//PR Enter

Империя драконов. Возрождение

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Хребет Сеарив » Ладонь Шеата


Ладонь Шеата

Сообщений 1 страница 49 из 49

1

http://s3.uploads.ru/Hz8r9.jpg

Широкое плато, расположенное на большой высоте от земли, благодаря чему покрыто снегом практически в любое время года, за исключением, пожалуй, только самого жаркого лета. До него достаточно легко добраться как на собственных крыльях, так и пройдя небольшую сеть пещер. Удобное местоположение плато сделало его популярным местом встреч, как дружеских, так и не очень. Но для охоты оно не годится, фауна Сеарива давно поняла, что драконы в этих местах - частые гости, и старается держаться подальше.
Весной, летом и ранней осенью здесь также можно поискать некоторые горные травы, и в любое время года - любоваться великолепным видом, открывающимся с высоты.
А название своё это место получило благодаря большей из двух лун, вечно кружащихся вокруг Саяри. Почти каждую ночь - кроме тех моментов, когда небо затянуто тучами или луна находится в затмении, - оно ярко освещено голубоватым сиянием Шеата, и всё вокруг хорошо видно, будто сама луна держит посетителей плато на своей широкой ладони.

+1

2

Начало квеста.18 день Морозного месяца
На небе появился силуэт летящего дракона, который медленно спускался ближе к земле. Широкие крылья чувствовали каждый порыв. Этим одиноко парящим драконом был Азаниэст.
Побывав как-то на ничейных землях, Эст услышал от одного знакомого про путника, который именовал себя Аверенсом. Электрический заинтересовался одиночкой и расспросил по больше этого знакомого. Тот ответил, что Аверенс направлялся к Ладони Шеата. Азани благодарно кивнул и закончив, отошедший от темы разговор, сразу же рванул к указанному месту.
Эст уже давно не находил не каких приключений и ему было даже как-то скучнова-то. День за днём повторялись совершенно одинаково: подъём, охота, отдых, рисование, охота, отбой... Периодически, какие-то дела всё-таки входили в так называемое "расписание".
***
Дракон уже спустился довольно низко, так что дракона увидеть было бы не таким сложным делом, если, конечно, окрас путника не светлых тонов, потому что на снегу такого заметить проблематично.
Сейчас на плато, почему-то не было видно ни одного дракона. Азаниэст знал это место, как довольно популярное место для любых встреч, в любое время года. Хм... Возможно, все слишком заняты, чтобы оказаться здесь и насладиться этим видом. А ну, дай-ка я тоже полюбуюсь на эту красоту. - Эст плавно спустился к ближайшему утёсу и опустился на снег. С этого утёса, действительно, был завораживающий вид. Вдруг электрическому пришла в голову мысль, что с такой позиции можно увидеть проходящего или пролетающего путника.

0

3

Аверенс непредсказуемо перемещался из одного места в другое и задерживался где-то только тогда, когда в этом был смысл. Или если преследовалась определённая цель. Сейчас таковой не было. И дракон хотел посетить места, в которых никогда ещё не был и те, где уже бывал не раз. Каждое из них было особенным и хранило определённые воспоминания, чувства, будоражило какие-то мысли. Удивительно, что такие места — непосещённые — ещё остались. Казалось, что столько пройдено — уже не должно остаться ничего неизвестного. Но каждый раз узнавалось что-то новое. Что-то, доселе незнакомое. Это грело душу отшельника.
Дракон шёл, подставив морду ветру и улыбаясь. Зелёного дракона, пестрящего узорами, было не так уж сложно заметить на фоне окружающей серости. Маг шёл, закрыв глаза, и не знал о том, что его выискивают.
На плато сосем никого не было. Кроме земляного мага и электрического одиночки, который сейчас вполне мог заметить того, кого искал.
[NIC]Аверенс[/NIC][STA]Мы станем другими - и нас не узнают[/STA][AVA]http://savepic.su/6751815.png[/AVA]

0

4

Дракон долго вглядывался в уже ставшим однообразным белый пейзаж. Дракон выдохнул серый дымок мороза и уже отчаявшись хотел вернуться обратно, но неожиданно заметил сначала силуэт дракона. Электрический протёр глаза - скалой силуэт не был. Очертания дракона приближались, вскоре Эст смог увидеть путника зелёного окраса, усыпанного яркими узорами. Наконец-то... Должно быть это и есть Аверенс! - Эст размял закоченевшие лапы и двинулся на встречу путнику.
Остановившись на подходящем расстоянии для разговора, дракон сказал:
- Приветствую, вы должно быть Аверенс? - Азаниэст почтенно склонился перед путником, ожидая ответа. А может быть я его перепутал? Хотя, кто ещё может слоняться по Ладони Шеата в такие ветра? В любом случае, я его спросил и делать догадки сейчас уже бессмысленно. - Одиночка изучающе смотрел на путника, наблюдая за его действиями.

0

5

Маг остановился, внимательно глянув на Азаниэста. И, будто заметив что-то, о чём сам электрический не знал, вдруг погрустнел. А, может, это только показалось. Но что-то словно расстроило его, о чём он не стал говорить, быстро придав своей морде такое выражение, точно ничего особенного он не увидал. А просто о своём далёком подумал. Прикрыв глаза самец, уже чуть припорошенный снегом от путешествия по Ладони Шеата, расслабленно и немного устало вздохнул. Кажется, что он долго шёл пешком. И не удивительно. У земляного не было крыльев. Порталами он не пользовался. И иногда приходилось шагать дольше, чем было запланировано.
В любом случае, путник, остановившийся пред Аверенсом, нашёл его именно здесь. Значит, быть чему-то. Или не быть. Как случится!
От такой мысли Ав даже едва заметно улыбнулся — одним уголком губ. Но всё равно это, как и печаль на морде, выглядело как-то тепло и по-доброму. Рассуждения об относительность всего на свете поднимали ему настроение. Потому что любая беда, по сути, как и радость — просто звёздная пыль.
- Да, это я. Вольного ветра в крылья, дорогой друг. Чем могу быть тебе полезен?
[NIC]Аверенс[/NIC][STA]Мы станем другими - и нас не узнают[/STA][AVA]http://savepic.su/6751815.png[/AVA]

0

6

- Да, это я. Вольного ветра в крылья, дорогой друг. Чем могу быть тебе полезен? - Дракон отведя глаза, ответил:
- Один знакомый рассказал мне, что вы даёте задания, за которые положена награда. Я на самом деле давно не находил приключений, поэтому и решил разыскать вас и попросить дать мне их. - Эст сделал паузу и продолжил:
Я, надеюсь, это было не слишком навязчиво. - Дракон опустил взгляд вниз, на снег. Несмотря на серьёзность ситуации, улыбка с морды Эста не уходила, она не покидала его ещё никогда. Даже, когда обстоятельства вынуждали её исчезнуть. Пожалуй, улыбка была единственной, кому Азани доверял.
Капля позитива, присутствие вечной улыбки, получится жизнерадостность и дружелюбие, несмотря на то, что дракон любит подпакостить другим.
Эсту не терпелось получить долгожданное задание и отправится в на поиски приключений, хотя пока он нашёл путника прошло не мало времени и усилий. Так что поиски путешественника можно тоже назвать приключением, правда, не совсем опасным и сложным.
Азаниэст снова перевёл взгляд на Аверенса, разглядывая яркие разнообразные узоры. Они завораживали, заставляя смотреть на них не отрываясь. Какие-то узоры даже напомнили дракону какие-то руны, а может это они и были, как знать.
Всё-таки из вежливости, Эст не пялился на расцветку, периодически, переводя взгляд на заснеженные утёсы.

Отредактировано Азаниэст (15 Мар 2016 20:02:15)

0

7

- Так и есть… даю, - добавил с небольшой паузой между словами Аверенс, как будто на незначительно короткое время забыл, о чём шла речь. Ну что ж — стало быть, пришло время остановиться. И как интересно на этот раз распорядилась судьба. Прямо здесь — посреди Ладони Шеата, где обычно так много драконов — сегодня практически никого нет. Он — Ав - и путник, который не представился. Вообще, это было достаточно распространёно. Скажем так, земляной уже успел привыкнуть к тому, что его собственное имя знают заранее а, обнаружив дракона, сразу спрашивают про задания. И совсем забывают представиться сами. Надо же как-то друг к другу обращаться, право.
Маг выразительно посмотрел на электрического, точно надеясь, что тот поймёт по его взгляду, чего же не достаёт, и всё необходимое скажет сам. А пока…
Аверенс сел прямо там, где стоял, и достал с пояса мешочек, содержащий волшебные предметы. Таких мешочков и самих предметов у мага было очень много. Весь пояс завешан. Но кроме мешочков ничего на виду нет. Прямо магический походный набор.
- Что ж, что ж, хорошо. Посмотрим, - зелёный запустил лапу в мешочек, вынул оттуда что-то, что было не видно Азаниэсту и, сощурившись, начал вглядываться в нечто, лежащее на ладони. Очень-очень внимательно.
- Твоё первое задание...
[NIC]Аверенс[/NIC][STA]Мы станем другими - и нас не узнают[/STA][AVA]http://savepic.su/6751815.png[/AVA]

0

8

Дракон вопросительно наблюдал за действиями путника.
- Так и есть… даю - Интересно, к чему эта пауза... Может Аверенс не собирался договаривать это слово, - причиной чему стала пауза, Азани догадывался, но не решился озвучить свою мысль.
Неловкая тишина давила на электрического и только по взгляду земляного дракон понял, в чём дело. Вот дырявая бошка! Я же забыл представиться... Представляю, какого Аверенсу. - На этот раз Эст не забыл представиться, не без лишней вежливости:
Прошу прощения, я совсем забыл представиться. Меня зовут Азаниэст - здешний одиночка и по совместительству, искатель приключений. - Эст приветливо улыбнулся и только сейчас заметил пояс, увешанный предметами и различными мешочками. Электрический заметил его, только, когда Аверенс уже снял его и начал что-то искать в одном из мешочков.
- Что ж, что ж, хорошо. Посмотрим, - Бедняга... Сам с собой уже разговаривает. Хотя неудивительно, ведь он совсем один. Я ведь и тоже, иногда в слух сам с собой разговариваю, так что я думаю, для одиночек это вполне нормально. - Аверенс склонился над чем-то на своей ладони и задумчиво произнёс:
- Твоё первое задание... - Сразу в голове дракона всплыла мысль Не тяни дракона за хвост, я не люблю такие интриги. Это ужасно -ожидать того, о чём ты подозреваешь, но точного ответа ты не знаешь. - Эст терпеливо ожидал и всем видом показывал, что он и ещё подождёт, хотя сам прекрасно знал, что и пяти минут уже н протянет.

