//PR Enter

Империя драконов. Возрождение

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Архив эпизодов [прошлое] » Ледяные игры [Триис, Дик]


Ледяные игры [Триис, Дик]

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Участники:
Триис, Дик.
Место действия:
Безымянная река, впадающая в Туманное озеро, ведёт за пределы леса Элесмиорн. Её окрестности.
Время и погода:
6005 год, раннее утро. Зима, лёгкий морозец, снег по колено или чуть выше, причём этакий воздушный и белый-белый. Река покрыта толстым слоем льда, способного выдержать вес Духа, однако прыгать на нём не рекомендуется. День обещает быть ясным и не слишком холодным.
Цель и ситуация:
Знакомство двух молчунов, по одной стихии считающиеся собратьями.

Когда полтысячелетия сидишь на одном месте, волей-неволей тебя обязательно потянет туда, где ты ещё никогда не был... Вот только встреча с ожившим асбергом совсем не входила в планы Древесного Духа!
Предупреждения:
Лёгкое ребячество гарантируем =)

0

2

Это была его пятисотая зима в Элесмиорне. Своеобразный юбилей. И видимо, в честь этакого праздника лес выкинул нежданный сюрприз: заснув в своём удобном укрытии из деревьев, сейчас художественно засыпанным снегом, проснулся Триис на прохладном снегу, по уши укрытый снежным покрывалом. Неприятная новость, конечно: кажется, за эту ночь он успел себе немного отморозить загривок, которой от ночных ветров не был защищён снегом. Большой удачей можно было считать то, что драконы в некоторой степени были всё же рептилиями, которые в холодную пору лишь хотели больше спать, а в некоторой степени - теплокровными существами, которым тёплая кровь не давала заснуть бесповоротно и окончательно.
Как заковыристо ругался следующие полчаса Дух, пытающийся определить, куда ему идти, пробираясь сквозь припорошенные снегом растения, чудом не сваливаясь в ямы-буреломы, теперь также засыпанные снегом - отдельная песня. Однако по истечении этого времени Триис, наконец, выбрел на более "чистый" от деревьев участок леса... И обнаружил, что стоит на берегу Туманного озера. Притом не на том, который был уже привычен. И вид отсюда открывался несколько другой, хотя туман, как обычно, где-то впереди опять всё скрывал.
Заметив за этим туманом очертания чего-то, что с другого берего было не видно, Трис заинтересовался и осторожно ступил лапой на лёд, напряжённо прислушиваясь к возможному треску льда... Которого не последовало, что Иса изрядно обрадовало. И, более не опасаясь за свою тяжёленькую тушку, Триис на сколько можно быстро, двинулся к очертаниям чего-то, больше схожего с огромным камнем или даже утёсом, мимо которого текла река, по которой сейчас продвигался вперёд Дри.

0

3

"Кто любил, уж тот любить не может. Кто сгорел, того не подожжёшь..." - тихое, плавное течение мысли разносилось по лесу, засыпанному снегом. Дух Льда любил свои ледники больше других мест. Любовь к дому никогда нельзя сравнить с любовью к чему-то ещё. Но вместе с тем дракону нравилось - особенно во время зимы - выбираться на другие территории. Многие из них в это время года становились похожи на чуть более приветливые и разношёрстные ледники. Почти всё было во власти снега и льда. Именно в это время Дик чувствовал особое могущество и власть над стихией, родство и принадлежность к ней, прилив сил и желание двигаться. Зимой Дух Льда был особенно активен. Если вы будете знать, как часто он что-то делает в другое время, то поймёте, что, время от времени перемещаясь зимой, он действительно делает непомерно много. А местами даже столько, что в пору удивиться.
Но что бы это ни было - не обманывайтесь впечатлением. Оно может резко перевернуться. Как в лучшую, так и в худшую сторону.
В какую из сторон развернётся эта незапланированная встреча двух главных представителей своей стихии... мы скоро узнаем.
Дик сидел у воды и, застыв глыбой льда, смотрел куда-то в пустоту перед собой. Его взгляд незаметно охватывал почти весь заснеженный Элесмиорн - насколько это было возможно. Дух не смотрел в одну точку и не бегал глазами. Но при этом смотрел везде.
Своего собрата, с которым ранее лично знаком не был, Дик заметил ещё по ауре, чувствуя некоторое родство. Дух Духа видит издалека, что-то в этом роде. Они ведь все были формально братьями и сёстрами, которые в один миг просто взяли и появились на свет. Никаких тебе объяснений.
Только сомнения... только сомнения.
Вот ты. Вот твоя стихия. Вот твоя сущность. Познавай. Живи. Умри, не знаю. Что хочешь, короче, делай.
Ледяной медленно и очень нерасторопно, но при этом как-то плавно и изящно наклонил голову на бок. Левый глаз блеснул холодным зелёным. На месте правого же была жуткая, чёрная дыра, внутри которой была пустота. Правый глаз просто напросто отсутствовал. И это вынуждало Дика почти никогда не держать голову прямо, а постоянно держать её немного повёрнутой, чтобы хорошо видеть. И клонить голову на бок.
- Мёрзнешь, Древесный собрат? - Дика было сложно увидеть в снегах. Он с ними сливался. Так что другого Духа на подходе, который мог пока лишь догадываться о нахождении здесь ледяного, он заметил первее, решив дать знать, что он здесь. А то мало ли... сочтёт за ледяной камень, почешет об него рога. Границы личного пространства нужно обозначать прежде, чем кто-то решит коснуться тебя. Прикосновений Дик не терпел.

