомое, несмотря на то, что были все шансы поймать эту призрачную добычу. И со временем, естественно, Тин потеряла интерес к происходящему. Тогда иллюзия, отлетев в сторону и скрывшись как бы в тени, испарилась, больше не появляясь.
Прирождённая охотница, видимо, растёт. Вон как умело всё делает. Со знанием, с толком! Это Реншу не мог не отметить. И даже позволил себе чуть улыбнуться, наблюдая за малышкой.
На самом деле, этот процесс даже несколько успокаивал. После всего произошедшего воздушному, изрядно перенервничавшему и успевшего тысячу раз испортить себе настроение, было как-то приятно наблюдать за забавами ребёнка. Такими простыми и незамысловатыми, не обременёнными тяжестью бытия. А ведь сколько она сама пережила в таком юном возрасте. Сколько волнения и ужаса выпало на долю маленького сердечка, бравой должна вырасти.
И вот ничего. Она же не отчаивалась. Просто переключалась на другое. Конечно, дети не могли отчаиваться. Не могли делать это так, как делают взрослые. Может, когда малышка вырастет, она станет как и другие взрослые… оценивать ситуации. Как и Реншу. А сейчас она вдохновляла. И даже такому большому, мудрому и сильному дракону было, чему поучиться у такой крохи.
Вот Реншу лежал, смотрел и учился.
Когда дракон обратился к птенцу, та не поняла, что от неё хотят. Было ясно, как день безоблачный — она не умеет говорить. И вряд ли понимает, что пытается втолковать ей Реншу. Но она же дракон. А это значит, что у неё внутри заложена эта особенность, это умение, которому нужно помочь раскрыться. Всего лишь добавить настойчивости. Терпения. Труда. И птенец научится говорить! Понемногу, но обязательно научится. Маленькие дракончики быстро схватывают слова. И вникают в суть тоже довольно шустро.
На самом деле, мы вот называем Тин так, но ещё не знаем, что так её зовут. Потому что всё это условно. У птенца ещё не было имени. И Реншу решил, что вполне может его дать маленькой самочке.
- Значит… надо дать тебе имя, - задумавшись, дракон почесал когтем бородку, поперебирал её между пальцами, поглаживая, и протянул длинное «хмммм». Попробовал произносить разные имена и наблюдать за реакцией.
- Мм… хм хм… может, Кэрэлен?

+1

17

Драконочка обстоятельно вылизала раны на животе и переключилась на мокрые крылья. Она водила носом по перьям, двигая их и пропуская свежий воздух, заодно и поправляя уже высохшие, пусть их было пока немного.   На длинное «хм» она только повела ухом в сторону звука, даже и не думая отвлекаться  от задачи почистить себя. Быстро пройдясь по одному крылу, а потом по другому, она поднялась на лапы, снова отряхнулась по собачьи, словно к ней успела налипнуть новая грязь,  и пару раз прыгнула, хлопнув крыльями. Совершив сию процедуру по ускорению высыхания, Тинэквалон огляделась по помещению. Она уже успела слегка привыкнуть к замкнутому пространству.  Оно продолжало доставлять неприятное ощущение неволи, но страха уже не вызывало.  Осмотрев территорию, она сделала два вывода: первый, бабочка куда-то улетела, и второй,  место довольно большое, но все-таки с пустыней не сравнится ни за какие коврижки.
Желая избежать приближения к огромному змею, который даже издалека не стал казаться меньше, драконочка направилась в противоположную он него сторону. Пусть он там лежит себе мирно, Тин пока не созрела для того, что бы к нему самостоятельно лезть. Двинулась она своеобразно, высоко поднимая лапы  и отводя их вбок, а не под себя, словно пустынная ящерица, которая желает остыть. Это делалось опять-таки для того, что бы обсохнуть. И замерзнуть заодно, вода-то при испарении тепло с собой забирает. Так что делать это птенец быстро перестала и пошла уже обычно. Опустила голову, принюхалась. Слишком много непривычных и незнакомых запахов. Слегка приподняла голову, увидела какое-то темное пятно, и осторожно направилась к нему. Периодически продолжая икать знакомые запахи, она приблизилась к темному пятну и безо всякой задней мысли передними лапами наступила на него и только потом остановилась. Подняла одну лапу, все черную, потом вторую, такую же.
Как уже можно было догадаться, влезла Тинэквалон в кострище. И уляпала лапы в золе.  Которая к мокрому липнет очень даже хорошо и еще лучше по мокрому размазывается. Но Тин этого еще не знала.  Но благоразумно вышла из черного круга. . Сначала потрясла лапами, надеясь, что эта черная гадость сама сыпется, как песок. Потом понюхала и сразу же чихнула. Попыталась лизнуть, но вкус драконочке не понравился, даже слишком. Попытка потереть грязной лапой по чистому только  расширила зону загрязнения.  Остался только один способ, ждать, пока шерсть высохнет, и тогда, возможно, эта черная пыль сама спадет подобно песку. Или искать воду и отмывать, но ее в поле зрения не было, так что придется походить так, оставляя за собой еле заметные темные следы.

+2

18

Дракон не стал препятствовать действиям птенца. Она не делала ничего опасного, просто познавала мир. А познавать его лучше со своих проб и ошибок, чем с чужих слов. Самый ценный опыт - свой. Так что действия птенца были вполне нормальными. Хотя и в воспитании птенцов Реншу не был силён. В воспитании более взрослых драконов - да. А тут хоть лапами разводи. Но перетаскивать куда-то сейчас малышку Заместитель не стал. А то ещё больший стресс для неё будет. Вот самец и решил остаться пока с ней, никак не думая, что потом может неосторожно к ней привязаться.
Самому Рену не помешал бы основательный отдых от всего и некоторое уединение. По крайней мере от стайных забот и самих состайников. Срочных дел не было. Он мог себе это позволить.
Пока птенец направился к давно потухшему кострищу изучать пепел и пачкаться ещё сильнее, Реншу продолжал думать над именем, которое можно дать маленькой охотнице. Наклонял голову то на один бок, то на другой. Рассматривал детёныша. Человеческий детёнышшш!
Такая дикая. Такая... не социальная. Буйная. Эмоциональная. Хватается за одно, бросает другой. Никакой толковой усидчивости, разумности, основательного подхода. Ребёнок, что с него взять.
Зато сколько энергии. Вот в его бы годы столько. А в самые ранние ту мудрость, которой он обладает сейчас. Поменять бы местами - принести недостающее в разные периоды жизни, но нельзя.
А юности тоже нужна мудрость. Как же юные драконы без своих старших наставников.
И тут персикового как будто осенило.
Молодости нужна мудрость.
Дракон повозил хвостом по земле, сначала пробуя, как его мысль звучит в голове. А только потом произнёс вслух, отведя взгляд от потолка, куда уставился на время этой пробы. Снова воззрился на малышку, негромко произнося, так точно даже не пытался обратить её внимание на себя и сам решил уже, как её будут звать. Просто это нужно было озвучить.
- Тин. Тинэквалон, - произнёс воздушный и шумно выдохнул носом, пошевелив усами. Снова завис, разглядывая птенца.
Всё равно ей придётся привыкать к имени. А значит, как котёнка, надо её так постоянно называть. Пусть запоминает.
- Тинэквалон, - позвал змей, не надеясь, впрочем, на успех.

+2

19

Пока большой и длинный дракон занимался придумыванием имени для маленькой дикарки, та  занималась решением одной маленькой жизненной задачи: что делать с этой черной фигней на ее лапах. Хотя решение, конечно, напрашивалось само собой и предлагало все это смыть, но почему бы не поискать альтернативное, тем более что для первого нет воды. Драконочка уже успела заметить, что эта штука прилипает не только к ней, но и к каменному полу, только не так сильно. Она переступила лапами и посмотрела на оставшиеся еле заметные следы.  Они были гораздо четче, чем следы на песке. Поглядев и подумав о значении этих следов, Тин пришла  к мысли, что нужно попробовать еще раз пройтись по источнику черной грязи, то бишь, по кострищу. Это она и сделала. Подошла, передними лапами прошлась по угольям, отчего те стали совсем черными. Пока она откровенно марала себе лапы, длинный змей что-то сказал. Тинэквалон повела ухом в его сторону, но занятие не прервала. На второй раз она все-таки повернула голову в его сторону и недовольно… Нет, не недовольно, скорее ворчливо дернула хвостом(как эти дерганья различаются, одним вивернам известно), мол, ну что заладил одно и тоже. Прямо как тот черный краснорогий, тот тоже все постоянно повторял.
Потом снова вернулась к своему занятию, которое свелось к тому, что бы побольше наследить. Она начала нарезать круги вокруг кострища, стараясь оставлять как можно более яркие следы. Тин это занятие даже начало нравится. По этим цепочкам ведь можно будет дорогу обратно найти и не бояться заблудиться! А то ведь тут неизвестно какие лабиринты могут быть. Пополнив запасы золы на лапах, она  отправилась дальше, только не по прямой, а витиевато – что бы цепочка следов была интереснее. А когда следы перестали появляться, вернулась к источнику золы. Пошла было обратно, продолжить свой путь, но вышла заминка: следы-то теперь по-новой остаются, а ей продолжить путь надо.
Вот незадача.
Тинэквалон задумалась, ища выход из этой ситуации. Причем хорошо так задумалась. Ей ведь надо старую цепочку продолжить, так? А новые оставлять не надо, так? А как новые можно не оставлять? Надо, значит, не ходить грязными лапами. А как тогда до туда дойти?
Ага!
У неё ведь задние лапы чистые! На них одних дотопать и тогда новых следов не останется!
Просияв от гениальности найденного решения, она еще раз потопталась по костру, потом встала на задние лапы, и на них одних доковыляла до места, где остановилась. Там она встала нормально и с довольным видом продолжила путь, уничтожая признаки чистоты в чужом доме.