0

9

Маг задумался, пытаясь расшифровать послание, которое выпало ему в мешочке. Сам дракон задания не выбирал. Их назначала воля случая. Глас мироздания. Но это всегда что-то означало. Особенное и таинственное. Если бы Аверенс знал все сокровенные секреты, которые затрагивают его задания в жизнях драконов, которым они достаются, то… хм. А, может, он и знал. Не напрямую, а косвенно. Тоже много о чём говорит.
- Ну… Азаниэст, - продолжая вглядываться, повторил Ав, дабы запомнить имя и проверить на правильность произношения. Но теперь долго тянуть и томить не стал. Положил кусочек коры, на котором было что-то нарисовано, изображением вниз. Накрыл лапой. И взглянул на электрического.
- Твоё первое задание — угадать следующее задание, - и земляной уставился на одиночку. Выжидательно. Очень серьёзно. Мол, давай, угадывай. Я тут. Жду, слушаю. Пять заданий. Каждое новое будет сложнее другого. Так что нечего удивляться. Угадывай, угадывай. Про количество попыток ничего не сказано.
Маг слушал во все уши, округлив глаза с большим любопытством. Да с таким видом, будто сам Аверенс не знал ответа на вопрос, а узнал бы лишь тогда, когда его назвал Азаниэст.
[NIC]Аверенс[/NIC][STA]Мы станем другими - и нас не узнают[/STA][AVA]http://savepic.su/6751815.png[/AVA]

0

10

Аверенс продолжал вглядываться в вещество на своей ладони.
- Ну… Азаниэст, - электрический таки и задержал дыхание в предвкушении, но то, что он услышал после поразило его:
- Твоё первое задание — угадать следующее задание, - Дракон с округлевшими от удивления глазами смотрел на путника так, как будто он пошутил. Вы, что? Шутите, что ли? - Но намерения Аверенса были намного реальнее, чем сначала подумал Эст.
Но самым странным Азани показался сам Аверенс, он смотрел так, будто сам не знал ответа и был готов согласиться на вариант электрического.
Эст не стал долго терять время и начал перебирать в голове различные задания, которые приходили ему в голову. Но читать мысли мог не всякий дракон, поэтому Азаниэст начал размышлять прямо в слух, ожидая услышать желанное "Ты прав" или что-то в этом роде.
- Может найти что-нибудь? Нет. Слишком просто и банально. Может, может... - Дракон сделал шаг  в сторону и задумчиво посмотрел на горизонт. Электрический понял, что это надолго и повернувшись к Аверенсу сел на снег.
А может, может, это загадка с подвохом? Всмысле, ответом на которую будет сама загадка, то есть следующим заданием было угадать следующее задание? Нет эта какая-то глупость. - Дракон посмотрел на небо, идеи больше не приходили в голову Эста. Он был уверен, что ещё придумает, ну а пока он желал узнать угадал он или нет.

0

11

Дракон внимательно наблюдал за потугами Азаниэста справиться с таким странным заданием. Ну что поделать? Выпало — значит надо делать. Либо отказываться от испытания и возвращаться домой. Второго шанса, разумеется, предоставлено не будет.
Делов-то.
На самом деле… угадать следующее задание было почти нереально. Маг земли действительно сам не знал ответа. И мог узнать о следующем задании только после того, как вытянет его из волшебного мешочка и взглянет на кусочек коры с выцарапанным рисунком, пытаясь понять, что же там нарисовано. И, если всё будет хорошо, мешочек даст следующее задание. А если нет — выпадет пустой кусочек коры. Таким же образом Аверенс определял, было ли выполнено задание, если это нельзя было доказать.
Когда одиночка замолчал, странник ещё немного подождал и, поняв, что Азаниэст пока ничего нового не скажет, чуть мотнул головой.
- Нет, всё неверно, - настала пауза. Дракон серьёзно смотрел на электрического, а после, улыбнувшись, полез лапой в мешок. Снова.
- Ладно, извини. Я пошутил. Это не первое задание, - дракон заковырял лапой, прежде чем вытащить второй кусочек коры, быстренько в него вглядеться, покивать самому себе и снова заговорить.
- Твоё первое задание — вернуть поцелуй, - расшифровок, что это может значить, не даётся. Подсказок тоже. Вытянутый кусочек коры Аверенс положил поверх предыдущего. Снова же — рисунком вниз. И поднял взгляд на одиночку.
- Успехов. Я буду ждать тебя здесь.
Первый кусочек коры, выпавший магу, был пустым. Мешок отказался давать задания. Но странник, решив, что нужно дать парню шанс, вытянул снова, разрядив это небольшой шуткой. Теперь только сам Азаниэст не должен подвести и разочаровать веру в него.
[NIC]Аверенс[/NIC][STA]Мы станем другими - и нас не узнают[/STA][AVA]http://savepic.su/6751815.png[/AVA]

0

12

Вернуть поцелуй? Серьёзно? Ну чтож, раз я на это подписался, придётся продолжать. - Дракон изучающе посмотрел на Аверенса, ожидая, что тот ещё что-то скажет, но тот лишь пожелал удачи. Видимо, придётся самому думать что это. - Эст огляделся вокруг, ничего особенного или необычного не было. Одиночка взглянул на небо. Чтобы это могло быть. - Дракон ещё раз посмотрел на Аверенса, но тот не собирался ничего говорить.
Вернуть поцелуй, значит. - Сказал вслух сам себе одиночка. Только сейчас Эст понял, что земляной пожелал удачи и, что за это нужно поблагодарить.
Спасибо... - Задумчиво произнёс дракон и ещё раз вскинул голову к небу. Наконец, в голову дракона пришла умная мысль. А, что если кого-нибудь здешнего поспрашивать о поцелуе? Может быть кто-то и знает. - Одиночка улыбнулся, поклонившись Аверенсу, раскрыл крылья и, оттолкнувшись задними лапами, активно замахал крыльями, набирая всё большую высоту. Вот уже зелёный дракон стал маленькой точкой, среди снегов. Воздушные потоки, до которых добрался Эст, помогли ему в продвижении к месту, куда он решил сначала отправиться.

------------>  Склоны Сеарива

0

13

офф

Прошу прощения за очень долгую задержку. Увы, причины были.

—————>Склоны Сеарива
Не только на физических, но и на моральных крыльях радости Эст нёсся сквозь облака и синь небес. При помощи скоростных взмахов мощные порывы вырывались из-под крыльев и с свистящим звуком неслись вдаль, в противоположную сторону. То и дело поглядывая на небольшой "вихрик", который пытался угнаться за ним. Этот "вихрик" сейчас служил для электрического своеобразным складом, где он хранит вещи, которые было необходимо принести земляному магу — Аверенсу.
Завидев вдалеке, на земле знакомую фигуру улыбка дракона ещё шире растянулась по его морде. Перестав производить взмахи крыльями, Эст стал медленно, словно сокол, спускаться вниз. Сверху, земля казалась полностью белоснежной. А всё из-за снега, который покрыл её своим толстым и плотным покрывалом, конечно, без помощников не обошлось. Например, без таких как ветер, метель, вьюга и прочие явления в том же духе. Пролетая над некоторыми местами Эст сощуривал глаза от блеска снега, который зачастую легко слепил однотонным ярким цветом.
На земле уже стала видна, быстро движущаяся, тень дракона. "Вихрик" держался у хвоста, точнее Эст держал его у хвоста, чтобы в случае чего схватить предметы цепкой кисточкой гибкого хвоста.
Первыми земли коснулись передние лапы, которые быстро переставлялись с одной на другую. Затем — задние лапы, которые в тот же момент не останавливаясь и не подводя своего хозяина ринулись в такт с передними. Крылья были всё ещё раскрыты и, даже периодически взмахивали, пытаясь подогнать дракона вперёд. Оказавшись в пяти, шести прыжках от земляного мага Эст сбавил темп, попутно складывая крылья и направляя "вихрик" от хвоста к морде, даже перед ней.
Дойдя до Аверенса, электрический остановился и не смотря на мага принялся восстанавливать дыхание. Спустя пару минут, дракон глубоко вдохнул и перевёл взгляд на Аверенса.
— Простите. Кхм, кхм... Так вот, — Эст развеял "вихрик" и на снег упали несколько вещей, носящие название "поцелуй".
— От одного дракона я узнал, что множество вещей носит наименование "поцелуй". Поэтому я принёс сразу несколько вещей, в случае провала одной из них. — Отведя взгляд в сторону, а потом снова на Аверенса, электрический продолжил:
— И я понимаю, что из этих вещей ничто может не подойти... — Тихо произнёс одиночка, смотря в глаза земляного.