+1

4

Однако стоило ему продвинуться ещё немного, осторожно двигаясь сквозь туман и цепляясь когтями за лёд, дабы не подскользнуться, как Дри понял, что немного ошибся с определением того, что сквозь туман, издали, виднелось лишь большим камнем. Это оказался не камень, а вполне себе живой дракон. Даже не дракон - Дух, и в чем-то дейстительно собрат. Хотя со стороны такого не скажешь - глыба льда как глыба льда, ничего особенного или удивительного. Вот разве что сильная аура, от которой на удивление пыхало жаром, выдавала Духа с головой.
Триис приблизился к собрату едва ли не на расстояние половины своего длинного хвоста, когда Дух плавно повернул голову и произнёс:
- Мёрзнешь, Древесный собрат? - а вот голосок у него, в противоположность ауре, действительно замораживал. Да и не только голосок, внешность у Духа тоже была... впечатляющей до оцепенения.
Триис спокойно, стараясь не выдавать и толику разбушевавшихся эмоции, взирал на уродовавшее, в общем-то, ледяное великолепие дракона отсутствие одного глаза... И осознавал, что вот сейчас, именно в эту минуту, ледяной дракон привязал к себе его крепко. Потому что, как целитель и истинный почитатель природной красы, Трис в данный момент просто не мог пройти мимо. Хотя и осознавал, что под этой ледяной маской спокойствия вполне могло скрываться не менее холодное сердце.
Впрочем, именно прямо сейчас следовало всё же ответить, и Дри постарался ответить отстранённым тоном, хотя горящий взгляд, прикованный с этой минуты к глазам Ледяного Духа, наверняка выдавал половину его эмоций, если не все:
- Любопытствую, Ледяной собрат, - на отстранённое приветствие следовало отвечать соответственно, не стоило с первой же минуты навязывать себя, если собеседник не высказал желания познакомиться ближе. С языка, словно в продолжение сказанному, рвался вопрос, однако Древесный не рискнул его задать. Было ещё не время для личных разговоров.

+1

5

Древесный Дух оказался довольно близко, на что Ледяной, кажется, не рассчитывал. Потому что почти сразу, чуть поджав губы, медленно и нерасторопно, но при этом как-то завораживающе легко и плавно — подобно одинокой снежинке — подался корпусом назад. Но при этом именно с того места, где сидел, не сдвинулся. Судя по всему, ему необходима была некоторая дистанция. И близость доставляла ему дискомфорт, вынуждая непроизвольно и незапланированно увеличивать расстояние между собой и другим драконом.
А ещё он не терпел, чтобы к нему прикасались. Просто ужасно. Совсем не переносил.
Дик отлично умел подмечать взгляд и малейшие эмоции своих собеседников. Если такие вообще оказывались. А также он очень чутко ощущал внутреннее состояние драконов, не применяя при этом магии или заклинания эмпатии, помогавшего драконам узнавать о чувствах друг друга и внушать иные. Дух Льда пользовался исключительно психологией, своим аналитическим умом, внимательностью и опытом. Даже если он был не особо социален и не так уж горел желанием общаться или находиться в чьей-то компании, ему было интересно наблюдать за драконами и делать выводы об особенностях их поведения. При этом не беседуя с ними. Всё со стороны.
Беседы же Дик предпочитал полноценные, информативные и интеллектуальные. Всё остальное считал тем, что не достойно было траты его времени. Пускай и времени этого, казалось, было бесконечно много. А это всегда так кажется. Даже тем, кто живёт в десятки раз меньше. Может, и мухе утром кажется, что у неё впереди ещё целая вечность.
А потом наступает вечер.
Ледяной не упустил и то, что невольный собрат, тоже являвшийся Младшим Духом, обратил внимание на отсутствие правого глаза. И слова о «любопытстве». Потому, выстроив определённую цепочку взаимосвязей фактов и своих ощущений, Дик повернулся полностью к Древесному, заговорив снова.
- Ты будто хочешь что-то спросить, - веки, покрытые инеем, были чуть прикрыты и поблёскивали. Как и весь Дух. Большая, хрустальная фигурка. Хрупкая, утончённая.
Зелёный глаз словно смотрел в пустоту. Или сквозь. Куда-то в другое измерение. Голос звучал тихо, вкрадчиво и плавно. Как будто скользил по льду. И в это же время — в голосе, точно в заснеженных степях — завывал ненавязчиво и отдалённо, со всех сторон, хриплый и гулкий ветер.

+1

6

- Хочу, - степенно кивнул головой Трис, не делая попыток отрешиться от своей предыдущей фразы и сделав вид, что не заметил невольного движения Ледяного. Ну не хочет тот контактов - и не надо, право на личное пространство у него ещё никто не отнимал, да и сам Дри, успев разглядеть Духа в деталях, теперь не нуждался в столь близкой дистанции. Разговору окружавший их туман совершенно не мешал.
По-видимому, Ледяному не слишком-то нравилось то любопытство, с которым глядел на него Мудрец, но... Древесный никак не мог отделаться от мысли о том, что же могло быть причиной отсутствия глаза у собрата. Впрочем, прежде чем задавать вопросы, следовало хотя бы представиться и узнать имя собеседника. Каждому приятней разговаривать с тем, кто знает его имя, а значит, и его самого. И обычная вежливая процедура знакомства и узнавания имени создавала хоть некую иллюзию разговора со "знакомым". Да и претило как-то Духу обращаться с вопросами, да притом личными, к тому, у кого  даже имя узнать не соизволил.
- Думаю, прежде, чем задавать вопросы, следует познакомиться, - это не было вопросом, лишь констанция того факта, что разговор начался несколько неправильно, и это стоило поправить. - Я - Триис, хранитель здешнего леса, - и дракон замолчал, задумчивым взором поглядев на свои начинающие подмерзать без движения лапы, предоставляя собеседнику самому решить, хочет ли он, чтобы Триис знал его имя. Дри хотелось знать, как называть собрата, но настаивать на этом счёл недопустимым. Конечно, в своей внимательности и наблюдательности Древесный значительно уступал Ледяному, который наверняка успел повидать больше, чем сам Ис. Однако Триис твёрдо знал, что каждое живое существо не выносит давления на свою свободу действий, особенно, если давление идёт от существа малознакомого и непонятного.