+2

20

Успеха не последовало. И Реншу тяжко вздохнул. Даже как-то по старчески. Ну, не давалось ему воспитание детей. Ну, вот ни в какую! Дракон даже немного расстроился из-за этого и решил, что он в этом плане неуч, каких поискать надо, даже не став брать во внимание тот факт, что с Тинэквалон он не так уж много времени провёл. И глупо чего-то ждать прямо сейчас. Слишком рано. Со временем она обязательно научится.
Тем временем, маленькая дикарка начала постепенно привыкать к окружению. Птенцы способны быстро свыкнуться со сменой обстановки. Взрослым же драконом зачастую требуется больше времени для адаптации. Ещё одно удивительное свойство, неизвестное Реншу как дракону, который никогда не был птенцом. Тин уже не пугалась всего, что было вокруг, а напротив — смело изучала окружение, браво отправляясь навстречу маленьким открытиям, которые, впрочем, в будущем могут оказать большое влияние на судьбу малышки. Сейчас она постепенно воспитывала себя и делалась тем, кем станет в будущем. Ничто не проходит бесследно. Даже, как кажется, самые незначительные события в нашей жизни оставляют свой след. Прямо как пепел на земле с лапок Тин.
На имя самочка дёрнула хвостом, как будто бы бурчала, недовольная чем-то. Скорее всего тем, что Реншу то и дело её окликал непонятными для неё словами и отрывал от исследовательской деятельности. И Заместитель не сдержал улыбки. Лёгкой и тёплой. Но больше приставать не стал. Решил остановиться на этом имени и продолжить наблюдать за действиями птенца.
Тинэквалон столкнулась с небольшой проблемой, требующей для решения логического мышления. И, несмотря на свою дикость и не социальность, малышка подумала и нашла решение задачки. Чем вызвала у большого змея негромкий и одобрительный хмык. Неплохо-неплохо. Так и надо… всё верно.
Змей положил голову на лапы перед собой, немного придрёмывая. Дыхание выравнивалось, а внимание постепенно рассеивалось, окутанное сном и усталостью. Реншу был очень утомлён, но не мог показывать этого никому, крутясь в делах и заботе о стае. Сейчас, будучи дома с Тин, он мог хоть немного расслабиться. Позволить себе небольшой отдых. И перестать отовсюду ждать беды, в очередной раз пронзающей и без того израненное горестями сердце.

+2

21

Тинэквалон походила большой пещере минут пятнадцать, наследив как минимум в половине пещеры, и оставила это занятие. Наскучило оно ей. К тому времени та часть пещеры, что была подальше от персикового зверя, была относительно изучена, хотя странных предметов там было вагон и маленькая тележка. Например, что это такое куполообразное стоит из странного блестящего материала, странно пахнущего неведомо чем? Или что там за куча каких-то пакетиков валяется, причем от некоторых еще так сильно пахнет, что только носом дергать и остается. Некоторые она даже легонько потрогала, но не сильно – мало ли чего можно от них ожидать.
Драконочка, тщательно избегавшая даже взглядов в сторону змея и не подходившая к нему близко, осмелилась посмотреть на него напрямую. И была удивлена, увидев, что он спит. Или вроде как спит, по нему не поймешь. Теперь, когда зверь потерял бдительность, к нему можно подойти поближе и поизучать его. Тин медленно и бесшумно начала подкрадываться к нему, что бы ненароком не разбудить. Про грязные лапы было благополучно забыто. Уши то и дело вздергивались и прислушивались: а не изменилось ли чего?  Мохнатой пришлось проявить достаточно терпения для того, что бы не нарушить тишину и не ускоряться, хотя чем ближе она подходила, тем больше ей этого хотелось. Зато ее старания вроде как увенчались успехом – ее приближение не обнаружено. Дабы не быть нос к носу с этой громадной змеюкой, драконочка обошла его голову, двигаясь все так же неслышно. Оказавшись сзади головы, она немного помялась, не зная, с чего начать: хотелось потрогать и усы, и рога и даже странный нос. В итоге решила заняться усами. Рога-то она видела, пусть и не такие, а вот такие усы не встречались ни разу.  Тот ус, что был с ее стороны, и стал объектом для изучения.
Сначала она его осторожно понюхала, потом, глянув на большущую морду, отошла подальше и  осторожно прихватила пальцами самый кончик уса, готовая в любой момент сорваться и убежать.

+1

22

За это время Реншу не мог очень глубоко заснуть. Поэтому если бы Тинэквалон начала, например, ползать по нему или ещё что делать, он бы вполне это почувствовал. Что-то незначительное как сейчас — с усами — уже нет. Но у дракона был крайне чуткий слух. Поэтому он внимательно реагировал на любые звуки вокруг. Даже во сне. Всегда быть на чеку, эк!
Уши тогда, подобно заячьим, вставали торчком и поворачивались в сторону источника звука, а сам Зам мог быстро среагировать. В пещере зачастую было тихо, так что малейшие звуки могли вызвать весомое подозрение. А вдруг кто пробрался? Или случилось чего?
С Тин в этом плане будет сложнее, если она останется с Реншу. Ведь малышка по-любому будет производить множество ненужных и раздражающих звуков, которые будут отвлекать от отдыха и медитаций. Ужасная участь родителя. Даже приёмного. Рен просто сам не знал ещё, на что подписался. Ну а как, с другой стороны, пройти мимо и не оказать помощь этой малышке? Как?
В общем, дракон лишь чуть ухом повёл, когда маленькая охотница начала вокруг него околачиваться и что-то там делать. Самец хотел приоткрыть глаз, но было ужасно лениво. Он её слышал — этого было достаточно.

+1

23

НА ее действия не последовало никакой реакции, что придало уверенности двигаться дальше. Тинэквалон двинулась дальше, осторожно хватанув теперь не самый кончик уса, а ближе к середине. Но бдительности она не теряла, вдруг зверюга притворяется и только и ждет, что бы цапнуть осмелевшую дикарку.  Все еще думая, что она не замечена, она тихо подошла к ветвистому рогу и понюхала его. Будь у не кошачьи усы, она бы их еще и растопорщила, что бы лучше чувствовать. Но увы, такой роскоши у драконочки не было. Тин хотелось схватить рог, словно он отдельная часть змея  и легко снимается и пощупать его, но пока она не осмелилась на этот дерзкий шаг. И потому снова вернулась к усу.
Тинэквалон покрутила вокруг него головой, гадая, с какой стороны к нему подступиться. Решив, что разницы, наверное, нет, она присела там же, где и была. Теперь передние лапы ее были свободны, а значит, ими можно взять что-нибудь, в данном случае - змейкин усик. Тин аккуратно взяла кончик  уса и притянула его к себе, обхватила его второй лапой и подергала, как ребенок кошачьи усы, только тут самый его кончик. Потом посгибала его в разных направлениях, проверяя его гибкость. До кучи легонько прихватила зубами и разве что не пожевала несчастный ус. Одних лап ей показалось недостаточно, что бы проверить твердость.
Вывод после всех манипуляций сделала один: эта штука похожа на змею, с которой содрали чешую и прогладили, что бы гладенький был.  Ах да, еще эта маленькая змее приклеена к морде большой и рогатой змеи с лапами. Ничего необычного для птенца, никогда не видавших больших рогатых змей с лапами, в общем.

0

24

Вряд ли Тинэквалон понимала, что если бы Реншу — как зверь в принципе — хотел бы её схватить, то он бы давно уже это сделал и ничто бы ему не помешало. И в такой пасти, как у Заместителя, пропала бы не только лапа драконочки, но и она сама в принципе. Исследовательский дух всё же подталкивал Тин к новым свершениям и открытиям. По крайней мере по усам пока точно. И Реншу оставалось только продолжать мысленно удивляться, как эта несуразная непоседа вообще выжала. Но дракон-то не знал про двух виверн-одиночек. Он лишь застал нападение матери-виверны. Точно так же он не мог знать, как давно Тинэквалон потеряла родителей и сколько уже скиталась вдали от социума и без нормально общения с сородичами.
Дикарка.
Рог ничем особенным не пах. Рог как рог. Но сам по себе дракон пах чем-то похожим на персик. Или цветы. Или скорее персиковое дерево.
Когда Тин начала всячески исследовать ус, Реншу приоткрыл один глаз, искоса поглядывая за птенцом и наблюдая. Но мешать не стал. Пусть изучает на здоровье. Главное, чтобы ничем не набедокурила.