0

14

Маг Земли и таинственный отшельник никуда не делся с того места, где остался ждать Азаниэста. Откровенно говоря, он не совсем ждал. Просто останавливался, размещаясь в определённом месте. И проводил там некоторое время. Занимался своими делами, что-то изучал, сочинял истории, узнавал новые и новые вещи о мире вокруг. А потом собирал свои немногочисленные вещи, раскиданные по мешочкам на поясе, и отправлялся дальше.
Но если кто-то брал задание - Аверенс старался дождаться. Не исключено, что обстоятельства могли вынудить его уйти.
Самец заприметил электрического ещё в воздухе. Прикрыв глаза, он ненадолго задумался, пока дракон спускался. Выглядел земляной так, будто уже всё наперёд знал. Но по выражению на его морде нельзя было понять, думает ли он о чём-то хорошем или плохом.
- Простите. Кхм, кхм... Так вот, - Аверенс чуть изогнул бровь, дожидаясь пока одиночка продолжит. На снег упало несколько предметов. Отшельник с деловым и серьёзным видом принялся рассматривать их, время от времени переворачивая какие-то кончиком когтя. Он молчал и ничего не говорил. А когда наконец-таки подал голос, звучал он тихо, размеренно и спокойно.
- Я вижу. Ты хорошо подготовился. Конечно, я не запрещал приносить несколько предметов в случае, если один их них не подойдёт, - дракон снова замолчал. Он вгляделся в одну из безделушек и на время - где-то на минуту - погрузился в свои мысли, забыв продолжить говорить. Но после опомнился, не подав виду, что вообще потерялся где-то в своих размышлениях.
- Это довольно не глупо, - рассматривая последний предмет и закончив с ним, Аверенс выпрямился.
- Одна лишь беда - ни один из этих предметов или других, которые ты хотел и мог принести, не являются тем поцелуем, который нужно вернуть.

[NIC]Аверенс[/NIC][STA]Мы станем другими - и нас не узнают[/STA][AVA]http://savepic.su/6751815.png[/AVA]

Отредактировано Мастер (28 Июл 2016 12:42:37)

0

15

5 день Вьюжного месяца
Раннее утро

  Красота - вот, чего всегда недоставало Огненным Землям.
  Безусловно, в переливах расплавленной магмы, струящейся меж узорчатых трещин на склонах Шагриара, в подземных лавовых реках и красных кристаллах над ними, в тёплых гейзерах и изощрённых мозаиках из глины присутствовал свой, особенный шарм. Эстетика пляшущего жара в его разрушительной ипостаси. Но порой так не хватало чего-нибудь... тёплого. Не выжженного, а щадящего, мягкого. Кроткого, если угодно. Да, в чертах Скиры робости не было и в помине, но окружающее умиротворение, огонь, дарующий жизнь, невольно заставлял поутихнуть и пламя его непокорного сердца.
  Поэтому, пользуясь отсутствием какой-либо важной работы, дракон решил выделить пару дней для посещения одного из самых, на его взгляд, красивых мест в Империи - Ладони Шеата. Сегодня здесь царила тишина; только гул прохладного ветра, голоса гор, шепчущих что-то на древнем языке Саяри, да редкие шумы откуда-то со стороны горизонта. Шагри медленно, величаво выплывало из-под заснеженных камней - с каждым мгновением его свет становился ярче, лучи ласкали блестящий россыпью алмазов снег, прогоняя с небес остатки темноты, которая именно в этот момент боязно сжималась под гнетом рассветного огня.
  Отблески зари плясали на гребне Скиры, отталкивались от его багряной чешуи и падали вниз, в бескрайний обрыв, где свистел непокорный ветер. Дракон сидел на самом краю; крылья аккуратно сложены, сцеплены когтями на груди, напоминая большой красный плащ, укрывающий плечи. Внимательный взгляд направлен к горизонту - затаив дыхание, дель Вара восторженно наблюдал, как занимается новое ясное утро. Сколько бы войн не устраивала Темнейшая, сколько бы бед не сваливалось на головы имперцев, как бы ни страдала истерзанная самолюбием драконов Саяри, жизнь на ней возрождалась вновь и вновь. С каждым днём, лучом рассвета, распустившимся цветком и пробудившимся от спячки зверем.
  И это вселяло надежду. Заставляло душу ликовать, отринув на время все сомнения, все беды и печали, неизменно откладывающиеся в морщинах под глазами. То, что вытворял обычно Скира, повинуясь приказу свыше, уже не казалось таким отвратительным - ведь являлось частью... как там поговаривали Светлые? Круга Жизни? Хорошо, если так. Хорошо, если этот самый Круг никогда не оборвётся. Если всё останется, как есть, дополняясь, а не заменяясь чем-то новым.
  Дель Вара ещё долго мог бы сидеть недвижно, уподобившись величавой статуе. Однако... что-то приближалось. Вернее, кто-то. Дракон? Неосторожный зверь? Огненный чуть повернул голову вбок, всматриваясь себе за спину периферическим зрением.

0

16

5 день Вьюжного месяца
Раннее утро

За час до рассвета, Солнечный вылетел из своей пещеры в поисках чего-то интересного на стайных землях. Даже еще будучи не совсем здоровым он редко когда сидел на месте и постоянно ходил, а в последствии и летал над землями стаи. Полет над красивейшими долинами и горами Воздушной стаи все так же доставляют море эстетического удовольствия Фирафиру, но природное любопытство дракона требовало чего-то нового, а свой новый дом он изучил вдоль и поперек. Не обязательно, чтоб это "что-то новое" было вовсе незнакомо Фиру, хватит и места которое он давно не посещал. Как, например, Ладонь Шеата. - Ладонь Шеата… Я слышал, что там есть небольшая сеть пещер… – Так что, немного покружив над землями стаи, Солнечный решил слетать, да посмотреть, что изменилось за последнее время там.
Дракон летел не спеша, оглядывая заснеженные окрестности, пока не начался рассвет. Ощутив на своей шерсти ласковые лучи Шагри Фирафир довольно щурил глаза, наслаждаясь долгожданным светом. Свет звезды согревал его изнутри и наполнял сонного Духа новыми силами и энергией, так что еще несколько минут Фирафир бесцельно кружил в воздухе, подставляясь под лучи света.
- За-а-амечательно… - Громко урча и чуть не светясь от удовольствия, Солнечный спикировал вниз, в близлежащий сугроб. Он собирался затормозить и проскользить по снегу до него, но немного не рассчитал и поскользнулся на льду и после чего кубарем покатился по земле, поднимая своей тушкой тучу снега вверх. К счастью, сугроб оказался большой, достаточно большой, чтоб остановить дракона и обеспечить ему относительно мягкую посадку. – Ох, похоже, опять голову ушиб… в который раз! – Дух громко рассмеялся, все еще не замечая второго дракона. А он то, скорее всего, уже давно его увидел.

+1

17

Присутствие постороннего Скира заметил сразу же, стоило чересчур крупной даже для самых рослых драконов Огня фигуре показаться из-за окрестных скал. Хрупкое спокойствие утра было нарушено. Мышцы инстинктивно напряглись, перекатываясь под шкурой, мощные брови практически сошлись на переносице, а пасть чуть приоткрылась, являя бликам лучей Шагри белёсые, острые клыки. Взгляд карих глаз упёрся в золото шерсти незнакомца; из-за неё чужак сильно смахивал если не на чистокровного светлого, то хотя бы на солнечного полукровку. Алая грива, изящные пальцы-перья, длинный, гибкий хвост и огромные размеры несколько смутили Скиру, отчего берсерк предпочёл не вмешиваться пока в полёт незнакомца, а молчаливо наблюдать, косясь на него и медленно поворачивая голову.
  Меж тем ловкий летун, видимо, и вовсе не замечал случайного свидетеля своего утреннего танца. С пару минут он бесцельно кружил в воздухе над Ладонью, а затем спикировал с явным намерением приземлиться неподалёку. Однако зеркало льда такой расклад явно не устраивал: словно назло пушистый поскользнулся, с изящностью носорога совершил несколько кульбитов да в довершение с громким "пуф" впечатался в крупную снеговую насыпь.
  Скира изумлённо поднял брови, чуть отклонив шею назад и навострив уши. Поразительная беспечность! "Солнечный" дракон по-прежнему не обращал на Огненного собрата никакого внимания, полностью игнорировал его присутствие - и смеялся. Хохотал непростительно громко, но искренне, так заразительно весело, что дель Вара не удержался и растянул пасть в ухмылке, отдающей счастьем и каплей сарказма. На душе как-то потеплело; настолько, что, забыв про осторожность, Скира гулко крикнул:
- Ты там живой? - И тут же прикусил губу. Потому что - да, замечательно! - теперь положение дел изменится в мгновение ока: солнечный заметит его, испугается или разозлится, или ещё что... в любом случае, смех прервётся, сменившись напряжённостью. Наваждение, пахнувшее теплом в этот морозный день, неминуемо пройдёт.
  "Когда же ты, блин горелый, научишься держать язык за зубами?" - Сокрушённо укорил Скира сам себя, вновь хмурясь и поднимаясь с насиженного места.

+2

18

Фирафир не спешил подниматься на лапы. В принципе ему в этом сугробе очень даже удобно, да и можно попытаться сделать бабочку на снегу, или зарыться  в снег по уши и прорыть с десяток метров снежного туннеля. Если попробовать сделать что-то подобное в долине, то это черевато мелкими травмами лап, а тут огромное плато со снегом, где можно спокойно твориться. Да и в целом, духу хотелось просто порезвиться, пока его никто не видит, и нет никакой важной работы.
- Ты там живой? - - Солнечный навострил ушки и приподнял голову из сугроба так, что видно было только его уши, да глаза, а он мог видеть незнакомца. Похоже, его планам не было суждено сбыться изначально, ибо на плато был еще один незнакомый Солнечному Духу дракон, которого он, каким-то чудом не заметил сразу. Маловероятно то, что незнакомец относиться к Солнечному враждебно, иначе бы не интересовался здоровьем неуклюжего Духа.
- Да-а-а-а! Живой, целый!.. Почти...  - Последнее Фирафир добавил когда ощутил легкую боль в плече, но вряд ли это мог  услышать Скира. - Ладно, это просто ушиб, надеюсь, что единственный, - Будет очень нехорошо, если он добавит работы целителям сверх той, которые они и так имеют.
Сидеть в сугробе весь день Солнечный не собирался, да и следовало бы нормально поприветствовать незнакомого дракона. Возможно, еще и имя узнать, если тот действительно настроен дружелюбно. Ну, да еще не помешало бы пройтись, размяться и оценить свое состояние в целом. И обдумав «все» за и «против» Солнечный бочком вышел из сугроба на твердый камень. Отряхнулся от прилипшего снега и направился к Скире для знакомства.
- Что ты ищешь в этих землях? - Спросил Фир, когда подошел к дракону.