0

7

Хочешь и молчишь. Вот значит как.
Ледяной Дух медленно выдохнул носом и ещё чуть прикрыл глаза. Левый глаз заплывал защитной плёнкой, от чего взгляд казался ещё более мутным и стеклянным, таящим за собой что-то очень секретное.
Подаваться корпусом назад было, может, и не очень удобно. По крайней мере долго находиться в таком положении. У любого нормального дракона поясница потом болеть будет. Но не у Дика. Он, принимая определённую позу, застывал подобно каменной статуе. Даже если поза эта была странная, она казалась какой-то естественной и совершенно простой при взгляде на самца. Особенность льда как такового. Он вырастает в айсберги самых различных форм и размером, принимает причудливый и неповторимый облик, пронзает воздух холодными копьями-кристаллами, торчащими в разные стороны, или ложится ровной пеленой пролившегося и замёрзшего дождя.
И так и стоит, как остановился.
И готов стоять хоть вечность, хоть две. Ничто его не колеблет. И Дик — как Дух, воплощающий свою стихию — был именно таким. Величие и спокойствие льда, холод и неподвижность, таинство. Но стоит отколоть кусочек в каком-нибудь опасном месте, как на тебя рухнет смертоносная, ужасная и беспощадная лавина. С ледниками не шутят. И сами они тоже… не шутники.
- Я - Триис, хранитель здешнего леса, — да, представиться не помешало бы. И дракон сделал то же самое, представившись в той же манере, что и Древесный. Будто зеркало… отражая его.
- Я Дик. Хранитель ледников. Я здесь не для того, чтобы навредить твоему лесу, - плавно, медленно и спокойно произнёс Дух.
Почему он сказал про вред? А потому, что сам к своим ледникам относился очень ревностно. И не терпел там чужаков, окромя тех драконов, что жили там до этого или приходили жить. К остальным же Ледяной относился очень подозрительно и недружелюбно. С собратьями и сёстрами, впрочем, положено иметь другие отношения. Наверное…
Дух пошевелился. Когда долго смотришь на его неподвижное тело, кажется, будто оно не может шевелиться.
А тут вдруг. Шея двинулась, голова опустилась. И на Древесного Духа устремился внимательный взгляд исподлобья. Даже плёнка поднялась на глазу, потому изумрудный блеск, заполняющий сплошь единственный глаз, стал ярче и очень выделялся на фоне мертвенной, стеклянной бледности.
Взгляд был хмурым и мрачным. У Дика почти всегда был такой взгляд. Как будто он мечтает о том, как разделать собеседника на кусочки. К этому приходится привыкать. Иначе никак.
- Теперь можешь спрашивать, - голос же по-прежнему звучал плоско и безэмоционально. Как сглаженная ветром снежная, колючая степь, в которой мороз беспощадно кусает за нос.

+2

8

Неподвижный дракон сдвинулся, приняв позу, которую Триис счёл бы неустойчивой. Снова застыл, словно вмороженное в лёд древнее создание. И лишь после, чуть прикрыв глаза, дракон ответил. Словно копировал его манеру речи:
- Я Дик. Хранитель ледников. Я здесь не для того, чтобы навредить твоему лесу, - под конец добавила ледяная статуя, и Триис признал, что последняя фраза была сказана вовремя. Потому что в нём уже начинал просыпаться ревнивый страж Элесмиорна, который всегда был против недружелюбных гостей. Дружелюбных, впрочем, он тоже не слишком жаловал.
Они снова замолчали, и Древесный внезапно понял, что его так напрягало в этом драконе: он казался слишком... неживым. Неестественным, а потому казался враждебным стражу природы. Хотя Дик только что сказал, что не навредить лесу пришёл. А для чего тогда? - промелькнула язвительно-подозрительная мысль, и Трис не удержался от того, чтобы не прищуриться в ответ на пронзительный взгляд одноглазого собственными изумрудными глазами, сейчас, в тумане, скрадывавшем дневной свет, едва заметно светящимися. Дик только что разрешил спрашивать, и Ис не преминул воспользоваться появившейся возможностью окончательно развеять свои сомнения:
- Скажи для начала: откуда ты? Как оказался здесь, в Закатном крае, где снега выпадает намного меньше, чем в твоих родных ледниках? - Дри сам не заметил, как тоже сдвинулся, будто на секунду повторяя движения Ледяного. Только вот едва наметившаяся похожесть тут же рассыпалась ледяными, колкими осколками: Мудрец подвернул под себя собственный длинный хвост и сел на задние лапы, расположив передние в кольце собственного хвоста. Так было теплее, да и поза для Дри была более привычна: именно так он зачастую почти что медитировал в сердце своего леса, словно бы становясь ещё одним деревом Элесмиорна. Однажды он так до того замедитировался, что птицы начали вить на нём гнёзда, и он, не привыкший ломать чужой труд, вынужден был почти год покорно изображать из себя правильное дерево. Не сказать, чтобы тот год ему понравился, зато было время подумать о многом и многое узнать о той жизни, что до этого казалась ему слишком мимолётной для того, чтобы быть объектом его внимания. И, надо сказать, тот год всё-таки кое в чём его убедил. В том, что каждый аспект жизни, если хорошенько приглядеться, полон открытий и новых знаний, когда-нибудь способных сослужить хорошую службу их обладателю.