+2

25

Потеребив ус еще какое-то время и не видя никакой ответной реакции, Драконочка осмелилась пойти дальше усов. Тем более, что без обратной связи со стороны персикового создавалось ощущение, что он не совсем живой, хотя это не так. Это как трогать мягкий  пушистый камень: необычная штука, но все-таки не живая. А Тинэквалон нужна реакция, ответ на ее действия. А иначе как она узнает, где в этом мире Хорошо, а где Плохо.  Раз не реагирует, то, по идее, все Хорошо. Ну а где тогда Плохо? Одно без другого существовать же не может.
Сама мысль сделать что-то каверзное для существа во много раз больше и опаснее птенца кажется абсурдной и опасной,  ведь она на один зубок этому змею. Но тут она руководствовалась не столько размерами и внешним видом, сколько внутренним чутьем. Сейчас, например, оно подсказывало, что эта длинная рептилия (рептилия ли?) не опасна. И он сейчас не злится, если прислушаться к эмоциональному фону. Более того, он даже спокоен. А значит, можно продолжить исследование.
Желтоглазая оставила в покое ус и снова вернулась к рогу. Еще раз понюхала - вдруг что изменилось? Запах был странный и ни с чем не сравнимый, а главное, неизвестный. Но тут нет ничего удивительного, как может неизвестное существо пахнуть чем-то известным? А вот никак не может, так что тут все нормально. Потом потрогала лапой – а каков на ощупь? Заодно и оставила серый след, лапы-то в золе. Наконец, прикусила рог, сначала легонько, потом сильнее. Под конец набралась наглости и потянула рог на себя, проверяя реакцию персикового – а как отреагирует? Плюс силы проверить, сможет она утянуть эту рогатую бестию или нет. Ответ очевиден, конечно, но почему бы не проверить все экспериментально.

+1

26

Ничего, конечно, Реншу не будет с попыток Тинэквалон потянуть его за рог или тот же самый рог покусать. И дракон, в принципе, был не против ненавязчивой возни рядом с собой. Если она не особо действовала на нервы. А она начинала. Ну конечно, Тин-то поспала по пути сюда. А вот персиковый фиг поспал. И сейчас, когда выдалась такая возможность, малышка мешала.
Фыркнув шумно носом, Заместитель чуть дёрнул головой и открыл глаза, сдвинул брови и хмуро уставился на птенца перед собой.
Вот что! По-хорошему давайте уже! Надо передать её в лапы сказителю. И пусть занимается с ней. На то они и есть. А у Реншу... у Реншу своих дел полно. Пускай птенец воздухом подышит, со сверстниками там пообщается, все дела. Самое то для растущего организма, которому нужно привыкать к обществу драконов и жизни в стае.
Кончик хвоста немного раздражённо дёрнулся. И самец поднял голову. Та зависла в воздухе над Тинэквалон. Выглядело это даже угрожающе. Хотя Реншу - ясное дело - причинять ребёнку вреда не собирался.
- Так. Знаешь что. Иди-ка ты погуляй, - проворчал воздушный и начал подниматься на лапы.

Отредактировано Реншу (25 Апр 2016 15:16:30)

+2

27

Тинэквалон отскочила сразу же, как только зверь подал существенные признаки жизни. Дерганье головы и установление зрительного контакта как раз относились к этой категории. Истинные причины недовольства змея были от понимания дикарки так же далеки, как  Саяри от Шагри, поэтому единственной причиной такому резкому поведению она посчитала именно утягивание рога.  Раз зашевелился, значит, не нравится, когда за рог тянут. Значит, не стоит это делать. А когда голова огромной мохнатой змеюки пугающе нависла над ней, драконочка быстро маленькими шажочками просеменила назад, на безопасное расстояние от зверя.
Смысла сказанной фразы Тин, раумеется, не поняла, но подсознательно вполне догадывалась о его значении. «Брысь,» - вот что очень длинно пробурчал зверь, о видовой принадлежности которого у Тин не было ни малейшего представления. Впрочем, и о его заботах тоже. Поэтому откуда ей знать, что он устал только потому, что занимался какой-то бесполезной,  по ее скромному мнению, ерундой в виде шастания туда и обратно и перекладывания неких бумажек, словно от них зависел весь мир? Нет, такие сложности Тинэквалон точно не понять. Пока что.
Напугавшись не столько самого вида змея, сколько вдруг накалившейся обстановки, Драконочка решила послушать его и ретироваться подальше. Она еще немного отползла от Змея хвостом вперед, а потом шустренько развернулась и рысцой побежала в сторону потенциального выхода.  Ведь оттуда змей вроде как притащил ее сюда.Страх перед неизвестностью был не меньше, чем страх быть наказанной(понимай, съеденной), но шансов получить по голове должен меньше, или, по крайней мере, менее очевиден.
Если не считать проблемой то, что Тин снова чувствовала себя потерянной и не знающей, что делать, то можно сказать, что проблем у нее не было. Вот если бы ее попытались сожрать, чего от змея вряд ли дождешься, вот тогда и была проблема. Такая ярко выраженная, лезущая в глаза, громко заявляющая о себе, Проблема.

+1

28

Провожая взглядом убегающую Тинэквалон, которая наверняка правильно расценила слова большого дракона, усатый тихо фыркнул. Надо её в детсад сдать. Пусть там сидит. А не тут нацается... под лапами. Вылететь отсюда она вряд ли сможет. Да ещё и рухнет обратно в пруд. Вытаскивай потом. Чёрти что!
А Заместитель уже явно ощущал, что ему нужно было бы прикорнуть и подремать немного. А не с птенцом возиться. Пока время свободное есть. Поэтому Реншу, ворча и бурча себе под нос что-то о том, что у молодого поколения нет ни капли уважения к особям старшим и устающим, зашагал - немного вразвалочку - за убегающей Тин, перебирая короткими лапами, расставленными далеко друг от друга - передние от задних. Учитывая длину змеиного тела - так конечно. Со стороны это вполне могло смотреться так, будто персиковый ящер передумал и решил всё-таки съесть маленькую дикарку, а потому, топоча, отправился за ней.
Настигнув улепётывающую Тинэквалон, определённо не имеющую представления о том, что с ней собираются делать, воздушный подхватил её вверх, схватив зубами за шкирку. Как обычно носят птенцов родители. Для Реншу Тин была пушинкой, вес которой практически не ощущался.
- Полетели-ка, познакомишься со своими ровесниками, - не надеясь на то, что она поняла, процедил сквозь зубы дракон. Пусть, пусть, малышке надо привыкать к стае, привыкать к другим драконам и социализироваться. Дышать свежим воздухом и учиться.
Тело небесного змея изогнулось и взвилось вверх, вылетая в дыру в каменном своде пещеры. Навстречу серым облакам и зимнему, бодрящему холоду.

Водопад Раймонда

+1

29

Тинэквалон никак не ожидала, что змей вдруг поднимется и пойдет за ней. И ей стало страшно. И смешно от того, как он забавно ходит. Хотя как еще должны ходить змеи с лапами? Все-таки он решил ее съесть. Сначала не хотел, но сейчас передумал. Неужели так расстроился из-за того, что его потянули за рога? Тин сейчас классифицировала только два вида отношений: хочет съесть и не хочет съесть. И если некоторые существа быстро попадали под нужную категорию, со змеем этого пока не случилось. Потому что она не могла его никуда отнести. А других категорий у нее как таковых не было.
Тин побежала прочь от змея, что бы он не смог ее догнать. Но, увы, тут ей не повезло: она была не просто догнана, но еще поймана. Первой ее реакцией был отчаянный и короткий визг и все возможные извивания, дабы вырваться. НУ откуда ей знать, что ее поймали не для того, что бы сожрать? Впрочем, когда они начали подниматься все выше, Тин посчитала нужным притихнуть. А то сбросит еще с высоты, а у нее крылья сыроваты. Однако чисто из вредности она все равно периодически подергивалась, изгибаясь  то в одну сторону, то в другую. Это что бы змеюке жизнь медом не казалась и не думал он, что она так вот просто возьмет и сдастся.
А потом ей открылся такой невиданный пейзаж, что она на время забыла про то, что висит в чьих-то зубах. Во-первых, все непривычно белое. Просто умопомрачительно непривычно белое. В пустыне ей такого не попадалось. Во-вторых, очень холодно. Для обитателя пустыни, да еще и  сыроватого местами обитателя пустыни так тем более. С непривычки да и от неожиданности она тут же начала мерзнуть. А что бы меньше мерзнуть, ей пришлось поплотнее сжаться.
Эх, где же она? Может, в ином мире? И что же ей теперь делать в этом холодном и чужом мире? Драконочка начала подрагивать, то ли от холода, то ли он накатившего страха. Только начнешь привыкать к тому, что вокруг одни стены, так потом окажется, что из них выход есть. Только выход этот идет в мир еще менее привлекательный. Как же страшно от того, что неизвестно, кто тебя несет и куда. И зачем несет. Эх, как же хорошо было в любимой пустыне…
------> Водопад Раймонда

Отредактировано Тинэквалон (12 Май 2016 15:37:12)

+1

30

25 день Морозного месяца. Вечер.