Отредактировано Фирафир (25 Сен 2016 21:40:42)

+2

19

Скира удивлённо изогнул бровь, когда из-за сугроба показались лишь блестящие сиреневые глаза да длинные уши незнакомца. Он что, придуривается? Должен же знать, что такая "маскировка" не прокатит как минимум по двум причинам: Огненный уже довольно давно засёк чужака в поле зрения, а желтушная окраска на снегу, мягко говоря, среди всего прочего выделяется своей неестественностью. Но этому чудаку было, по всей видимости, всё равно: он так и сидел, не двигаясь, будто играл со Скирой в прятки. Такое беспечное поведение на нейтральной территории несколько смутило дель Вару, отчего он неловко перемялся с ноги на ногу, не сводя с чужака внимательного взгляда.
  "Живой, значит..." - Огненный инстинктивно напряг мышцы, когда дракон, действительно оказавшийся на редкость крупным, неловко выкарабкался из сугроба. - "Ненадолго, если так наивно будешь приближаться к каждому встречному. Хотя, с твоими-то габаритами..." - Скира мельком рассмотрел чужака с лап до головы, уже на чистом автомате прикидывая, куда бить по этакому бугаю в случае его нападения. А вот насколько он силён с магической стороны... Дель Вара тряхнул головой, отступая на шаг назад. "Ора, ты бы слышал себя сейчас! Начинаешь мыслить точь-в-точь как Сиера..."
  Дракон саркастично фыркнул и чуть приподнял голову, чтобы иметь возможность смотреть непосредственно на морду желтушного гиганта. "Дух он, что ли? Смертные до таких размеров редко когда вымахивают."
- Тишину, брат мой. - Не удержался Скира, нарочито пафосным тоном отвечая на слишком уж официозный вопрос незнакомца. Снова едкий смешок с несколько нервными нотками; огненный напряжённо вонзил когти в лёд, и в глазах его мелькнул некий вызов. Привычная всем дерзость, редко показывающаяся при нахождении в строю, но получающая волю в неформальной обстановке. - Наблюдение с края обрыва за восходом Шагри успокаивает мои шальные нервы. - Дракон на мгновение покосился в сторону, указывая на место, где сидел пару минут назад. - Ну а ты? Что привело тебя на Ладонь Шеата... друг? - Скира вновь напрягся; последнее слово прозвучало явственным вопросом - дракон желал узнать, насколько агрессивно настроен нежданный гость.

+2

20

- Наблюдение с края обрыва за восходом Шагри успокаивает мои шальные нервы - - О, если бы ты знал, как мне это приятно слышать... - Приятно знать, что среди членов ТА есть и те, кого любимое Духом солнышко действует успокаивающе и вообще способно вызывать положительные эмоции. Фирафир приветливо улыбнулся незнакомому дракону краями губ и перевел свой взгляд на Шагри ничего ему, не ответив. В отличие от Скиры он все еще прибывал в расслабленном, полусонном состоянии и даже ободряющая посадка в снег не смогла вывести его из этого состояния.
- Прощу меня простить меня за поднятый шум, я не хотел вас тревожить. - Сейчас голос Солнечного звучал заметно тише, чем минутой назад. Он чувствовал за собой вину за испорченный отдых и учел данный ему непрозрачный намек от пока еще незнакомого дракона. Хотя, кое-что он о нем уже знает. Прожив солидное время, бок о бок с огненными Фирафир хорошо их изучил. Он, конечно, мог и ошибаться, но сейчас он более чем уверен, что перед ним воин огненной стаи. Об этом говорит не только весь внешний вид самца, но и его поведение. Хотя, этот воин какой-то мирный для огненного воителя. Это вызывает интерес у Духа и желание узнать этого дракона лучше. Специально провоцировать его он, конечно, не будет, но в процессе общения и так все станет ясно.
- Меня зовут Фирафир. Можно просто - Фир. Ну, а сюда меня привела ностальгия по старым временам, ну и еще снеговика захотелось вылепить. Причем, знаешь так, внезапно появилось это жгучее желание и  я, полностью отдавшись ему, даже собрал кучу снега своей неуклюжей тушкой при приземлении, - - Дух, все еще добродушно улыбаясь, попытался пошутить, чтоб разрядить обстановку.

+1

21

На первый взгляд дракон казался весьма дружелюбным и приветливым. В такт словам Скиры он растянул губы в тёплой улыбке, заставив Огненного чуть сильнее отклонить голову назад, чуть больше нахмуриться, дёрнуть ушами и на мгновение раздуть ноздри. Со стороны дель Вара сейчас больше напоминал грозовую тучу, которая вроде бы вот-вот рванёт разрядами, а вроде бы и рассеется через мгновение, став серовато-белёсым облаком. Ничего не поделаешь; стайная выучка не позволяла доверять незнакомцам. Особенно, если они на несколько голов выше тебя. Крупнее. Сильнее. Наверняка как в физическом, так и в магическом плане.
  Однако... Что-то в этом драконе подкупало. Нарочитая доброта ли, по-детски дурашливое веселье, некая рассеянность... безалаберность? С таким-то ростом немудрено пребывать в расслабленном и самоуверенном состоянии, но не было похоже, будто чужак излишне горд собой и лишь поэтому "играется" со Скирой. Просто разговор. Спокойный, мирный, даже какой-то... душевный, что ли? Давно дель Вара с таким не сталкивался. Тем более от морд, не принадлежащих к Огненной стае.
  Имя дракона многое поставило на места. Фирафир. "Ну конечно," - берсерк недоверчиво склонил голову вбок, - "Дух Шагри. Слышал, он когда-то обретался на наших землях, а потом... ушёл. Теперь ясно, почему он так велик и так... добродушен." - Скиррайн на мгновение покосился на светящийся диск, успевший почти полностью вылезти из-за горизонта, после чего вернул взгляд морде солнечного. В карих глазах уже не теплилась та громадная прорва недоверия, возникшая с самого начала, но полностью расслабляться дель Вара не спешил. Кто знает, что на уме у этого Духа?
  Хотя откровения Фира по-прежнему вводили Огненного в ступор. Как-то всё настолько мягко и радостно, что даже подозрительно.
- Скиррайн дель Вара, воин Тринадцатой Контуберии, первой Центурии первой Когорты, боец Легиона Огня. - Без особого задора, но по-солдатски вычурно представился дракон. Вскинув голову, он с недоумением уставился прямо в глаза солнечного, ничуть не стесняясь прямого взгляда. - Вылепить... снеговика? Погоди секунду. - Дель Вара тряхнул головой, словно пытался привести мысли в порядок. Не удалось. - Ты прилетел на Ладонь Шеата, чуть ли не на самую границу с территориями стаи Огня, упустив при этом из виду совершенно незнакомого тебе дракона, не зная, друг он или враг, ещё и шлёпнулся в сугроб, рискуя переломать себе крылья с лапами и потерять дееспособность - и всё это ради того, чтобы... вылепить снеговика? Ты... ты серьёзно? - Скира сделал неуверенный шаг назад, склонив голову вбок и глядя на Фира, как на умалишённого; правда, кроме удивления в карих глазах блестел и немалый интерес, и отголоски иронии, и даже слабо выраженная игривость, но всё это отступило под давлением немалой порции подозрительности.
  "Ну ведь не может же всё быть так просто, да?"

Отредактировано Скиррайн (10 Окт 2016 12:10:19)

+3

22

Фирафир никогда не жаловался на плохое зрение, но только сейчас, когда он подошел к незнакомцу на расстояние вытянутого хвоста, он мог разглядеть незнакомца полностью. Крепкий, поджарый и мускулистый самец, предположительно являющийся воином стаи огня. Хотя, почему предположительно? Солнечный не зная, кто перед ним готов был бы поспорить с кем угодно на свой хвост, что этот дракон воин, о чем говорили его шрамы, крепкое тело и его поведение.  - Хм, любопытный дракоша... Достаточно спокойный и мирный по отношению к чужаку, хоть я могу быть шпионом. Хотя, не удивлюсь, если он уже спланировал, как будет обороняться в случае, если мне вздумается напасть, - Дракон усмехнулся своим мыслям и сделал шаг назад для спокойствия Скиррайна.
- Очень приятно с тобой познакомится, Скиррайн дель Вара, - Фир был чрезмерно доволен тем, что угадал в своих мыслях о профессии уже чуть менее незнакомого дракона, а его хорошее настроение выражалось еще в более теплой улыбке и едва ощутимым исходящим от него теплом.  - Имя незнакомое и длинное. Надо будет попросить у него разрешение использовать какое-то сокращение или прозвище, но чуть-чуть позже.
Вылепить... снеговика? Погоди секунду. - Солнечный вопросительно изогнул бровь и наклонил на бок голову, глядя на Скиррайна с удивлением. Похоже, Фирафир только что порвал шаблон этому дракону, и от этого Солнечному стало дико весело, но героическими усилиями он подавил в себе желание расхохотаться во весь голос. Посмеяться от души ну очень хотелось, но вдруг он этим обидит воителя?
- Ну, порой, я бываю не очень логичным. Но ты поверь, я не так безумен, чтоб ломать себе крылья и лапы в путешествиях... Ну, хотя бы я это делаю не специально, - Выдавил из себя Фирафир и развел лапами в стороны. - Кстати, ты мне напомнил моего старого друга. Он точно так же смотрел на меня в подобные моменты, но чаще всего вправлял ему кости - я. Он умудрялся находить на свою чешуйчатую задницу приключений больше, чем мог осилить, - Теперь, когда он справился со своими эмоциями он снова улыбался и с плохо скрываемым интересом ожидал, что ему ответит Скиррайн.