0

9

Фраза была, между тем, скопирована не для того, чтобы передразнить. Ни в коем случае. Просто лёд частенько как зеркало. Повторяет и отражает. Только Дик был кривым зеркалом. В его зазеркальном мире всё отражалось и переворачивалось, принимало не самые лицеприятные оттенки.
Там - в трескучем и ломающимся кривыми линиями мраке льдов - всё хорошее становилось плохим. А плохое принимало кошмарный облик. Мир утопал в тягучей боли, похожей на чёрную жижу, булькающую и заливающую ноздри, глотку, глазницы...
Но там было и место слабому, вялому благородству и уважению из галочки. Потому что хоть что-то должно было остаться, дабы мир не рухнул окончательно и какое-то время ещё продержался на шатких колоннах чужой веры. На всех её, естественно, не хватит. Но отстрочит момент падения.
Миг разрухи. Жалкие надежды. Мнимые мечты.
- Скажи для начала: откуда ты? Как оказался здесь, в Закатном крае, где снега выпадает намного меньше, чем в твоих родных ледниках?
- На первый вопрос ты сам уже ответил себе - я с ледников. Оказался я здесь своим ходом - на крыльях. На лапах. Как только снега выходят за пределы ледников, я путешествую в более менее благоприятной обстановке и расширяю свой взор вместе с тем, как расширяется зима, всё больше и больше покрывая земли Саяри, - это почти как повсеместно брать с собой кусочек дома. Почти - потому что это не совсем дом. Дом - он так или иначе другой и в другом месте. И ещё по той причине, что самого кусочка от дома ты не берёшь. Он сам начинает разбрасывать себя по разным местам. Да и потом - не по всем. До каких-то он так никогда и не добирается.
Вот так вот...
Дух чуть вскинул голову, как будто откидывая что-то с морды очень ленивым движением. Но на морде ничего не было. Грива у ледяного не росла. Вперёд ничего не свисало и не падало. Насколько ледяная плоть может быть чувствительна к прикосновениям - даже мельчайшим - та ещё загадка. В один момент не ощущать вообще. А в другой обращать внимание даже на такие незначительные детали, что аж до скрипа зубов.
Древесный сказал: "для начала". Были у него ещё какие-либо вопросы? Да, если понимать слова буквально.
Ох, эта буквальность. Чуть позже из-за неё в душе поселится чувство жалости. Очень мерзкое чувство. Когда тебе становится противно от себя самого. Когда становится жаль, что ты такой вот буквальный, когда другие нет. И что мыслишь по-другому. И вообще весь вот такой... простите за это.

+1

10

- На первый вопрос ты сам уже ответил себе - я с ледников. Оказался я здесь своим ходом - на крыльях. На лапах. Как только снега выходят за пределы ледников, я путешествую в более менее благоприятной обстановке и расширяю свой взор вместе с тем, как расширяется зима, всё больше и больше покрывая земли Саяри.
Пока Дух обстоятельно отвечал на заданный вопрос, Триис внимательно слушал. На крыльях. Далеко же он забрёл, ведь от его родных мест до моего леса не один час лёта и не один день пешком. Видимо, совсем уж скучно стало в его ледниках... И, кажется, всё это время он избегал разговоры разговаривать. Наверное, не любит. Да и за что ему их любить? Видно, собеседники всё о его глазе спрашивали, а по нему видно, что тема не слишком приятная. И я тоже хотел присоединиться к этому сонму любопытствующих, но теперь... Не стану. И вопрос, вертевшийся на его языке с первых же минут знакомства, так и остался неозвученным. Зато сформировался другой. Немного детский и попахивающий ребячеством, но ответ на него действительно интересовал Духа, а потому Триис не особо и смущался.
- Послушай, Дик, а ты умеешь играть в снежки? Просто недавно ко мне в лес один птенец забрёл - уж не упомню, из какой стаи - и рассказал, что именно так они в стае играют и веселятся зимой. Правда, смысла в этом я так и не понял. Расскажешь? - и полный любопытства и затаённой доброй полуулыбки взгляд, что успел потеплеть от нахлынувших воспоминаний, уткнулся в единственный драконий глаз. И Дри уже не смущали ни его ледяная неподвижность, ни асимметричная уродливость.

0

11

- Послушай, Дик, а ты умеешь играть в снежки?
Духу Льда показалось, что он ослышался. Опешив, он выразил даже больше эмоций, чем следовало бы. Хотя стороннему наблюдателю, не очень знакомому с Диком, могло бы показаться, что ничего в его выражении и нём самом не изменилось. Что определённо было не так.
Брови медленно поползли вверх, а сам дракон как-будто напрягся, прислушиваясь, ожидая то ли повторения фразы, то ли того, что она прозвучит ещё раз в его голове, подтверждая, что звучала именно так, как вышло уловить с первого раза.
Ну, если так посудить, то у кого можно спросить про игру в снежки, если не у Духа Льда? Логичное умозаключение? Логичное.
На уровне детского сада.
Дух Льда, зима, снег, снежки - всё складывается. Но с другой стороны - Дик и игра в снежки были так тяжело сопоставимы по своей сути, не завязывающейся на снежной составляющей, что сам дракон чуть ли не вытянулся весь от такого вопроса. Точно это было даже неприлично подобное спрашивать.
Уголки губ поползли вниз - в противовес вскинувшимся бровям. Но объяснять свою реакцию - себе дороже. Чтобы тебя поняли так, как есть на самом деле, надо настолько досконально разжевать каждую свою мысль и действие, что за время объяснений успеешь пересказать всю жизнь, неминуемо связанную и влияющую на каждый настоящий жест и нервное подёргивание.
- Просто недавно ко мне в лес один птенец забрёл - уж не упомню, из какой стаи - и рассказал, что именно так они в стае играют и веселятся зимой. Правда, смысла в этом я так и не понял. Расскажешь?
Дух приоткрыл пасть, но скоро снова закрыл её с тихим и протяжным "хм-м-м-м". Кажется, даже глаза Властителя Зимы округлились (второй глаз тоже округлялся, хоть и был пустым), становясь непривычно большими. От такого обилия мимики даже лицо заболело и зазудело. Скоро захотелось и висок почесать, и бровь, и щёку. Но Дух не двинулся с места. Лишь веко чуть дёрнулось.
- Смысла в ней совсем не много. И я точно не смогу тебе его поведать. Хотя эта игра определённо мне известна, - приходилось даже, помнится, на практике проверить. Не очень воодушевляюще.
- Так уж вышло, что я не разделяю подобного веселья, - наконец перестав круглить глаза ещё больше, сощурился Дух, произнося эту фразу.