Прошло некоторое время с тех пор, как Тинэквалон начала жить у Реншу. Занятый делами стаи, Заместитель Главы не мог очень много времени уделять птенцу. И понимал, что находиться рядом и в должной степени воспитывать как настоящий отец не мог. Впрочем, это не значит, что он не мог стать её наставником. К сожалению, в Воздухе на данный момент больше не нашло никого, кто смог бы забрать маленькую дикарку к себе. А потому оставалось полагаться только на себя и детский сад, куда днём Реншу отправлял малышку. Вечером забирал. Если так случалось, что Рен не мог появиться или отсутствовал, то Лун-Эль - воспитатель Тин, уже знакомый ей с первого дня в саду - был готов на время приютить птенца у себя. Такой необходимости пока не возникало. Но со временем она обязательно появится. Так что лучше всё предусмотреть заранее, что Реншу и сделал, договорившись с воспитателем. Если случится что-то непредвиденное, требующее незамедлительного вмешательства Заместителя, последнее, о чём он может успеть позаботиться, так это то, где сейчас Тинэквалон.
Обезопасив себя хотя бы в этой сфере, воздушный немного подрасслабился насчёт Тин. Сегодня вечером он так же, как и вчера, забрал малышку из детского сада. Сразу как освободился. И унёс её домой. Далеко не каждый вечер он сможет так уносить её и возвращаться сам, но это определённо лучше, чем, бродя по пустыне, быть съеденной виверной, да?
- Тин? - позвал самец, оглядываясь по сторонам и вышагивая по пещере. Малышка была такая юркая и неуёмная, что дракон, бывало, терял её из виду. Прямо как сейчас. Может, залезла под какой-нибудь камень или ещё куда спряталась?
- Тинэквалон! Выходи, когда я зову тебя!

0

31

25 день Морозного месяца. Вечер.
Тинэквалон было сложно в новом мире: от нее теперь требовали того, чего она не знала и знать не могла, но спрашивали, однако, строго. Ей уж точно казалось, что строго. Она не могла найти дорогу домой, да и одну ее почему-то не оставляли, и иногда даже допекали своими требованиями. Сложно было дикарке, в общем. Однако она потихоньку привыкала к тому месту, где ей пришлось оказаться. Уже не шугалась огромной пещеры, белая пелена перестала удивлять ее так сильно, как и весь пейзаж в целом. Хотя она не так много и видела: лишь пещеру да место, отведенное под детский сад, и еще путь от одного до другого. Привыкшей делать, что вздумается, драконочке не нравились ограничения, и она сопротивлялась, но что значит сопротивление мелкого птенца для взрослого?
  Уставала она быстро, в силу природной утомляемости, и старалась иногда куда-нибудь спрятаться. Уж прятаться-то она умела в совершенстве для своего возраста. И сейчас она решила устроить себе заслуженную передышку, забившись в угол и спрятавшись от чужих глаз. От крика, огласившего пещеру, драконочка проснулась сразу же, но не потому, что обращались к ней, а потому, что вообще издавали громкий и привлекающий внимание звук. Она еще не научилась ассоциировать имя, ей данное, с самой собой и откликаться от него. Не было у нее еще этого условного рефлекса. Но знала, что есть определенный набор звуков, которым могут ее обозвать, и повторялся он довольно часто.
  Уловив недовольные интонации в голосе, драконочка только обиженно фыркнула —  снова что-то не так, и снова от нее что-то требуют, причем тогда, когда она немного, совсем чуть-чуть, устала.  Драконочка потянулась и показалась из своего укрытия, понуро представая перед взглядом большого и могучего змея, который, как ей казалось, всегда чем-нибудь, да недоволен. Ореол святости и идеала уже успел немного померкнуть, и драконочка стала видеть Реншу в более реальных тонах. Но он оставался таким же непонятным, как и раньше. Большинство его действий для нее не имело смысла, и потому звания «странный» персиковый еще не лишился.
   На мордочке читалось недовольство(впрочем, читалось оно в последние дни часто), но Тин уже успела усвоить главный урок: слушайся старших, особенно персикового змея и того синего взрослого, иначе беда. И вот, она подошла к персиковому, волоча хвост по каменному полу, и приготовилась к чему-нибудь неприятному.

0

32

Вот Тин нравилось прятаться, а Реншу беспокоился. Дети — они же гиперактивные! Вот она в одном месте, а потом в другом. И за ней не уследишь. Иногда не понятно, куда она и зачем, а в иной раз спрячется и сидит тихо. И тогда Реншу начинал переживать сильнее, чем когда дикарка невольно шкодила. Так она хотя бы была в поле зрения. А здесь гадай и мучайся параноидальными мыслями.
Дракон начал вздыхать и охать, переминаясь с лапы на лапу. После его зова малышка не сразу показалась. Потому у Заместителя было ещё время поволноваться и попереживать. А вдруг она куда-нибудь провалилась? Или застряла? Или сбежала? Или с ней что-то случилось, а она не может позвать на помощь? Но что, казалось бы, подсказывала логика, могло здесь произойти с ней? Ничего страшного. Уж явно не то, что ей грозило снаружи — на нейтральных землях, где она умудрялась каким-то чудом выживать всё это время. Но Реншу всё равно волновался, сколько бы не убеждал себя, что оснований для таких переживаний нет.
Тинэквалон наконец показалась. Причём не с самой довольной миной, чем даже успела озадачить персикового дракона. И он, невольно выдав небольшую порцию удивления на своей морде, медленно склонил голову вниз — на один уровень с Тин. И проговорил чуть-чуть встревоженным, но добрым голосом — не таким, каким звал до этого.
- Я потерял тебя… - облегчённо выдохнув и лишний раз убедившись в безосновательности своих подозрений, самец поднял лапу и осторожно коснулся пальцем маленькой головки птенца, погладив. Причём так бережно и аккуратно, точно мог напугать Тинэквалон или — упаси Звёздная — раздавить её. Но больше беспокоился скорее о том, что она просто будет против.
Насколько же нервная работа у родителей, кто бы знал!

+1

33

При виде Тин змей  словно бы удивился и даже перестал казаться строгим и злобным. Он не казался таким, конечно, в основном из-за светлого цвета шерсти, но Тин все чаще стала считать его злобным. Наверное, из-за поведения. Когда она подошла ближе, он даже опустил голову на ее уровень, и теперь драконочке не придется постоянно задирать голову, что бы увидеть здоровенную морду змея. Она не совсем понимала его озадаченности, но, к слову, такое к ней отношение симпатизировало ей куда больше: он, весь такой большой, опускался до ее уровня! Это ведь так удобно для нее. И приятно.
  А вот от потянувшейся к ней лапы она напряглась. Она как кошка, которая не хочет, что бы ее трогали, но бежать уже было некуда. Не убегала, но напряжение ее было видно. Тинэквалон знала, что лапа бывает «доброй», а бывает «злой». «Злую» лапу еще любят делать с драконовыми кошками, раззадоривая их и заставляя шипеть, в ее же случае «злая» лапа больно могла ее ударить, или схватить за шкирку. Так вот какая лапа на этот раз: «добрая» или «злая»?
  В те секунды, что палец змея приближался к ней, казались невыносимо бесконечно напряженными, от неизвестности, будет ли дальше больно или нет. Наказаний она боялась после первого инцидента в саду и, конечно, стала чаще прятаться, нежели кидаться в драку. Но увы, ошибки она все равно допускала. Вдруг сейчас допустила? Дикарка, сама не замечая, подалась корпусом немного назад, от лапы, но с места все же не сдвинулась. Когда до ее головы оставалось всего ничего, она зажмурилась: уж слишком долго это змей тянул к ней свою большую лапу, томя в ожидании неизвестного.
  Когда это оказалось простым легким поглаживанием, Тин все равно не сразу открыла глаза. Вдруг уловка? Но она тут же немного расслабилась, когда результат этой маленькой для нее пытки оказался не таким страшным, как она себе успела надумать.
  Исподлобья Тин наблюдала за персиковым, ожидая, что он еще сделает. Если что-нибудь в этом духе — ей богу, она не вытерпит и шуганется. Родителем, может, и тяжело быть, но и ребенком-то быть не легче, ибо весь мир для тебя полон опасностей и каждый так и норовит воспользоваться твоей слабостью.

0

34

Тинэквалон не отскочила назад, не отбежала и дала себя погладить. Но она всем своим видом показывала, с каким недоверием и подозрительностью к этому относится. И Реншу не мог этого не заметить. Это несколько печалило, но… с другой стороны. Много ли можно ожидать от дикарки? Тем более так скоро.
Дракон коротко и тихо вздохнул и осторожно погладил малышку ещё чуть-чуть. Даже с нескрываемой лёгкой досадой. Которая, впрочем, вряд ли могла обременять Тинэквалон.
- Неужели ты меня боишься? - на ответ самец не надеялся. Птенцы — не взрослые. Они не будут понимать всё, что ты говоришь и к чему говоришь. И уж конечно не будут давать тебе полных и развёрнутых ответов. Как же тогда они живут… эти дети? И как общаются? Реншу не понимал.
Убрав лапу, чтобы особо не докучать этим Тин, которая не проявляла дружелюбия по отношению к Заместителю и его действиям, дракон повернулся и двинулся в сторону пещеры, оборудованной под своеобразную кухню. Там, где Реншу принимал пищу, хранил растения и некоторые ингредиенты, готовил и проводил всякие другие операции. Обернувшись на птенца, воздушный дёрнул хвостом, зазывая Тин с собой. И ничего пока больше не сказав. Хотя на языке вертелось «ты голодная?» и «пойдём, я тебя покормлю».