+2

23

Первый раз среди взрослых драконов Скира встречал такого индивидуума. Плевать, что здоровый, сильный, наверняка могущественный в плане магии, раз уж Дух. Всё это неважно, когда теряешь бдительность. В Империи идёт незримая война; отношения меж стаями трещат по швам, вот-вот лопнут в самый неподходящий момент, на Саяри происходит Бездна знает что. Плюс к тому чумные крылья Мора - уж он-то точно должен вселять в Фирафира хоть толику осторожности. Хотя, в принципе, опасность болезни можно отбросить, ведь учёные почти нашли выход... Всё равно. Нельзя быть настолько наивным, словно птенец, едва вылупившийся из яйца! А как же ответственность? Как же долг? Но нет, этот... Дух просто взял и прилетел на Ладонь Шеата снеговиков лепить.
  Чудесный расклад.
  Скира хмыкнул и растерянно покачал головой.
- Старый друг, говоришь... Ты ведь Дух Шагри, верно? - Дракон скептически приподнял одну бровь. - Насколько я знаю, Огонь ты предал. - Прозвучало излишне сурово, как ультиматум; да и в морде Скира резко изменился - словно похолодел, превращаясь в бесчувственную статую с ходящими от напряжения желваками под скулами. Сама мысль о том, чтобы оставить родной дом, вызывала отвращение. Да, Огонь не идеален. Да, жесток, суров, разрушителен под эгидой Фламментайна. Но... Бездна дери... Шаткий мир держится на дисциплине. Если каждый начнёт творить всё, что захочет, Саяри погрузится в настоящий Хаос. - И с кем же я тогда сейчас говорю? С псом Света? Откуда мне знать, что ты не заслан Эльсирином, м? И теперь умело втираешься в доверие? - На самом деле дель Вара так не думал. Имелась мыслишка на границе сознания, но... Не был похож этот желтушный на вражеского агента. Не был - и всё. Впрочем, Скира как раз-таки бдительности не терял, чего не скажешь о наивном Духе. И каким бы приятным, тёплым и лучезарным ни казался их разговор под сенью восходящего Шагри, отметать предположение о тщательной спланированности всего этого - глупо. Особенно в подобное время.
  Скира обречённо вздохнул. "Будь проклята война за то, что сеет меж драконами семена раздора, недоверия и пустой ненависти." Сжал губы, отвёл глаза на пару секунд, наблюдая, как лучи выталкивают алмазный блеск из-под синеватого снега, после чего вновь воззрился на Фира.
- И что же стало с твоим другом?

+2

24

- Огонь ты предал, - Брови Духа Солнца медленно поползли вверх от удивления и неожиданного упрека со стороны этого смертного дракона. Затем, через пару мгновений, удивление сошло на нет, как и лучезарная улыбка, как и волны тепла которые излучал Дух. Скире могло даже показаться, что температура воздуха упала на десяток градусов, но это было всего лишь из-за того, что его больше не грела аура Духа, воздух каким был таким и остался. На мгновение Солнечный помрачнел, но вскоре черты его морды смягчились, и он выглядел совершенно спокойным. В принципе, он всегда умел быстро успокаиваться, если его огненная природа давала о себе знать. Но это бывает так редко, что он порой забывает о своем внутреннем огне. - Забавно, почему же это меня задело?
Немного промолчав, дракон скрестил на груди лапы и оценивающе посмотрел на Скиррайна. Может быть, это обычный огненный и никакой не уникум среди них, как ему показалось ранее? Пусть пока этот вопрос останется без ответа, а сейчас Фирафир хочет высказаться.
- Я никогда не состоял в стае огня и не стремился к этому. В то время, более спокойное, одиночкам можно было находится на землях стаи, и я проживал на окраине ваших земель на законных основаниях. Я не брал вашей добычи, но охотно делился с нуждающимися своей, а так же помогал чем мог безвозмездно. Потом мне запретили появляться на землях вашей стаи и моего дома не стало. Не то, что бы я у вас постоянно проживал, но у меня была свой угол, куда я всегда возвращался после длительного путешествия. Я не сержусь на вас за это решение, хоть и обидно, но все по правилам и законам раздробленного драконьего народа, который ничуть не изменился спустя стольких междоусобных войн... А мне, как и ранее, придется иметь дело с последствиями войн - Фир неопределенно махнул лапой и тяжело вздохнул, вспоминая уничтоженный Темнейшей Элтен и все ужасы, которые происходили после. Тишину некогда прекрасного и полного жизни озера разрывал плач живых.
- Друга, скорее всего, я не уберег, давно о нем ничего не слышал и не получал никаких весточек от него. Ну, а что до Эльсирина, то тебе придется поверить псу света, что он прилетел сюда только затем, чтоб слепить снеговика неподалеку от места, где был сотворен из стихий, да и может немного пообщаться с кем-то, – На морде Духа появилась грустная усмешка. Он сейчас хоть и косвенно, но подтвердил опасение Скиррайна. С недавних пор Фирафир состоит в СА, если это не известно всем стаям уже сейчас, то вскоре шпионы уже добудут эту информацию. Фир-то особо и не скрывается, да и с его габаритами это достаточно тяжело. Вряд ли его оправдает хотя бы то, что он как и прежде занимается только исследованиями и лечением раненых. Как и прежде, он поможет любому обратившемуся к нему дракону, даже если он парой минут ранее хотел смерти Духа.
- Уф, ну, я вроде выговорился. Извини, что загрузил твою голову возможно лишней для тебя информацией, но действительно, спасибо тебе, мне даже как-то легче стало, - Дракон почесал голову и опустился на землю на все четыре лапы улыбаясь как и тремя минутами ранее. – Кстати, если ты меня не собираешься убивать тут на месте, то может ты присоединишься ко мне, м? Творческая работа меня всегда отвлекала от проблем и помогала расслабится. Если не умеешь лепить, то ничего страшного, научишься по ходу дела, да и я помогу, - Перед Скиррайном вновь стоял жизнерадостный Дух и только грустный взгляд напоминал о недавнем разговоре.

Отредактировано Фирафир (20 Окт 2016 17:21:42)

+2

25

На пару десятков секунд словно грубая туча с привкусом свинца загородила собой Шагри. Туча, сотканная из Скиррайновых слов. Сперва она пробежала по глазам дракона, щедро окатив дель Вару удивлением, затем перекинулась на губы, напрочь стирая лучезарную улыбку. Несколько мгновений Дух стоял мрачный, как при Затмении, после чего вновь изменился в морде, коя приобрела равнодушно-спокойное выражение. От этого всего Скира поёжился; не внешне, естественно, внутри - ничто не могло сломить его упрямый взгляд и вызывающе гордую стойку. Стало как-то тоскливо без света, что излучал ранее Фир. На место его тепла и усмирённого огня пришло холодное зимнее светило.
  И оценивающий взор, брошенный на дель Вару, не остался незамеченным. Таким часто награждали бравые коммандос, что осматривали войска на предмет готовности; молодые драконицы, ищущие себе достойную пару; или же надменные старики, выбирающие пассию помоложе для своих грязных любовных утех. Скиррайн выдержал этот взгляд, как и подобает идеально вымуштрованному воину. С некоторой тяжестью на душе он опустил глаза лишь тогда, когда пытка осуждением наконец завершилась.
  "Зря я так с ним." - Признавать свою ошибку было невыносимо. Как он вообще может, не ведая всего, упрекать Духа за проступок, которого тот не совершал? Слепо доверять слухам, что, словно ядовитые змеи, десятки веков ползут по стае? Примерять свои принципы на других? Тем более если они наверняка неверны, ибо доставляют лишь боль - день за днём, месяц за месяцем.
  Огненный тихо выдохнул, переводя на Фира смягчившийся и потускневший от досады взгляд. 
- Извини, я... я не знал. - Пробурчал Скира. По ходящим на скулах желвакам, по потупленному взору и прижатым ушам видно было, скольких усилий стоило дракону попросить прощения. Пусть и Духа за несправедливо нанесённое оскорбление. Всё-таки гордыня, присущая любому порождению Пламени, ярко полыхала и в сердце дель Вары.
  Дракон сделал ещё один шаг назад и повернулся к Фирафиру полубоком. Предложение присоединиться к лепке снеговика... мягко говоря, застало Скиру врасплох. Снова. "Какой странный и чудаковатый Дух." - Огненный приоткрыл рот, задумчиво выпуская пар сквозь сомкнутые зубы.
- Но ведь... Я же воин, а не птенец. - В интонации явственно скользило уязвлённое самолюбие. - Я не леплю снеговиков. Совсем. - Дракон довольно резко отвернул голову и побрёл прочь. - Прости, что помешал. - Бросил он через плечо напоследок. "Солдафон ты," - угрюмо подумалось Скиррайну, - "Кремня кусок. Накапал дёгтя на ясную шкуру этого желтушного - браво, Скира, высший пилотаж! Не забудь отметить достижение в своём сопливом девчачьем дневничке." - Дель Вара угрюмо хмыкнул, уставившись вперёд. Лапы сами будто вросли в землю, стоило ему отойти на некоторое расстояние от Духа.
  Почти со скрипом в затёкшей шее Огненный оглянулся. "В самом деле? Пораскинь хорошенько мозгами: что ты теряешь? Прекрасное время для отдыха, чудное место, добродушный собеседник... Бездна. Когда я вообще в последний раз отдыхал?" - Скира тяжело вздохнул. Ну не станет же он... Есть, правда, альтернатива. Не шибко какая, но всё-таки...
  Через несколько секунд в затылок Фирафиру прилетел внушительный ком снега.
- Я не леплю снеговиков, - громко повторил дель Вара, ухмыляясь, - но снежки - это вроде как самое то для солдата!