+1

12

офф. Прости за простой, я никак не могла придумать, как начать пост...)

Казалось бы, абсолютно невинный вопрос, а реакция на него была удивительной. Взять хотя бы расширившиеся глаза и протяжное "хм...", выданное донельзя задумчивым тоном. И самое главное - лёгкое движение тела, которое не было бы заметным, если бы глаза Триса до этого не успели притерпеться к ледяной неподвижности собрата. Увидев такое, Древесному самому захотелось сдвинуться, так сильно было внезапно обнаружевшее себя смущение. Да и тело, уж на что деревянное, а успело несколько затечь. В общем-то, последнее сыграло весомую роль, и дракон таки сдвинулся. Точнее, переступил с лапы на лапу, невольно цокнув когтями по льду, и, прошуршав чешуёй по слою снега на замёрзшей реке, обернул задние лапы хвостом поплотнее. Так не слишком дуло, да и самому Духу было гораздо удобней.
А когда уж Дик всё же ответил, то Ису пришлось приложить усилия, чтобы удержаться и не разыграть ту же пантомиму, которую видел только что своими глазами в исполнении Духа Льда.
- Так уж вышло, что я не разделяю подобного веселья, - произнёс Дик, чуть сощурив глаза. И следующий вопрос Дри вырвался помимо воли, просто потому, что, чем дольше собрат говорил недмолвок, тем больше Триису хотелось узнать о нём и разгадать эту "загадку".
- Почему? - поистине самый простой и наивный вопрос из тех, которые мог задать Дух. И самый сложный для хорошего ответа, ведь он должен быть самым полным, если хочешь, чтобы тебя поняли правильно. И самый удобный, если хочешь узнать о собеседнике хоть что-то. И тут пригодится вся внимательность и то внутреннее чутьё, присущее Духам, чтобы докопаться до правды.

0

13

А у Духа Льда тело не затекало. Он чувствовал себя уютно, будучи недвижимым. Главное в этом деле — правильная поза, из которой можно потом легко подняться и воспарить как ни в чём не бывало. Дик любил так делать. В один час быть стеклянной статуей, а в другой снежинкой, подгоняемой вольным порывом ветра. Лёгкой, неуловимой, крошечной. Массивная скала, ледник - сейчас, а потом — морозный вздох, снежная дорожка, змеёй петляющая по льду. Изменчивость и многогранность Духа, совмещающая в себе все особенности этой волшебной стихии.
… почему…? - Древесный собрат задал каверзный вопрос, в котором дракон не ведающий не углядит ничего особенного. Дик углядел. На такие вопросы не отвечают в подобной беседе зеркальным «по кочану». Это был даже своего рода вопрос-вызов. И Дик сначала даже не совсем понял, стоит ли начать раздражаться на Трииса из-за такой наглости или наоборот — зауважать за тонкость хода. Только, конечно, если этот вопрос не был задан случайно. От балды. Тогда всё это сразу теряло свой таинственный и интригующий окрас. Становилось плоским и безвкусным, совершенно безынтересным.
Ну, что ж. Проверить это можно будет по реакции на ответ. И Дик, чуть вскинув голову, ответил, прежде немного помолчав.
- Это маленькая игра в войну. Драконы делятся на команды, играют один на один или все против всех. Лепят снежные шары и стараются попасть друг в друга. Соперничество и жажда превзойти своих товарищей, проецирование, конкуренция. Если эта игра чем и полезна, то лишь развитием умения целиться и уворачиваться, - дракон медленно наклонил голову на правый бок. Действий в нём стало больше. И сам он начал казаться чуть более живым.
- Для взрослых же драконов практическая польза этой игры слишком примитивна в рамках тех правил, что установлены классическим её вариантом. А даже если говорить о той её части, что должна приносить удовольствие, то мне не нравится носиться из стороны в сторону, спотыкаться, падать, кидаться вещами без особой надобности и выставлять себя беззаботным дурачком. Мне противна одна только мысль о подобном времяпрепровождении, подходящим как раз исключительно для птенцов и взрослых драконов, не далеко от них ушедших, - можно было и не только это сказать. Например, и про свой энергосберегающий режим. Но в тему игры в снежки это вписывалось лишь частично, а за собой цепляло темы другие, что делало бы ответ и саму беседу более открытой, развёрнутой и широкой. Чего Дику не хотелось. Он предпочитал говорить, отвечать и обсуждать что-либо в жёстких рамках. Если речь не шла о чём-то самом по себе широком и абстрактном, требующем больших лап для обхвата и долгой работы мозга и языка.