Отредактировано Реншу (10 Дек 2016 14:09:56)

+1

35

Персиковый, однако, не стал мучить дикарку. Пока что, по крайней мере. Большая лапа погладила ее еще немного, и драконочка даже немного расслабилась. Но ждать, что она начнет сама ластиться, пока не приходится. Потом, может быть, после того, как узнает, где в этом новом мире «хорошо», а где «плохо», и как их различать.
  Тин видела смену эмоций, не надо думать, что она совсем ничего не видит. Девочкой она была внимательной  и наблюдательной. Другое дело, она не могла понять значение того, что происходит, и потому ее наблюдательность не несла никакой пользы.
  Большой змей направился в сторону пещеры, которую Тинэквалон знала и даже начала любить, потому как именно там она и находила себе пищу. Ну, как находила, ей ее давали, и поскольку охотиться у ней не было совершенно никакой возможности, приходилось принимать те подачки, что ей давали. Это задевало  её охотничьи чувства, ведь она — вполне самостоятельная виверна,  способная позаботиться и о собственном пропитании! Уж она-то была в этом уверена. Тут, однако, этот способ самовыражения был ей недоступен, а голод, как говорится, не тетка, и потому приходилось есть, что дают.
  Двинулась вслед за рогатым Тин еще даже до того, как тот помахал ей хвостом, и даже немного повеселела. Разве моно не повеселеть, когда скоро будет еда? Ведь ее может и не стать, а потому каждый прием пищи надо воспринимать как праздник. То, что проблем с едой может и не быть, драконочка не знала, да и откуда она могла узнать, прожив всю жизнь в бесплотной пустыне.
  В место, где подают еду, Тин вбежала даже раньше медлительного и неповоротливого(таким он ей казался) змея. Бежать она, конечно, не бежала, но двигалась бодрой трусцой. Она напоминала домашнее животное, которое, завидев, что хозяин идет на кухню, летит на всех парах и обгоняет его, влетая в место обетованное раньше хозяина.
  Раз уж дело пахнет возможностью забить желудок, то неприятности вроде недовольного пробуждения можно и забыть.

+1

36

Реншу, конечно, вовсе не был медлительным и неповоротливым. Просто старался не спешить и смотреть под лапы. А то так и Тин можно было ненароком раздавить. А с тех недавних пор, как малышка начала жить здесь, Заместитель опасался всего подобного и часто нервничал больше обычного. Всё с непривычки. Ведь он не знал, какого это, когда у тебя дома птенец.
Тинэквалон немного взбодрилась и даже обогнала Реншу. Дракон же чуть улыбнулся. Довольно сдержанно.
Он старался почаще разговаривать с Тин, чтобы та запоминала слова и постепенно понимала их смысл. Ведь именно так птенцов учат общаться? Разговаривают с ними. Показывают на то, что называют. А многое само как-то приходит. Магию воспитания Рен не понимал, а потому старался придерживаться частично известных ему основ. В сравнении с теми, которыми обладали другие драконы, познания персикового были, конечно, скудны, но и не критично малы. Скажем так, чтобы угробить ребёнка своим воспитанием, воздушному придётся очень постараться.
Войдя на кухню, большой и длинный дракон прошёл в какой-то угол, где в полу была выемка для мешочков и ещё каких-то вещей. Эта выемка была закрыта камнями, которых раньше здесь не было. Видимо, какое-то новое укрытие для чего-то. Размеры ямки были небольшие — лапу просунуть и достать.
Отодвигая камушки, дракон посматривал на Тин, засовывая лапу в дыру. Он что-то достал, сжимая и пока не показывая.
- Сегодня мы с тобой немного поучимся. Я думаю, кое что ты уже знаешь, но навыки всё равно нужно совершенствовать, - самец медленно опустил лапу, переворачивая её. Теперь нечто в ней лежало на земле, но всё ещё скрытое от глаз.
- Будем охотиться, Тинэквалон. Охота. На дичь, - и лапа выпустила довольно крупных размеров мышь. Та не стала долго раздумывать и бросилась бежать, попискивая. Скорее-скорее, спасти свою шкурку.
Не все будет доставаться просто так. Вряд ли Тинэквалон можно было успеть быстро разбаловать. Но раз она уже была привычна выживать, надо не дать этим умениям пропасть.

+1

37

Так как персиковый никуда не торопился, то драконочка пробежала пару небольших кругов и села. Могла бы и еще побегать, но ей не хотелось тратить энергию.  Змей неторопливо шел в угол, и Тин иногда делала пару шагов вперед, дабы сбоку видеть, что же он будет делать, когда дойдет до угла. Он стал поднимать камни, и Тин навострила уши в предвкушении: ей было интересно, что там, за этими камнями. Раньше они их не замечала, и либо она невнимательная, либо это что-то новенькое. Она даже подошла поближе. Вот только хитрый змей вытащил что-то и спрятал в своей большой лапе так, что этого не было видно. Когда он повернулся, она чуть отошла назад, что бы удобнее было смотреть. Он снова что-то заговорил на своем непонятном языке, и хотя она старалась понять, о чем он, ей это пока не удавалось. Увы, за пару дней язык не выучить. Потом Змей прижал лапу с чем к полу, и Тин даже наклонила голову, вдруг так виднее будет, что там. Послышалось знакомое ей словосочетание звуков, которая, как она успела понять, нужно для того, что бы привлечь ее внимание. А привлекать его, видимо, хотели непозволительно часто, потому как звучало оно часто, и Тин даже его запомнила относительно подробно. Могла даже спародировать на свой манер: «Тх-хинэх-хваран!» — получалось у нее.
  И вот, наконец, лапа поднялась и показала Тин то, что прячет. И это была… Мышь?! Мышь? Простая, простите, мышь? Ну, большеватая, да, но — мышь?! Сказать, что дикарка офигела, это ничего не сказать. И степень ее офигевания очень хорошо проследилась на все более вытягивающейся морде. Она даже присела, ошарашено глядя вслед убегающей мыши. Она, конечно, знала, что этот змей может ее поиздеваться над ней, но что бы ТАК, она не ожидала.
  Это мышь? — Думала она, — Нет, это определенно мышь. Простая, самая простая мышь. И зачем он ее выпустил? Да кто так делает! Зачем он ее ловил, что бы выпустить! Да так только мать-виверна делала, когда хотела, что бы мы  с виверненышем поучились ее ловить!
  Так, стоп. Он что, хочет научить охотиться? Меня? Да я, —
драконочка аж задыхалась от  возмущения, — Да Я Умею охотиться! Я самостоятельная виверна, я умею охотиться, да как ты… Да как ты смеешь, глупая змея! Это унизительно!
  От удивления и последующего возмущения у дикарки почти шерсть встала дыбом, она резко вскочила и зарычала:
— Рраврх-араргх-варвргха ррррарх! Шшффрагрх! — громко и нецензурно заругалась она, кипя от возмущения и ущемленного чувства собственного достоинства.. Хорошо, что Реншу не понимал, ибо кто знает, что бы было.
— Раграа-а-! Вар-вар хр-ра гравбрашшшш! Р-р-р! — «ДА чтоб тебя! Думаешь, я не умею охотиться? Да я сама поймаю и докажу, как я мышей ловлю!» — таков был примерный перевод того, что прорычала драконочка, которая разозлено и очень громко взмахнула крыльями и полетела из кухни в комнату с водой, а там и на выход. Она сама поймает мышь и кинет ее в лапы этому змею!
  Ей было очень обидно, что ее, оказывается, все это время ни во что не ставили. А она самостоятельная! Сама все может! Безо всякой помощи! Переполненная обидой и злостью, она быстро махала крыльями, набирая скорость. В этой  большой пещере она могла летать относительно свободно, и скорость набрать ей ничего не стоило.
  Она покажет ему! Она не пустое место, она умеет охотиться! Это она его учить будет!

+1

38

Дракон улыбнулся немного неловко и чуть-чуть как-будто смущённо, когда Тинэквалон начала на него ругаться. Честно говоря, он не понимал, почему она на него злится? Что он сделал не так? Ну, дал ей поохотиться, показывает, что это надо делать. Как это делать демонстрировать ведь не надо? Она наверняка добывала себе пропитание. Виверны не особо обходительны со своими птенцами. Просто надо доказать это ещё разок. Так сказать, новой семье. Новой стае. Что ты сильная и можешь прокормиться. Сильная и самостоятельная. Ведь вы знаете, что бывает со слабыми? Их самих съедают. Выкидывают. Тин могла подсознательно понимать, что если она этого не докажет, то с ней обойдутся именно так.
Но нет, в стае Воздуха никто не собирался так поступать с Тинэквалон. Напротив — защищать и оберегать, помогать расти и развиваться. Её учили, а не вынуждали бороться за сво право здесь находиться, вряд ли юная дикарка сейчас это понимала.
А чтобы гулять самой по территории стаи, она была ещё мала, не умела говорить и, как показал первый неприятный случай в детском саду, общаться со сверстниками. Сверстники ещё могут сдачи дать. А некоторые нет. Некоторые ещё меньше.
Очень неприятный случай, очень... -  Реншу помрачнел и опустил чуть голову, задумчиво покачал ею, хмуро сдвигая брови и сурово шевеля усами. Кисточка хвоста напряжённа подметала пол пещеры.
Пока Тин ругалась на своего учителя — маленькая, неблагодарная грубиянка — мышка успела выбежать из кухни. В пруд она, конечно, не прыгнула. А обежала его, устремившись в какой-то коридор. Но до него ещё было прилично — по меркам этого зверька. Тинэквалон тем временем компенсировала то время, что потратила на пустую болтовню, полётом. И это удалось ей очень даже неплохо. Реншу оценил это и одобрительно кивнул, ожидая, как и что у птенца получится.