+3

26

Несмотря на то, что Фирафир все так же улыбался, глядя на воителя, он прибывал в глубокой задумчивости. Ему не давало покоя его же реакция на слова Скиры. Почему слова рядового воина вывели его из душевного равновесия? От темных он слышал и более гадкие слова, испытывал на своей собственной шкуре их «любовь» к солнцу и ему самому, но оставался все таким же беззлобным и жизнерадостным? Скорее всего, он просто не хочет признаваться самому в себе, что он действительно кое-что мог предать. Присоединившись к светлым он предал свои мечты и надежды о лучшем драконьем обществе, которые утонули в реках крови. – Раньше все казалось проще. Хотя, скорее всего, я был слишком наивным созданием света и огня… Так, хватит,  - Приободрившись Фир чуть распушил свою шерстку. Только нахватало раскисать перед представителем огня, с которым можно установить если и не дружеские отношения, то хотя бы приятельские…
- Я тоже вспылил, так что и ты прости меня. Я мог спокойнее тебе рассказать о всем, просто ты напомнил мне о моих ошибках, которые, порой тяжело признавать… На тебя я не держу зла и не собирался обижаться, - На поникшего воителя было невыносимо смотреть. Было видно, что его пожирало чувство вины изнутри, хоть он и старался держаться все это время. Фирафиру хотелось если уж не обнять, то хотя бы дружески похлопать по плечу и приободрить, но как только Солнечный захотел сделать шаг вперед, огненный уже отступил назад – Плохая идея… - Промелькнула мысль в голове дракона и тот, скрипнув зубами, остался стоять на месте.
Похоже плохая идея была предлагать Скире и лепить снеговиков. С чего это Фир решил, что огненному может понравиться лепить что-то из снега? Вот, сейчас воин уходит, и винить в его уходе можно только себя,– Ты вовсе не мешаешь… - Едва слышно выговорил дракон, совершенно не понимая как ему лучше сейчас поступить.
- Тьма меня дери… что же делать, – Солнечный потер задумчиво голову уставившись в снег под лапами. Слишком хорошо началось утро, чтоб дать так всему закончится, но подходящая идея в голову никак не приходила.
БУМ! Похоже, затылок Духа имеет магическую способность притягивать к себе увесистые предметы и комок снега не стал исключением. Однако, в отличие от камня это было совершенно не больно, хотя дракон все же ощупал свою голову, после чего стряхнул с себя остатки снега.
- О как... – Хитро прищурившись, Солнечный поднял взгляд на дракона и завилял хвостом. В снежки он давно не играл, да и не особо был хорош в этом деле. Комья снега чаще всего летели выше, чем надо или наоборот, ниже, чем это было необходимо. Хотя, иногда удавалось попасть в цель, но чаще всего это была случайность. Тем не менее, он не был против активной игры.
В отместку за снежок, Фир, естественно, запустил в Скиру в ответ увесистый комок снега, который рассыпался на лету, но это было сделано нарочно ибо Дух понеся в атаку на огненного, желая сократить дистанцию для следующего броска, а увернутся он всегда успеет.

+1

27

23 морозного месяца. День.
Зидвин сидел в самой середине плато, названного Ладонью Шеата. И точно он знал, что это именно середина. Не славилось плато идеально ровной формой, но абсолютно неправильной не было. И потому середина в нем была. Дух нашел ее. И сидел, удовлетворяя свою тягу  к идеальному.  Идеальная середина в неидеальной форме. Точный расчет, позволивший достичь этого. Никаких вымыслов. Только наука.
  Но зачем же сидел Дух в самом центре ладони Шеата? НЕ только ведь затем, что бахваляться умом своим безошибочным. Но затем, что философия не чужда Духу.  Через центр проходит много энергии, на то он и центр. Такова теория философская, но Зидвин склонен ей верить. ДА и не зря плато это в названии своем содержит слово «ладонь». Ведь самая мощная магия из середины ладоней драконьих выходит. Или же из глубины души, средоточения энергии духовной. Из центра. Только если внутри царит равновесие и покой, только тогда складное заклинание и выходит. Только если умение собирать энергию внутри есть, тогда  и направить его проще.
  Кучка разрозненных мыслей, что отголосками его мнения были, вились в его голове. Центр. Середина. Внутренний покой. А в нутрии — стержень, что сломаться не дает. Где он здесь? Где в Ладони Шеата та сила, что потоки Силы магической не дает распасться?
  Дух Металла сидел неподвижно и думал. Похож он был на статую, выражающую уверенность и внутреннюю силу.  Дух пытался понять, ход своих разрозненных мыслей, собрать воедино картину. И хорошо он был заметен среди белых снегов, в то время, как внутри в нем не было порядка.
  Чего же ты ищешь, Дух? Дух не знает. Рожден он без видимой цели, и путь его лишь поиск. И потому сидит он здесь, в центре Ладони Шеата и  направляет свой внутренний взор на ту Силу, что в этом месте течет, разбивая мысли в хаотичный ряд.
  Зидвин серьезен. Но так ли важно быть серьезным всегда? Чует Дух, что и в веселье и беззаботности есть сила, но увы, не так он скроен, не достичь ему этих черт.  Пусть кто-то и смог.
   Но нарушен покой. Приближается кто-то,  и ответа ему уже не достичь. Впрочем, может ответом это и было. Неподвижен Дух был, слегка заметенный снегом, но уже ждал.

+1

28

23 день Морозного месяца. День.
Пень. Лень.

- Нет, ну вы только на него посмотрите! Чёрт побери, надо же так! - тишину, поглотившую это место, в центре которого восседал величественный Дух Металла, вдруг нарушил звонкий голос. Откуда взялся говоривший, как он появился… это было совершенно не ясно. Его как будто усадила позади Зидвина зимняя пурга. Или он неожиданно вылез из под земли. Или материализовался из воздуха. Что-то такое, возможно, было упущено. Железный глыб не просто так почувствовал, что кто-то здесь есть или кто-то грядёт, оспаривать это мы не станем, но обнаружился новопришедший только сейчас — с самых первых своих слов, когда уже не надо скрываться, когда надо во всей красе себя показать.
- Задержался всего на самое ничего, буквально даже не задерживался понимаете ли, явился, а тут вот оно что! - маленький, особенно в сравнении с Духом Металла, пустынный дракончик сидел позади него, полурасправив крылья, которые, в противовес щуплом тельцу, выглядели очень мощными. Лапки же пустынного были худощавы и обвешаны какими-то висюльками, лентами, бусинками, на шее тоже висели разные цветастые штуки типа сухофруктов, зубов, ореховых скорлупок, камешков, ракушек и перьев. Перья в особенно густом количестве были впутаны в лохматую гриву, где также встречались ветки и листья, что создавали некое лесное впечатление, будто они там сами по себе растут, а не являются мусором, застрявшим в волосах.
Полный разочарования, дракончик замахал передними лапами раскрытыми ладонями вверх, глядите, народ честной! Народа, правда, не было и глядеть было некому, но энтузиазма своего негодования Шакал не терял.
- Пришёл, значит, большой такой, и уселся, видите ли, прямо в центр Шеата! Прямо в, мать его, центр! И даже не поинтересовался, не подумал, вдруг кто в этот центр уже собирается, али кто раньше в него сел, а тут немного не успел, но если хвост оторвал, так сразу место потерял что ли? Я тут, может, уже всё подготовил, вчера ещё! Или когда то было, не важно! А он сел в центр. И потоки мои ловит! Ну и что, что не написано на них, что они мои, на потоках, знаешь ли, не написать! Ох, ни стыда, ни совести у драконов! Что стар, что млад, а всё одно! И ведь я даже там ветку закопал! Но кого учат обращать внимание на мелочи! Жизнь летит мимо и никто ничего не замечает!