+2

14

Казалось, дракон лишь обстоятельно (собственно, как успел заметить Дри, отвечал он всегда по максимуму обстоятельно и понятно, словно лекции читал, и это тоже добавляло в "портрет" Духа свои штрихи) отвечал на вопрос, в своей неподражаемой манере говорящей ледяной статуи. Но почерпнул для себя Триис на удивление достаточно, чтобы хотя бы примерно представить, с чем же (точнее, конечно же, с кем) его столкнула Праматерь рядом с родным озером. К примеру, Ис понял, что Дух Льда оказался не из тех, кто любит войну, бои, стычки и иже с ними. Пацифист или пофигист... В сущности, разница не велика, главное, что дракону, судя по всему, было не менее 3000 лет. Хорошая такая, солидная и круглая цифра, подозрительно похожая на его собственный возраст. Совпадение? Неизвестно, но то, что перед ним действительно собрат, Младший Дух, можно уже было признать за аксиому. Не любит тратить время на бесполезные занятия? Либо зануда, либо настолько закоренелый одиночка, не по объективным причинам, а по сути своей, что сплочение с драконами, которого можно достичь как раз в таких вот командных играх, воспринимается в штыки. Показательно? Ещё как! А его раздражение, сквозившее в словах, но никак не отобразившееся на морде, в глазах (учитывая нынешнюю ситуацию, скорее в глазу, но не суть)? А эта привычка замирать по полдвижения, словно энергию бережёт и накапливает для чего-то? А эта ледяная броня в чувствах, чувствующаяся на протяжении всей беседы?.. Право слово, более показательного примера одинокого Духа и придумать-то сложно! И ведь даже он сам - по-любому если и осознавая, то активно от этого открещиваясь - тянется к общению с кем-либо. Совсем незаметно для многих и самого себя, но тянется. И эту тягу к общению лишь по этой привычке отвечать обстоятельно и можно было заметить. Если, конечно, задасться целью узнать этого дракона получше и быть в этом упорным.
- Ты рос один, - после долгого молчания проговорил, наконец, Трис, открывая глаза, которые прикрыл во время размышлений совершенно непроизвольно. - Рос вдали от всех, и окружали тебя лишь льды, и льды, и льды... - тихо и себе под нос. И ведь даже не вопрос - утверждение звучало в его словах. - Как все мы, Духи, рос, не зная, что должно быть по-другому, что мы не должны быть... одиноки, - и ведь сам он понял это лишь сравнительно недавно. Лишь тогда, когда обрёл дом здесь, в старом, практически заколдованном лесу. Тогда, когда в почти оформившейся душе Элесмиорна нашёл друга и собеседника, с которым всегда можно поделиться наболевшим и знать, что твои слова не перековеркают, а душу... не предадут.
Предательство. О да, если оно было в судьбе Дика, оно бы объяснило многое, если не всё. Но... как узнать, не став при этом навязчивым? Трудная задача. Настолько трудная, что даже его склонности к анализу не хватало для тактичного "допроса", а спрашивать прямо было... как ни странно, просто чертовски стыдно. Словно расписаться в собственной "некомпетентности".
- Прости, я, наверно, просто лезу не в своё дело, - под конец вздохнул Мудрец и отвёл взгляд. Встречаться с единственным глазом собеседника не хотелось. В частности, потому, что редкое для них, почти всемогущих Духов, чувство стыда до сих пор мелькало во взгляде, а опуститься до того, чтобы собеседник это увидел... Нет, Древесный к этому был решительно не готов.

+1

15

- Ты рос один. Рос вдали от всех, и окружали тебя лишь льды, и льды, и льды… - да… лишь льды. Первое время только они. И Дик был благодарен им за это. Он сейчас понимал, что роднее своей собственной стихии, этих льдов и всяческих её воплощений у него ничего нет. Даже братья и сёстры Духи скорее близки со своими стихиями, чем с ними. Но в общей совокупности они все оставались взаимосвязаны. Даже если в один день пожелали бы больше не видеться и не общаться. Эта связь всё равно осталась бы — на одном глубоком и не подвластном им уровне.
О, Дик помнил, как в один момент просто очутился посреди холодной заснеженной пустыни. Он ничего не знал и не понимал. Он ходил из стороны в сторону и не мог понять, родился или умер. Что-то говорил, но никто не слышал. Льды сменялись другими льдами. Изо дня в день каждую ночь он смотрел на снежную пургу и считал, сколько снежинок свалилось за горизонт, дышал в далёкое полотно неба и вздрагивал от звука собственного вздоха.
Всё таки умер. Это было ближе к правде. Здесь он был мёртв — там, где-нибудь в Сером Плену — он окажется парадоксально жив. Может, в этом его натура. Как Духа Льда. Духа, чья сила заставляет всё застыть и замереть на века, перестать существовать, оставив только картинный след прошлого.
А потом он узнал о том, что помимо его мёртвого мира есть другие миры. И другие драконы. И с тех самых пор крепко уверен, что лучше бы он этого не знал. Не пришлось бы разочаровываться, поддаваясь позитивным ожиданиям, а после разбивая себе нос о жестокую правду реальности.
Дракон приподнял голову, глаза его чуть расширились, а сам он хмыкнул.
- Как все мы, Духи, рос, не зная, что должно быть по-другому, что мы не должны быть... одиноки…
- Должно быть... по-другому? - вкрадчиво, почти сквозь зубы произнёс ледяной. Кажется, он был не согласен с этим высказыванием. И не доволен.
- Никто ничего тебе не должен кроме того, что ты уже получил. Мы одиноки дважды. В миг рождения и в смерть. А всё, что происходит между этими моментами — наши жалкие судороги и мерзкие пляски, - Дух медленно прикрыл глаза и чуть оскалился хищно, проведя языком по нижним зубам, чуть прикусив верхним клыком его кончик.
Подозрительный прищур. Ледяной начинает думать, что Триис пытается набиться куда-то или втереть Дику что-то, с чем он заранее категорически не согласен. А если нет, то к чему эти слова про одиночество? Так было надо, раз произошло. Интересно, никто не спорит, покопаться в сути всего бытия, только давайте без жалости и сожаления. Тошно.
- Чего ты добиваешься, Древесный? - почти шипяще вопросил Дик и вдруг начал подниматься. Хотя это не сразу стало заметно — столь беззвучными и плавными были движения Хранителя Ледников. Как будто это мир вокруг двигался, а не он.
Во всём этом чувствовалась угроза и лёгкая, но нарастающая неприязнь.
Триису думалось, что Дик — не из тех, кто за войну. Пацифист. Или пофигист. Считаете, что это одинаковые вещи? Вы очень заблуждаетесь. Пацифисит вас не тронет. Пофигист может. Скорее всего, ему будет пофиг, что вы думаете по этому поводу и какие последствия это за собой повлечёт.
Каждое слово — хрупкий шаг. На любом можно провалиться и оплошать. Здесь совершенно не предугадать, к чему может привести новое, казалось бы, безобидное высказывание.
Дик поднялся на все четыре лапы и уже стоял, наклонив голову и вытянув её вперёд, немного под углом, позволяя левому глазу сквозь пелену льда удивительно плотоядно пожирать собеседника. Этот изумрудный глаз за хрустальной вуалью был похож на дикого зверя в клетке. Здесь — снаружи — его криков и воплей не слышно. Едва можно разглядеть его метания в стенах сознания. Но выпустите этого монстра наружу — и последнее, что вы успеет сделать — глубоко пожалеть обо всём, что случилось в вашей жизни. Возможно, возненавидеть себя. А после быть сметённым с лица Саяри. Для обычных смертных драконов такая перспектива была, конечно, куда более опасной, чем для брата-Духа. Но это не гарантировало безопасности и неприкосновенности.