+1

39

Пулей вылетая в комнату с бассейном,  драконочка яростно устремилась прямо за мышью. У той не было возможности оторваться, разница в скорости была слишком велика. Конечно, драконочка слишком шумела, чего делать не стоило, но толку от этой маскировки, когда это крыса и так знала, что ее хотят сожрать? Мало того, что летела быстро, так  еще она с резким разгоном вошла в пусть короткое, но пике,  сокращая оставшиеся метры до цели в считанные мгновения, и  настигая мышь недалеко от миниозерца. Пусть  и не сама большая скорость в мире, но и при ней приземление мягким не будет. Однако обозлившаяся дикарка и не думала о таких мелочах, ее задачей было впиться когтями в убегающий источник ее унижения. Отчетливый звук приземления наверняка донеся и до кухни, а уж передние лапы точно были отбиты. В песке такие вещи проходили куда мягче, но в запале Тин забыла, что не в пустыне, а в окружении голых камней.
  Неуравновешенная, взрывная, но никто не говорил ей, что это плохо. Что сильные порывы эмоций нужно сдерживать, думать о своих действиях. Голова Тинэквалон не была забита этими формальностями, совершенно ненужными, она была сплошным движением инстинктов и лишь самую малость сознания.
  Вскочив на лапы до того, как те заноют от удара, она рьяно вцепилось в голову мыши зубами и… оторвала ее. Яростно и очень жестоко, хотя по ее меркам в этом не было ничего неестественного. Потом, ненавистно искря глазами, она полетела обратно с головой в зубах, однако, не долетела до кухни, и  с силой забросила мышью голову на кухню, дабы та улетела как можно ближе к персиковому.
  Вот тебе подарочек. Видишь его?  Но это еще не все. Тин развернулась, еще не остывшая от злобного порыва, и направилась в в вертикальную дыру – на выход. И полетела вверх, с твердым намерением выбраться наружу и прекрасно зная, что именно это и есть выход из этой большой норы.  А выбравшись, она направилась к ближайшему леску, с желанием не просто поймать какую-то выпущенную мышь, а самой найти, самой выследить, и самой поймать. Пусть ее добыча будет меньше или даже хуже, но это будет исключительно ее добыча. И вот тогда…  Да, и вот тогда этот змей точно уверится в своей глупости и перестанет делать такие подачки в ее сторону!
  Она плохо ориентировалась на этой совершенно неизведанной местности, однако справедливо рассудила, что там, где есть что-то зеленое, там есть и добыча. И потому ближайшее отливающее зеленым место и стало ее целью. А к этой белой и холодной штуке, застилающей все до самого горизонта, она даже успела привыкнуть, ведь чем-то он напоминал песок, только белый и холодный. Боль в передних лапах она стоически игнорировала. Пф, тоже мне, мелочь какая, и потерпеть можно.
  Упертая, непослушная дикарка, потакающая своим секундным желаниям, и не желающая признавать, что действует глупо. Да впрочем, ее ведь воспитывали виверны, а те ведь не самые сообразительные существа на планете. Откуда ей уму-разуму-то научиться.

0

40

Тинэквалон была быстрой и стремительной. Верно, маскироваться при таком раскладе не было смысла. Но сейчас Реншу хотел посмотреть не на то, как Тин прячется, а на то, как двигается. А двигалась она умело и решительно. Что вполне удовлетворило Заместителя Главы. Последовал короткий кивок, которого дикарка, конечно, не могла сейчас видеть.
Двинувшись на выход, Реншу вышел их кузни — до приземления Тин — чтобы иметь возможность видеть, что и как она делает. Наблюдать. Оттуда было видно не самое удачное приземление, которое омрачило впечатление дракона. Уголки губ чуть сползли вниз, а сам воздушный немного нахмурился, делаясь не очень дружелюбным на внешность. Хотя всё равно оставаясь достаточно сдержанным. Дикарка в порыве эмоций, видимо, не особо заметила, что Реншу двинулся из кухни. А посему персиковому пришлось увернуться от летящей туда головы. А потом Тинэквалон вдруг взяла и вылетела из пещеры, пролетев в дыру-выход в потолке над озером.
Вскинув удивлённо брови, Реншу не сразу бросился за малышкой. Он остался сидеть на месте, активировав мысленный таймер. Таймер до того момента, когда хватит терпеть и надо лететь за непутёвой, эмоциональной и несуразной девчонкой, которая своими выходками сама может накликать себе беду.
Минуты шли. Реншу хмуро смотрел в дыру. Ничто в его позе не выдавало намерения резко взлететь и нагнать Тин. Он выжидал. И только подёргивающийся кончик хвоста выдавал сдерживаемое напряжение и раздражение, нарастающее внутри дракона.

+1

41

Тинэквалон быстро долетела до ближайших крон деревьев, в запале она и не заметила расстояния, а когда долетела, уже успела немного остыть и начать мыслить чуть менее животным  и чуть более разумным образом. К примеру, чего это она так вспылила? Ну выпустил он мышь, поймала бы да кинула бы ее в морду этому наглому взрослому, ну тоже мне повод для необъятной ярости. А нет, захотелось ей позлиться, вот драконочка и позлилась в свое удовольствие, даже не задумываясь о том, что себя можно немного сдержать. Как говорится, хорошая мысля приходит опосля.
  Холодный воздух ей совсем не нравился, да и ободранная шерсть не сильно грела мелкую злюку. Да и вообще, она, может, по жизни мерзлятик, обладает способностью замерзать в любых непонятных ситуациях, а тут все понятно: холодно и морозно. Драконочка приглядела себе ветку потолще и приземлилась на нее, стряхнув с нее снег. С тех пор, как она оказалась в этом месте, ее стала забавлять идея лазания по вертикальным поверхностям. Более того, здесь деревьев было настолько больше, что такая маленькая драконочка, как Тин, могла даже перебегать с дерева на дерева и не касаться земли.  Драконочка  использовала такую простую мысль, что ее на дереве будет труднее заметить, ибо для этого мышам придется задирать голову вверх. А она что, она вон, такая же белая, как и снег, ей проще с фоном слиться. Хотя она не совсем белая, местами она розовато-красная, но это уже мелочи, кто на них смотрит. Посидев немного на одной ветке, Тин перелетела на другую, которая показалась ей более подходящей для караула ее будущей добычи. Она какое-то время нервно перебирала лапами и дергала хвостом, чем, возможно, себя выдавала, но потом  дикарка смогла успокоиться и сосредоточиться на том, зачем здесь оказалась: на поимке мыши. Местность ей была совершенно незнакома, и какие тут водятся животные, ей было неведомо, однако снег был похож на песок, только белый и холодный, а значит, такие звери, как землеройки ну просто обязаны тут водиться. Тут оставалось только подкараулить, с чем у драконочки проблем не было. Раньше не было. Теперь была: холод. А она без постоянного движения почему-то замерзала, даже учитывая, что в пустыне ночи бывают иногда холоднее, чем этот холод. И потому сидеть в засаде ей оказалось очень сложно и неприятно.
  И все же, через какое-то время, неизвестно какое, но явно немалое, ей удалось кое-что заметить своим острым взглядом — что-то маленькое и серое пугливо пересекало местность, периодически зарываясь в  снег и продвигаясь под ним. Тин было холодно, но она терпеливо ждала, пока потенциальная добыча подойдет поближе и старалась полностью замереть. Пугливое животное осторожничало, пряталось, принюхивалось, озиралось, но все же шло вперед. И что самое важное, драконочку не замечало, и та только больше сосредотачивалась на том факте, что бы все так и осталось. Тин ждала. Хоть где-то она умела быть терпеливой! И вот, мышь оказалась совсем рядом, только свалиться осталось ей на голову и поймать, но драконочка подождала еще чуть-чуть, когда та начнет зарываться в снег и не будет смотреть наверх. И только потом она тихо сваливается с ветки, уходя в прямое пике, крыльями она только выправила путь, даже не махала. Потом резкий выброс лап с когтями вперед — и добыча поймана! Зубы добивают добычу и задача выполнена: Тинэквалон самостоятельно выследила и поймала мышь. Правда, как-то замерзла, а от резких движений у нее разболелись отшибленные лапы. Но это мелочи!
  На радостях Тин чуть не съела мышь сразу, совсем позабыв, для чего она вообще затеяла эту авантюру, но в последний момент все же вспомнила, и, схватив мышь в зубы, отправилась обратно. Теперь она докажет змею, что она самостоятельная девчонка!
  Путь обратно занял куда больше времени, как ни странно, в основном потому, что Тин не успела еще наловчится здесь правильно ориентироваться и немного приблудилась. Но, все же, знакомую дыру вниз она нашла и с некоторым страхом смогла спуститься. Когда летишь вверх, однако, этот проход не кажется таким опасно пугающим. Там, внутри, ее она приземлилась на пол и кинула змею под лапы мышь. А потом с самым что ни на есть гордым видом села, ожидая реакции. Похвалит или нет? Будет уважать или нет? Или разозлится?
    Вот, видишь, на что я способна, что ты делать будешь, а? — говорил ее вид, а тот факт, что она нервничает, выдавали передние лапы, которые она по очереди сжимала и разжимала, царапая коготками камень. Не зря же она все это делала, в конце-то концов.