Отредактировано Табаки (31 Май 2017 14:17:17)

+3

29

Голос возник неожиданно, и сразу — раздраженный, недовольный. Дух не испугался неожиданной близости. Ни единый мускул не шелохнулся. Чувствовал он приближение, да недоглядел, погруженный в думы свои. Его просчет, признает он это. Так и враг незамеченный подкрасться может.
  Со следующей фразой приходит прикрытая раздражением обида. Но нет в том вины Стального. Опоздал — так воздалось тебе. Потому Зидвин не опаздывает.  Только непредвиденный случай заставит размеренный шаг замедлиться или остановиться. Дух не оборачивается на голос, не пытается разглядеть его обладателя. Уверен — не нападет. Хотел бы, не стал открываться. А так… Его гордая фигура сама говорит, что заслужить надо внимание Духа Металлов. Не оборачивается он на каждое слово, брошенное сзади. Только бесчестные говорят за спиной. Но Зидвин не судит. Пока еще нет оснований. Он ждет, что будет дальше, как истинный наблюдатель.
  Следующая фраза раскладывается по словам, а пришедший не замолкает, давая пищу для ума. Говорит про центр, значит, умеет его находить. Или же знает. Похвально. Расскажи о себе еще, даже не мыслью, более глубоким чувством просит Дух.
  И ответ  льется словом недовольным из новопришедшего.  Дух вины не чувствует. Не зря пословица гласит: кто первый встал,  того и когтеточка. Не уважает обладатель голоса звонкого очередность, нетерпелив.
  Расстраивается Дух от неправды. Нечастый он гость в этом месте, да чужие старания бы заприметил, чай помнит, каким было сие место со времен его последнего присутствия. Не заприметил он следов свежих, иначе б не единожды бы подумал, прежде, чем медитировать сесть. Хитрит сей дракон, место желая выбить, алчность свою проявляя. Но нет пока причины, что б Дух ему уступил. Недвижим он, слушая витиеватую речь.
  Но на дюйм он поворачивает голову при слове «потоки». Значит, чувствует, значит, понимает. Да только алчность губит сие откровение. Пробился к правде, да не желает постичь Суть. Поток един для всех, ничей он, да каждому принадлежит одновременно. Не лишает Зидвин этого дракона Силы, да и не может. Не в его это власти. Как каждый может ступать по этим камням, так каждый поток уловить может, да впитать его в себя.  Зидвин — Дух, и по своей природе он чувствует это куда лучше смертного. Однако поучать не станет. Не раскроет  той частицы правды, что ему открылась.  Ибо невозможно против воли научить.   Нет смысла учить того, кто учиться не хочет.
  Дух не слеп, пусть и многое он не видел.  И ветвь бы заметил, оставленную в самом центре.  Но не было ее. Как и ее наличие не делает Шеат чей-то собственностью.  А он живет здесь слишком давно, что бы изменения видеть и помнить, как все было раньше. И потому  с последней фразой незнакомца Дух не согласен: подмечает он мелочи, иначе и не сидел бы здесь и сейчас.
  Кончается речь, но ответа не следует. Собеседник невольный не видит в Зидвине  того, с кем можно поговорить, он видит преграду, помеху. А имеет ли права помеха, вещь бездушная, вступать в разговор? Не камню спорить с пламенем земных недр.  Дракон неизвестный нетерпелив,  желая   Духа с места прогнать, да чужое себе присвоить. Точнее, ничейное.  Позволил себе Стальной мысль, предположив, что этот дракон еще и горделив. Или же зазнайка.
  Дух Металлов ждал. Либо того, что неизвестный успокоит свою обиду и негодование, да увидит в Духе того, с кем поговорить можно простым драконьим языком, или же… Посчитает Зидвина настоящим пнем,  совершенно бестолковым, да самолюбие свое утешит. Не он ведь виноват, а пень железный, в том, что отдых ему испорчен.  И не дурачку твердолобому спорить с этим умным просветителем.

+1

30

Дракон, который был таким большим, что несомненно являлся Духом во всех смыслах, игнорировал Шакала. И ладно, если бы просто игнорировал. Но Шакал, хоть, может, и не был экспертом в эмпатии и чтении мыслей, но как будто чувствовал, с каким настроением его игнорируют. Как будто мог услышать, что обо всём этом думает металлический. И это так возмутило шамана, что он едва ли не скрипнул зубами, полный досады.
Надо же так, день не задался: сначала насекомые невкусные попадаются, потом проливаешь на себя чай, обжигаешь пальцы огнём и уже думаешь, что надо отвлечься, расслабиться, прийти в себя и посидеть в себе спокойненько, не нервничая лишний раз по пустякам, да с кем не бывает, но вот ты уже так настроился, понимаешь, так себя запрограммировал на потоковый приём-передачу, а тебя даже тут обламывают! Причём таким образом, как будто говорят, что это ты, Табаки, дурачок на самом деле. На потоках не попишешь потому, что нельзя их присвоить — и пустынный знал это, но не всегда готов был с этим мириться. Его слова вообще далеко не всегда раскрывали истинные познания в устройстве мира, потому что всё знать и всем это показывать — тот ещё вред, проблем побольше от оного бывает. И прослыть неадекватным психом куда выгоднее, чем мудрецом - в этом была большая Шакалья мудрость, которой не было у других. А слишком возвышенные устои оставьте при себе, на практике они едва ли помогают, что при жизни, что при смерти.
Дракон поджал губы, стискивая зубы и буравя взглядом спину Духа. Ох, если бы Советник мог так просто передвигаться, он бы всё высказал этому товарищу в глаза. Прямо в его обрамлённые сталью или чем там у них глаза! Но ползти далеко. И глаза высоко.
Послышалось сопение. Это Табаки дул щёки и выдувал воздух через ноздри.
- Ну, погоди… - процедил он чертовски зловеще, прямо даже странно становится, действительно ли в таком существе может быть столько настоящей злобы по этому поводу?
- Я тебе покажу, я не фантазёр там какой-нибудь и не дурак, хотя ты и можешь так считать, но очень ошибёшься! Вот погоди только… сейчас… - и, по большей степени бурча себе это под нос с нескрываемой обидой, чем обращаясь прямо к Духу, Табаки заёрзал на месте. Он подался корпусом вперёд и, зарыв передние лапы в снег, зацепился когтями за каменистый покров Ладони. Так он подтянул своё тело ближе к тому месту, где сидел Дух и вместе с тем передвинулся вбок. Так что сбоку теперь сидел, а не прямо позади. Сделав ещё одно усилие, пустынный разгрёб своим телом снег, оставив след от протаскивания себя самого, и оказался под боком металлического. Почти вплотную.
- Думаешь, я пустослов, да? Сщ-щ-щ-щас, - дуя губы и проявляя выразительное усердие, пустынник начал копать. Прямо под Зидвина. Сначала разгребая снег, а потом уже и промёрзшую землю. Копать её было не просто, но Табаки не был бы Табаки, если бы не учёл это и просто так что-то закопал, не подумав о том, что это придётся выкапывать и кому-то показывать.
Снег и земля летели назад по обе стороны от Шакала, которому было, вестимо, глубоко плевать, как нелепо и странно это может выглядеть со стороны.
- Я тебе докажу.

+2

31

Дух ждал реакции. Терпелив он был, да только не всегда от терпения есть толк. Невольный собеседник  лишь злобу искреннюю показал, чем ввел Духа в непонимание. Недовольство сильное да обвинение весомое позади донеслись. Ни слова не сказал Стальной, но сделаны были выводы за спиной его. Задумался Дух крепче, ни единым мускулом не шевеля и краем уха сопение да ерзания слушая.  Упорен был неизвестный, упорен был и Зидвин. Сошлись они в этом — а стоило ли?
  Не так прост вопрос, каким показаться может. Не так то просто зверю рогатому и бодливому рога свои вперед не выставить, чужие увидев. Оказался меж тем, обладатель голоса, обиды полного, уже рядом с боком. Доказать он решил, да что доказать, то Зидвину было неведомо. Мыслей его правоту? Тяжело свою точку зрения не уступить, тяжело не принять другие правила игры, коль в них ты выглядишь не так, как хочешь. Дух не принял чужие, а чужак — его. Чья вот только вина.
  Разрывается снег, да терять стал Дух под ногами опору. Он, сын наполовину Земли, терять ее не любил.  Оказался Зидвин перед дилеммой: уйти, распри оставив да от ненавистного спора уйдя, иль же рога заточить, словом обидным в чужака тыча. Дух Металлов споры не любил. Особенно — бессмысленные, не несущие разрешения проблемы. Видел он, сейчас спор именно таков.  Многие странным звали Духа Металлов, да видать, не без оснований.
   Слышалось сбоку пыхтение, да упорство.  Не видел незнакомец в Зидвине ничего, кроме преграды. Глупой да непонятливой.  Печально выдохнул он. Ведь не многие видят Поток, не многие решаются его озвучить. Не любитель пустых разговоров, но здесь же беседа выйти могла на славу, меж двумя видящими то, за что вдруг решили… Повоевать. Высшая степень спора — война, когда слова помочь не смогли.
  Но нет. Зидвин — не воитель. Он кузнец. Дух. И самую малость мыслитель. Тверд он в своих убеждениях, да когда он кому-то навязывал их?  Виноват он был и сам. Не бывает спора без двух участников. 
  Металлический медленно повернул голову, взглядом глаз красных упираясь в копателя.  Небольшим драконом оказался незнакомец. Вида слегка растрепанного, да мелочей полного. Бусины, перышки тут да там, как ни посмотри, не заурядная личность.  Увечье телесное от глаз не укрылось: лапы задние безжизненно лежали, наверняка мешая. Но незнакомец упорен, не сдается, действует, словно здоровее он крепкого быка. Грешно не оценить, не подметить. Но Дух поднялся на лапы вовсе не из уважения к увечному, нет. Встал он на лапы, над драконом цвета песков нависнув,  уступая тому место, да в сторону отходя. Не держал он обиды за испорченное единение с потоками магии,  расстроен разве что был, что из материи высокой вылился низменный спор.
  Тяжелые шаги шести пар конечностей взрыли снег. И остановились,  медленно повернув носителя своего в сторону незнакомца. Для Духа он совсем небольшим казался. Впрочем, не в размерах только заключается сила. Потому как огромного Духа сдвинуть — это еще надо уметь. Он смотрел на пустынного и ждал, что за этим последует. Наблюдать за другими тоже бывает интересно.
  Ситуация же казалось со стороны смешной: наглый пустынный согнал Духа Младшего в несколько минут,  а тот, как немой, не сказал ни слова в защиту свою. Вот сказителям где простор для небылиц из разряда «все равно вам никто не поверит».
  Вновь со стороны Дух наблюдал, только лишь сожалея о разговоре несостоявшемся. Нелюдимость, все же, имеет свои минусы,  посему каждый разговор ценность приобретает. Бессловный, впрочем, тоже. Зидвин ждал, что же так яростно пустынный доказать хочет. Слегка голову опустив, задумчиво смотрел он на вырытую яму.
  Дух ждал ответа. И очень его надеялся получить. Ответ на то, что этот странный незнакомец хочет доказать такому же для него незнакомцу. «Расскажи», — гласил его вид, без притворства и напыщенной важности.