Отредактировано Дик (16 Дек 2016 16:06:15)

+2

16

Дик злился. Удивительно, но этот осколок льда я всё-таки расшевелил... - сказать, что реакцией на свои слова Триис был удивлён - ничего не сказать. Он был изумлён и где-то даже ошарашен. Но вместе с тем... Вместе с тем понимал, что, в  общем-то, в словах Духа Льда была и своя правда. Судя по тому, как сразу зашевелился дракон - выстраданная, набитая ошибками и горьким опытом. И, кажется, мыслью о предательстве кое-кто чрезмерно философствующий попал пальцем в небо. За что, собственно, был "наказан" злостью в глазах собеседника, которую вызвать не хотел.
В общем-то, Трис примерно представлял, почему дракон злился. Но... Совершенно не понимал того, почему Дик вдруг ополчился на него самого, вместо того, чтобы оставить такие мысли при себе. Это старая рана, которую он сам растравливает, прямо сейчас отравляла, по разумению Иса, способность Дика мыслить. И вот это Дри не одобрял. Не одобрял того, что этот достойный образчик спокойствия и хладнокровия, трезвого ума, вдруг вспыхнул и вернулся к застаревшим "обидам", вместо того, чтобы учесть опыт пережитого и больше не совершать ошибок. И это, как ни странно, вызывало недовольство. И как будто даже потребность в ответном вызове сейчас зашевелившемуся повелителю льдов.
- Чего ты добиваешься, Древесный? - О да, вопрос очень своевременный. Ибо если пару минут назад Дух просто бы пожал плечами и ответил нейтральное "ничего", то сейчас хотелось иного. Почему-то хотелось доказать, что Дик в своей позиции не прав, что стоит хотя бы задуматься над ситуацией и не наступать на те же грабли. Короче говоря, снова проснулся целитель. И, как порой с ним бывает, абсолютно не вовремя. Но идти против своей сути... Нет уж, на такое свершение ради, в сущности, малознакомого дракона, Триис был не готов. А вот переубеждать готов, да? - сам себя иронично спросил Трис, прищуривая изумрудные глаза в ответ на лёгкую угрозу. И конкретно задумался над одним немаловажным вопросом: как отреагировать? Продолжать пытаться достучаться до разума собрата, оставаясь внешне спокойным и невозмутимым, дабы сознательно не спровоцировать драку? Или все же позволить нарастающему клубку негативных эмоций выплеснуться в драке, и лишь после, когда они оба остынут, снова заговорить?.. Второй вариант претил Древесному как миротворцу по сути. А первый попахивал лицемерием, которого Дри не любил, ибо невозмутимость сползала, словно ненужная маска, обнажая разгорающееся недовольство и странный... азарт?..
- Что изменится, если я отвечу, Ледяной? - дракон быстро перетёк из сидячей позы в стоячую, чуть отступив на пару шагов и немного склонив голову, взглянув на собеседника словно исподлобья, невольно наставив на него свою пару рогов. - Ведь сейчас ты не готов меня выслушать. Неприязнь мешает, - вырвавшийся смешок из-за осознания собственной свершившейся глупости. Ведь после такого Дик точно не сдержится, по крайней мере, словесно. Но на то он и Мудрец, чтобы хотя бы осознавать степень своих глупостей и быть готовым к последствиям. Кстати о последствиях... - искра мелькнула на чешуе раз-другой, пробежалась по шкуре, и дракон спешно стал облачаться в свои каменные латы. Ибо, конечно, мудрость мудростью, но возможность получения травм никто не отменял.

Отредактировано Триис (16 Дек 2016 23:04:25)