0

42

Реншу сидел на месте и терпеливо дожидался, но с каждым разом хмурился всё сильнее и сильнее. У него уже внутренне порывало наказать эту мелкую засранку и дать ей понять, в чём она не права и что ведёт себя неподобающе. Но дракон сдерживался, хотя вид его свидетельствовал о явном недовольстве. Кажется, Тинэквалон немного забылась. А всему должен быть предел. В том числе наглому и хамскому поведению. Это касается и бросков предметами в морду старшего дракона.
Маленькая, невоспитанная дикарка!
Кончик хвоста прошёлся по земле, раздражённый змей фыркнул носом, пошевелив усами. Брови хмуро сдвинулись. И Реншу напряжённо вглядывалась в дыру, проделанную в своде пещеры. Заместитель злился. И выглядел достаточно недружелюбно и нерасполагающе, когда Тинэквалон вернулась и села перед ним, бросив под лапы мышь.
Хмурый и строгий взгляд сначала был переведён на Тин, потом на мышь и снова на птенца. Воздушный не спешил что-то делать, впадать в ярость или начать сразу ругать драконочку за побег и подобные действия. Он оценил ситуацию, отметил то, что Тинэквалон нервничает и ждёт его реакции, второй раз взглянул на мышь. Тельце пойманной добычи было в снегу. Ясно… значит, дикарка полетела сама ловить добычу — от начала до конца. Чтобы доказать, что она гораздо более умелая, чем ожидал Реншу. Что ж… он действительно ждал от неё меньшего. Но раз так…
Большой дракон хмыкнул. Выражение на морде стало чуть менее злобным. И самец немного расслабился, прикрыв с фырком глаза. Он сдержанно кивнул в знак одобрения и не стал ругаться на Тин за этот вспыльчивый и необдуманный поступок. Хотя, может быть, стоило…
- Хорошо. Ты молодец, - Реншу склонил голову, демонстрируя признание. По крайней мере касательно этого аспекта. Ловли мышек. После чего указательным пальцем на лапе пододвинул тушку обратно к птенцу. Это был ужин в конце концов. Его тоже нужно заслужить. Тинэквалон это сделала.

+1

43

Персиковый был явно недоволен и раздражен, и драконочку это пугало. Она ведь выполнила задание, поймала мышь, так почему этот змей такой злой? И какой реакции от него ждать, когда он замер и смотрит то на нее, то на мышь. Неопределенность пугала Тин даже больше, потому как получить удар неизвестно откуда и неизвестно за что очень не хочется.
  Но, к ее счастью, Змей перестал быть злым и чуть подобрел, и Тинэквалон вздохнула с облегчением. Правда, она чувствовала, что змей все еще раздражен и даже то, что он опустил голову, мол, молодец, хорошо справилась, не облегчило ситуацию. Но драконочка все равно была довольна, хотя бы тем, что этот змей теперь не будет считать ее за бестолкового птенца, который не может о себе позаботиться. Она даже пару раз вильнула кончиком хвоста и немного горделиво выгнулась выгнулась. Вот только это не проявляемое раздражение портило всю малину. НУ почему нельзя просто обрадоваться, а? Что за какое-то двуличие? Надо быть прямолинейным! Виверны всегда делают, что думают, и поэтому с ними так легко общаться. Не то, что с этим змеем, который с каким-то недовольством признает заслуги дикарки. Словно она виновата в том, что уже самостоятельная и умеет охотиться. А то, что она сорвалась резко, так тут и нет проблемы, она ведь просто делала, что ей захотелось, а к чему еще других спрашивать? Она сама по себе, птица вольная (ну почти), да и спрашивать разрешение на охоту вообще глупо! Захотела кушать, поймала мышку, а нет, так нет.
   Змей подтолкнул законную добычу Тин к ней и она, в отличие от прошлого раза, брезговать не стала — сама же поймала. Разве что, чуя непонятно раздражение, она предпочла ретироваться, и потому, подхватив добычу зубами, она рысью побежала к тому камешку, за которым спала до этого. Там всяко безопаснее будет, да и в глаза меньше бросается.  Прибежав и спрятавшись за камнем, она быстро скушала свою маленькую еду без остатка и устроилась там поудобнее — пережидать бурю. Уж получать ни за что ей точно не хотелось, лучше спрятаться и не мельтешить перед глазами, привлекая внимание к себе. Дикарка интуитивно понимала, что лучше быть тише воды ниже травы, что бы не накликать больших проблем.

0

44

Реншу проводил Тинэквалон взглядом, немного негодуя. Но после понял, что она решила укрыться и съесть мышь, видимо, ещё думая, что таким образом — спрятавшись - избежит гнева большого дракона. Впрочем, гнева она уже избежала. Ругать маленькую и неуёмную дикарку воздушный намерен не был. Да и время ругани уже прошло. Если хочешь за что-то отчитать, то это надо делать сразу, а не потом. Так что при всём желании уже было поздно. Тем более после хоть и сдержанной, но всё же похвалы.
Персиковый решил некоторое непродолжительное время не беспокоить птенца. Пусть поест и немного успокоится. А сам Заместитель пока направился, немножечко покачиваясь вправо-влево при ходьбе на своих коротких лапах, обратно на кухню, откуда сегодня началась такая вот охота. Своеобразно вышло. Не так, как он сам — Реншу — задумывал, но и не сказать, что плохо. Хотя он не всегда был рад проявлению необдуманного своеволия, но раз ничего плохого не случилось, то можно и простить на этот раз. Правда... где гарантия, что в другой раз, когда Тинэквалон снова поступит подобным образом, всё обойдётся? Нигде.
Дракон устало вздохнул и покачал головой своим мыслям, разохавшись себе под нос на эту тему. Дойдя до кухни, он принялся творить магию. Ну, магию не в прямом смысле этого слова. Хотя то, что он делал, для Тин вполне вероятно могло таковым показаться. Но она, спрятавшаяся в своём укрытии, не видела этого. Как Реншу кипятит воду, что-то мутит с ней и травами, делая чудо-отвар, призванный расслабить и поднять настроение.
Варево было готово минут через десять после того, как Реншу за него взялся. Пещера наполнилась приятным ароматом перечной мяты, малины и ещё чего-то — таинственный ингредиент. Хотя Тин вряд ли имела понятие об этих растениях и о том, что из них готовится чайный напиток. Тем более. Виверны же не делают чай. А сам по себе он в природе не создаётся, чтобы его можно было… в готовом виде найти и испробовать.
Лёгкая улыбка заиграла на морде самца. Пошевелив усами, она начал разливать чай, надеясь, что любопытный запах привлечёт маленькую и любознательную непоседу.

+1

45

Развалившись за камнем, Тин позволила себе немного расслабиться и чуть-чуть потерять бдительность. Конечно, одной мышки ей явно мало, что бы наесться досыта, но ей не привыкать питаться мало, и особого дискомфорта она пока не испытывала. Прижавшись спиной к холодному куску породы, она свернулась клубочком — что бы не терять тепло — и задремала.
  Дремала она недолго, минут 10-15, может, хотя в ее понимании времени нет понятия минута. Так что все проще: дремала она недолго. А потом странный запах стал щекотать ей нос, заставляя проснуться и тут же поднять голову, принюхиваясь. Что за запах? Опасный или нет? Или, может, это кто-то так метит территорию? Или обороняется? Или еще что? Сразу множество вариантов для объяснения источника запаха возникло в голове дикарки, но итог был один — интерес и любопытство. Она тряхнула головой, сбрасывая дрему и, постоянно принюхиваясь, неторопливо и осторожно пошла искать источник запаха. Вел он в то место, где чаще всего пахло съедобным и где змей выдавал дикарке еду.
  Тинэквалон остановилась у входа на кухню, не зная, стоит ли ей идти дальше. По той просто причине, что там находился персиковый и этот запах шел определенно от него. Причем, это был очень сильный запах, игнорировать его было просто невозможно. Он был странный, непонятный, неизвестный — кто знает, что он может означать. Может, этот рогатый так злится? Или это наоборот, запах удовольствия? Драконочка переминалась с лапы на лапу, толкаемая любопытством вперед, но сдерживаемая страхом перед неизвестностью. Через несколько мгновений верх взяло любопытство — и дикарка мелкими и осторожными шажками направилась в сторону змея, все чаще принюхиваясь и силясь понять, хороший это запах или нет.
  Взрослый же начал делать какие-то манипуляции, переливая какую-то воду в маленькие штучки, из которых она не вытекала. Тинэквалон подошла еще ближе, и, что бы лучше видеть, встала на задние лапы. Так она все повыше, чем на четырех, и потому больше увидит. Уши стояли торчком, выдавая ее любопытство, так же, как и постоянно двигающийся нос, старающийся понять, что же это за запах такой. Но Тин все же оставляла себе возможность быстренько убежать подальше, ибо находиться так близко к непредсказуемому змею она все еще опасалась. От больших добра не жди.

0

46

Большой дракон не сразу заметил Тинэквалон, разливая чудо-напиток по чашкам. Ему - чаю - нужно было ещё немного остыть. Впрочем, много времени на это не потребуется. Так что Реншу аккуратно поставил обе чашки рядом с собой на пол, помешал варево и оставил его стоять. Чай, который ещё настоится - следующая его порция - будет крепче. А вкус его будет гораздо более выявленным. Такой чай и следует пить крепким, но персиковый не мог отказать себе в удовольствии первой чашки. Она тоже была по-своему волшебна и хороша. И что-то приятное было даже в её незаконченности.
Когда Заместитель ставил чашки на пол, он заметил краем глаза Тинэквалон, которая уже во всю любопытствовала. Вот же кузькин нос, везде лезущий.
Малышка стояла на задних лапах, уши её забавно торчали, а сама она — её глаза, шевелящийся принюхивающийся нос, чуть-чуть топорщившаяся шёрстка — демонстрировала опасливый интерес. Как будто Реншу мог взять и плеснуть кипятком ей в морду за это любопытство, посчитав его неуместным. Но воздушный так не считал. И любопытство было вполне оправданным.
Самец улыбнулся одними уголками губ и медленно опустился на четыре лапы, чтобы, сидя на задних, не быть как обычно под потолок. При общении с Тин Реншу старался быть пониже.
- Что, интересно? - добродушно и негромко поинтересовался Заместитель. Приятный запах разливался по кухне. И скоро казалось, что кухня только и состояла, что из этого запаха, который, как облачко, обволакивает тебя мягко и ненавязчиво. И он везде. Такой ощутимый, но при том неприкосновенный. Огромный и непознанный. Способный как ускользнуть, так и закрыть собой всё вокруг.

+2

47

Большой змей разливал жидкость по маленьким емкостям. Запах был как никогда сильным и для чувствительного носа казался даже приторным, непривычным. Это был совершенно новый запах, которого она никогда не ощущала раньше. Тин все еще стояла на задних лапах, передние прижимая к телу, и чем-то напоминала суриката, которые вставали на задние лапки примерно так же. 
  Когда емкости оказались на полу, она встала на все четыре лапы и потянулась к неизвестному предмету. Жидкость парила. Дикарка знала, что так делает вода, когда солнце греет слишком сильно. Так же она знала, что когда вода так делает, значит, она горячая и крайне противная для питья. Теплая вода была неприятной на вкус.  И если действовать по той же логике, то и эта странного цвета вода должна быть противной. Однако простая  вода не имеет запаха, а тут… Очень сильный, обволакивающий, растекающийся повсюду. Так что не работала тут старая схема, нужно было проверить все на личном опыте: взять, глотнуть немного и сделать выводы. Вот только поступить именно так мешало то, что это было собственностью Персикового. А на чужое добро, как говорится, рот не разевай. Тем более, когда точно знаешь, что не сможешь остаться безнаказанным.
  Змей тоже опускается на четыре лапы, от чего драконочке стало проще смотреть ему в глаза, ожидая, что он сделает дальше. Кажется, настроение у него было хорошим, и это радовало, потому что ей не хотелось, что бы тот вдруг накинулся на нее. Может, он и не делал так никогда, но это был инстинктивный страх. Перед ней ведь стоял невиданный зверь. Непредсказуемый, опасный и крайне интересный.
  Он что-то бормочет, и Тинэквалон непонимающе смотрит, ожидая, что тот сделает дальше. Вдруг разрешит попробовать? Маловероятно, конечно, ведь надо быть полным дураком, что бы делиться с другими своим добром, но вдруг? И она ждет его действий,  нетерпеливо дергая кончиком хвоста и ушами.

0

48

Большой дракон, глядя на Тинэквалон, такую любопытную и нетерпеливую, такую пытливо интересующуюся всем вокруг, новым и непонятным, не мог сдержать лёгкой улыбки. Дети — они все такие? Они все так открывают для себя мир? Но куда же с возрастом пропадает этот запал…? Замещаясь злобой, ленью, апатией… взрослые драконы становятся такими незаинтересованными в мире вокруг, в его изучении и совершенствовании себя. А дети… они такие глупые, но такие при всём при этом чистые, с распахнутой душой, готовой всё в себя принять. К сожалению, не только хорошее, но и плохое. Но в этой их невинности есть что-то удивительное и обворожительное. Как будто всех так изначально задумывали - первородно. Но потом… что-то пошло не так.
Хотя что говорить. Вот он - первородный дракон. Сразу был создан таким, какой есть. Может, что-то в процессе ещё изменилось, но основа всё равно не была такой. И что же тогда получается? Это он неправильный и так создаваться не положено? Либо же дети какие-то ошибочные. Нет... ну как дети могут быть ошибочными! Чушь какая.
Реншу постарался сильно не углубляться в рассуждения, так как сейчас он был занят тем, что присматривал за изворотливой непоседой. А та, в свою очередь, определённо хотела попробовать чудо-напиток. Собственно, Заместитель для того и разлил его по двум чашкам. Беспокоясь о том, что малышка может обжечься или пролить на себя слишком горячий напиток, самец наклонился и подул на чашки, немного остужая чай. Стихийное дыхание помогло это сделать на раз. Напиток оставался тёплым и приятным, что позволяло хорошо распробовать вкус, но при этом не обжечь Тинэквалон.
После этого воздушный лёг пластом. Если бы он сел, то снова возвысился бы над Тин и она едва ли что-то увидела бы. Взяв в лапу одну чашку, Реншу пододвинул другую к птенцу. И, поглядев на малышку, легонько дунул на поверхность воды в ёмкости, показывая, как её остужать. Сейчас в этом не было дополнительной необходимости, но пусть учтёт это на будущее. И только после дракон сделал небольшой глоток, довольно пошевелив усами.

+2

49

Большой зверь наклонился и зачем-то подул на стоящие на полу чашки. И после его дыхания парить стало в разы меньше, а это значит, что жижа стала не такой противно горячей. Уши драконочки дернулись, мол, ага, так тоже можно было, оказывается, а значит, надо запомнить. Потом змей лег, или, может, не лег, а перестал держаться на своих лапах. Может, они у него просто устали? Тин ему подражать не стала, ибо с положения лежа удрать за ближайший камушек быстро не получится. Тинэквалон еще не настолько доверяла персиковому, что бы полностью терять бдительность.
  Он взял в лапы чашку, а вторую придвинул к ней, а это значило… Ох! Он отдает ей эту жидкость! Удивление ее было явственно читаемо на вытянувшейся мордочке. Она правда не ожидала этого,  и теперь даже не знала, что делать. И потому она некоторое время просто стояла, то глядя на придвинутую ей чашку, то на взрослого, который свою емкость взял в лапы, то обратно на чашку. В голове крались сомнения насчет того, что это может оказаться засадой. Но какая засада?  Это какая-то тогда очень странная засада! Тинэквалон посмотрела на змея: тот решил снова подуть на чашку, от чего она решила, что эта жидкость еще все-таки горячая. Потом надолго уставилась на то, что предложили ей, даже не двигаясь и активно соображая, как ей быть.
   В конце концов, решилась поддаться любопытству, и, сверкнув любопытными глазами, медленно подошла вплотную к чашке, не забывая зыркать на змея и попутно принюхиваться. Необычный запах стал совсем сильным и приторным и, по крайней мере, одной загадкой стало меньше. Этот запах определенно шел из этой чашки. Еще взгляд на змея — тот кажется, пил. Пил! Эту жижу! Драконочке понадобилось еще немного времени, что бы набраться смелости и сделать то же самое. Ибо как можно пить что-то с таким запахом? То ли дело вода. Все просто: если не пахнет, значит, пить можно, а уж если пахнет, то точно нельзя.
  Она кончиком языка чуть-чуть хлебнула, самую капельку — и тут же отдернулась. С непривычки. Странный вкус, странная температура, странное все! Что это такое? Она языком отхлебнула еще, но уже побольше, и поморщилась. Какой странный вкус! Ей не с чем было его сравнить, и потому он казался каким-то неземным, оторванным от мира сего. Он ей не понравился, но и не не понравился, это просто было что-то такое, что было сложно понять, куда относить. Как этот змей с лапками. Его Тинэквалон тоже не знала, куда относить.
  Однако захотелось распробовать получше, и потому она, как собачка, сделала еще несколько хлебков. И снова поморщилась. Странно, очень странно. Однако она не ушла. Только села и смотрела на чашку, глубоко задумавшись и изредка облизываясь. Ей нужно было время, что бы привыкнуть и понять. Или хотя бы принять.

0

50

Тинэквалон не совсем понимала, что происходит. И было ясно, что таких напитков она, конечно, никогда не пила. Ну а кто его сделает? Виверна состряпает? Виверны и кашки не сварят. Ничего такого не сделают. Хотя и были когда-то прототипами драконом. Теми, кто должен был стать ими. Занять их место. Не факт, что нынешним драконам не пришлось бы тогда занять место виверн и влачить подобное гадкое и неразумное существование.
Дракон тихо вздохнул, чувствуя, как приятное тепло постепенно разливается по телу и помогает согреться. Особенно сейчас — зимой — это достаточно актуально. После чая всегда становится спокойнее. А лучше всего пить его дома, будучи свободным от забот, эмоций и отягчающих мыслей.
Лёгкая улыбка тронула губы Реншу. И он покосился на маленькую дикарку, всячески изучавшую доступными ей способами чудо-чай. От этого улыбка Заместителя стала чуть шире. И он, умиляясь этой глупой, но почему-то забавной и чудной картине, сидел и наблюдал за птенцом с нежностью во взгляде.
- Ну, что скажешь? - негромко и добродушно хохотнул персиковый, когда Тин села и уставилась на чашку, попеременно облизываясь. Драконочка выглядела так задумчиво, будто строила сейчас в голове колоссальную теорию обо всём этом деле. А Зам ожидал её оценки и вердикта.

+1


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Облачные пещеры » Пещера Мирэкл - Обитель Зам. Главы