+2

17

Вспыхнул… о, как всё относительно! Дух Льда едва пошевелился, а от того, каким его привыкли видеть или привыкли считать, всему давалось другое, уже иное, определение. Ха. Относительность. Искривлённость. Восприятие!
Злость на мир и на других драконов хранилась у Дика в маленьком хрустальном флаконе. Этот сосуд был хрупким и совершенно крохотным. А спрятан глубоко-глубоко. Но, несмотря на свои размеры, содержал в себе столько ненависти, что та, казалось бы, могла волной уничтожить мир вокруг, вылети наружу. Стереть всё в миг. И оставить только голый лёд, по которому будет плясать ветер. А кроме ветра больше и ничего.
И никого.
Кое что было верно… Дух теребил раны. Ломал лёд, бился о него и хлебал желчь, чтобы та застыла в нём. Потом он выплёвывал её на окружающих. И пока это происходило, опустевшие дыры внутри снова наполнялись ненавистью к миру при помощи неугасающемого внутреннего механизма.
Раны зарастали льдом, но сквозь лёд всё равно можно было любоваться ими и впитывать собственный тлен по вечному кругу. В этом заключалась сущность Дика. И хорошо, что свои мысли против этого Трис не озвучил вслух напрямую. Дик терпеть не мог, когда его оценивали, а уж тем более пытались что-то сделать с его сущностью, как-то переиначить, повесить ярлык, описать, какой она якобы должна или не должна быть. Она вот такая! И ей нет дела до того, как вы привыкли воспринимать и считать. Как вы себе придумали и какими иллюзиями вам нравится себя тешить. Пожалуйста, детки. Балуйтесь на здоровье, раз нравится.
Уголок губ дёрнулся, искривившись ломаной линией.
Дик знал о своих ошибках. Он знал, что доверяться кому-то так, как он доверялся раньше, подобно вольной и глупой снежинке, это дело идиотов. И много таких подобных дел и идиотов, стремящихся не только их совершить, но и перетащить побольше других на свою сторону. Чтобы потом большой кучей, крупной стаей обломаться и разочароваться в жизни. Обломаться действительностью. Страдать толпой ведь легче?
Страдайте.
Дух Льда же больше не повторял этих ошибок. Да, обжёгшись на молоке, он дул на воду. Может, это было преувеличено или излишне. Если понадобится, то он не будет этого отрицать. Ведь смысл? Зато… не доставляло проблем. Так было проще и легче жить и ужиться. В особенности с собой.
А Дик — он вот такой. Не как вы. Он учитывал всё. Вы даже представить себе не можете насколько...
- Что изменится, если я отвечу, Ледяной? - стойка, которую принял Древесный, была похожа на оборонительную. Да она и была такой. Уголки губ Ледяного снова дрогнули. И дракон… засмеялся. Зловеще, тихо, хрипло, почти шёпотом. Опустив голову, он смеялся всего ничего. Там было от силы три смешка. Но тяжёлых, как удар камнем по голове.
Как глухое эхо.
Как падение в пропасть.
- Спроси себя, что изменится в твоей голове, если ты ответишь мне. Сам для себя пойми для начала, что тебе нужно, - приподняв голову, дракон снова взглянул исподлобья. Взгляд его был строгим и прямым. От усмешки и тех трёх «ха» не осталось и следа. Все эти эмоции, которые, казалось, могли вылиться в целую лавину, бурю, обрушиться на голову Духа Деревьев… пропали. Исчезли в никуда. Поди докажи, что они вообще были.
- Ведь сейчас ты не готов меня выслушать. Неприязнь мешает, - Дик хмыкнул, прикрыл веки и медленно вскинул брови. Почти показательно и даже с некоторым пренебрежением. На морде отразился ярко выраженный скепсис. Так смотрят, скажем, на дурачков. Мол, да что с него взять? С дурака. Ляпнул глупость. Ничего не поделать...
Особенно выражено это стало, когда Трис начал облачаться в доспехи, вестимо, ожидая драки. Тут было тоже сложно не рассмеяться. Но одного раза пока хватит. Так что дракон плотнее сжал пасть, а янтарно-зелёный глаз будто остекленел, заплыв холодом и безразличием. Отсутствием интереса ко всему этому.
- Ты очень ошибаешься. Я всегда испытываю неприязнь. Но это никак не мешает мне слушать. Если ты беспокоишься о том, услышат ли тебя и то, что ты хочешь донести, так это зависит от того, что ты собираешься нести и моего желания это принять. Не завышай ожиданий. Лучше отвечай и решай за себя самостоятельно, нужно тебе это говорить или нет.  И если нужно, то говори, а не оценивай степень моей готовности воспринимать. Понять тебя или отвергнуть твою мысль — это уже моя забота, - сухо ответил ледяной и выпрямился, приняв такой вид, как будто ему совсем стало не интересно происходящее.
Или никакого происходящего вовсе не было.

+3

18

- Странный ты, - пробормотал себе под нос Дух, сбитый с толку вновь появившимся безразличием на лике собеседника. В очередной раз за этот диалог сбитый с мысли, между прочим! Это чего-то да стоит. Но... запал что-то доказывать погас столь же быстро, как и возник. Правильно сказал Дик, нужно понять, что ему сказать. Но проблема была в том, что... как раз-таки Древесному ничего не требовалось от нежданного гостя. Он лишь хотел осмотреть новую сторону своего озера, проснувшись на другом берегу, а встретил... его. Духа, зачем-то остановившегося в его краях. И огрызающегося на любую попытку хоть как-то его познать. Хоть как-то уместить в рамки пусть неожиданного, но гостя, а не врага.
- Странный ты, - задумчиво повторил Трис, чуть прищурив левый глаз и разглядывая Ледяного. Потом сдвинул плечами, невольно скрипнув латами, кивнул появившейся мысли и закончил:
- Мне ничего не нужно от тебя. Ты сам начал диалог, если помнишь, - вновь прищуренный взгляд... а потом спокойный разворот на 180 градусов и брошенное через плечо: - Не заходи в лес, пожалуйста. Не хочу тебя выгонять.
И скользящий шаг по льду, и внимательный взгляд вниз, и невозмутимая морда. И будто он забыл о госте. Или вовсе потерял интерес. Впрочем, почему будто? Почти так и было. Триис никогда не отличался большим терпением. Ну, или, по крайней мере, никогда не считал себя терпеливым. И когда интерес угас - смысл что-то строить из себя и что-то доказывать? А желание разгадать эту загадку пропало. Ибо если уж так защищают эту "тайну", стоит ли тратить свои усилия на бесперспективное занятие? А ведь Дик не отступит, если не захочет. Так какой смысл долбиться в закрытую дверь? Гораздо проще тогда просто пройти мимо. В конце концов, свои время и нервы Ису гораздо важнее какой-то там загадочной сущности. Тем более, той, что даже не хочет понимать тебя и подпускать близко.

+1

19

Игра в эпизоде закончена.

Дик ничего не сделает и не скажет, проводив Древесного пустым взглядом. А подумает ли он что-то - это мы сегодня не узнаем.

Отредактировано Дик (11 Янв 2017 14:29:10)

0


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Архив эпизодов [прошлое] » Ледяные игры [Триис, Дик]