+1

32

Табаки рыл и рыл, что-то ещё, кажется, бурчал себе под нос, но разобрать было невозможно. Он, такой увлечённый своей целью, достичь которую нужно было непременно, даже если это будет стоить жизни или чего похуже, на время позабыл о Зидвине, не заметил, что тот сдвинулся с места и, кажется, не обратил бы на это внимания, даже если бы Дух Металла взял и ушёл, оставив Шакала одного. А Шакал поднял бы голову только тогда, когда смог бы исполнить начатое или когда бы стало ясно, что это невозможно.
Ямка росла, рыть было сложнее, но пустынный справлялся. Лапы подмёрзли. Задок тоже, но Табаки было не привыкать. Он был готов терпеть всякие лишения только для того, чтобы не прослыть голословным.
Хорошо! Может быть ему и было свойственно иногда привирать и преувеличивать, приукрашивать и добавлять к своим рассказам какие-то не совсем правдоподобные детали, но это всё ведь ради красоты, ради искусства! А они, как известно, требуют жертв. И Шакал шёл на эти жертвы, жертвовал своей честностью и чистотой душевной, только чтобы сделать этот мир лучше, да кто бы оценил, на что приходится идти, ох и ох!
Вот и сейчас — Дух Металла это понимал? Понимал ли? Табаки захотелось резко вскочить, ткнуться своим носом в нос металлического, схватит его за щёки, если бы только достать, и вопросить с праведным гневом в восклицании: «Ты понимаешь? Понимаешь?! ПОНИМАЕШЬ ЛИ ТЫ?!» Но нельзя было отвлекаться, нельзя прерываться!
Дракон пыхтел и уставал, но труды были не напрасны. Именно в тот момент, когда Зидвин наклонился ближе, словно желая посмотреть, как бы, это самое, прося рассказать, вот конкретно в эту секунду лапа Табаки резко выхватила из земли веточку и, беспощадно выдернув её на свет, пихнула Духу в морду. Благо, ни во что не воткнулась. Там… ни в глаз, ни в нос, просто очень близко оказалась.
- Вот! Вот-вот! - и правда ведь. Веточка. Закопана была.
- Я же говорил, вот она! Я не врал! - дракон произнёс это почти с мольбой в голосе, как будто упрашивал, уговаривал Духа обратить на это внимание и поверить. Да как же ты не поверишь, когда доказательства прямо перед тобой? Или что по-твоему? Ветки сами себя закапывают? Где вы такие ветки видели?!
- Ветка! Веточка! Веточенька, - заулюлюкал Табаки, но тут обнаружил, что предмет идентификации был переломан пополам. То ли это случилось, когда он его закапывал, то ли когда вытаскивал, но это всё в корне меняло. Обнаружив оное до жути обидное недоразумение, Табаки в ужасе округлил глаза и чуть челюсть не уронил. Из пасти вырвался сиплый выдох, а на морде отпечаталось глубокое потрясение, поразившее дракончика прямо в его слабенькое, но очень широкое сердце. Или широкую душу. Наверное, это всё же душа широкая, а сердце… большое там, чувственное.
- Да что же это такое… - выдавил севшим голосом Шакал, почти неслышно. Дрожащий взгляд, наполнившийся печалью, вперился в ветку. И пустынный, поджав губы, откинул её в сторону.
- Что же это за день сплошных неудач! Где мне так сильно повезло, что теперь вот так?! - насупившись, нахмурившись, он шмыгнул носом и скосил хищный взгляд на металлического. Что? Можешь быть доволен! Ветка сломана, всё не считается.

+2

33

Рыл пустынный, активно рыл, с небывалым рвением. Не замечал ничего, Даже, кажется Духа. Тот лишь  глаза сощурил свои, факту этому внимая. Убеждался лишь Стальной в упорстве дракончика, что чертой было хорошей. Хорошей, когда за верное дело идет, за правду, за то, что важно. Не мог Зидвин сказать, упорствовал ли пустынный за нечто важное, или же нет. И потому ждал. Ибо только искомый предмет вопросы рассеет. Тот, что искал пустынный.
  Дух смотрел на яму, расширяющуюся да углубляющуюся, и ждал. Терпение всегда вознаграждается. Дух Металла награду получил в виде палочки, чуть в морду ему не воткнувшуюся, да выкрик радостный. От движения резкого Металлический не дернулся, но плавно голову приподнял. Негоже, все же, незнакомым в морду тыкать, уважаемый. И пусть даже скорее палочка о чешую сломается, нежели на чешуе стального цвета останется царапина, не повод это. Однако сейчас мелочью это было.
  Ибо ответ он получил. Палочка значила как минимум то, что дракончик этот не врал. Закопал ее он тут, действительно.
— Не врал, — впервые подал голос Зидвин, подтверждая слова. Фактам он верил. Памятлив сей незнакомец, раз место сиё запомнил. Это значило и то, что раньше бывал он здесь. Бывал — и только. Не доказывает палочка, что жил он здесь. Зидвин все же жил.
  И даже место жительство не дает ему право собственности на место это. Как и палочка. Тут Зидвина переубедить не удалось. И Дух видел в ней лишь доказательство слов.  Дракон песчаный тоже пригорюнился, упал как будто духом. Дух, глядя на палочку, увидел, что сломана она. Да только и будь она целой — мнение не переменилось бы. А правдивость слов она подтвердила и так.
  Не разделял пустынный мнения его, и посему печалился, начав корень бед своих искать. Зидвин, увы, бессилен тут был. И не мог дать ответа. Мог лишь плечами пожать. Мысленно. На деле же не шелохнулся, вновь застыв. Да и день для него чередой неудач не был. Вполне он… Обычен. Дух Металлов молчал, потому как ответить не мог, а тратить слова попусту — не желал. И не умел. Красно говорить ведь тоже надо уметь.
  Одно было Стальному неясно.
— Стоила ли она того? — абсолютно безэмоционально  спросил Зидвин, сделав короткую паузу перед «того». Стоило ли мнение Зидвина того, что бы ради него так напрягаться физически? — подразумевал он.

0

34

Не врал… не врал. Вот именно, что не врал! Просто так врать, да ещё и о таком, Табаки не мог себе позволить. Что, скажете, по морде его этого не видно? На лбу не написано? Шакал украдкой подумал, что стоило бы, наверное, написать: так бы и окружающим было бы проще, и ему самому расписывать всё не надо по несколько раз и разъяснять. Но это вопрос отложенный, вторичный. Там потом и напишет может.
А день сегодня такой вообще. Вестимо, к высокому не располагает. Надо бы дома сидеть — в пещере — и носу не совать наружу, пока не улягутся бури энергетические, а ведь чувствовал Шаман по ветру сегодня, что нет в нём благосклонности, причём не обязательно личной, а вообще. Немудрено, если где-то страшные события творятся или же собираются сотвориться. Кто знает! Так ведь просто и не скажешь, везде что-то, да случается. А вот масштабы — они изменчивы и переменчивы. Табаки даже немного пожалел, что он здесь сейчас сидит, а не в событиях этих варится, которые его стороной обходят, но всё же чуть-чуть почувствовать себя дают — неоднозначно очень.
Пустынный посмотрел на Металлического. Он ведь тоже тут сидит и всё мимо проходит. Как и с Табаки. Они вдвоём в этой ситуации. Шакал покачал головой и посочувстовал Зидвину — без слов. Ох, мол, как же ты тоже это всё переживаешь, должно быть. Но сочувствию быстро конец пришёл с последовавшим от Металлического вопросом.
- Стоило ли оно того? Стоило ли оно того? В смы-ы-ы-сле? - дракончик вскинул брови медленно и с большим недоумением. Он пытался понять, почему ему этот вопрос задают. Дух шутит что ли? Или на полном серьёзе интересуется? И Табаки сейчас сомневался, то ли возмутиться, то ли объясниться. Выбрать было сложно. И в каком-то подвешенном состоянии пустынник начал своё разъяснение.
- А мы никогда не можем знать наверняка, стоят ли наши действия вложенных трудов. Даже если кажется, что это очень очевидно, что даже пню понятно, стоят они или нет — это всё не правда. Ты вот знаешь, что крылья бабочки могут вызвать ураган в совершенно другом конце мира, так, в теории, но это не просто теория, скажу я тебе, это чистейшая правда жизни, но это я не к тому говорю, как всё друг от друга зависит, а к тому, как оценить это сложно, можно ведь очень много чего сделать, а окажется, что оно не нужно было или не сделать почти ничего, но при этом оно очень сильное значение и вес будет иметь, вот и когда что угодно делаешь, так и не знаешь, будет ли оно в будущем такой же вес иметь, сколько ты вкладываешь во всё это сейчас. Ну да-да, соглашусь, пример с бабочкой и следственными связями здесь не самый лучший, но для конкретно этого случая, кажется, никто такого примера не придумал ещё, думаю, ничего, если я какой-нибудь сделаю и стану его автором. В конце концов, знаешь ли, можно всегда держать при себе свой собственный вес. То есть даже если для кого-то другого или хоть всего мира это не важно и ничего не стоит, то для меня стоит и для меня важно, а когда это так, то сразу себя от всего спасаешь, потому что против собственного чужое не попрёт, тут нельзя поспорить, мне ведь когда надо, что ты с этим сделаешь? А ничего, оно ведь мне надо, а не тебе, значит тут уже я решу, насколько надо. Здесь, естественно, нужно быть очень осторожным, ведь можно и в дебри окончательные загнаться из самообмана, но у меня-то с этим всё в порядке, иначе не мог бы я так оценить всё это и сказать об относительности и о безбабочковости всей этой. Если выводить выводами, то в общем масштабе стоимостей мы совершенно бессильны. И ты не сильнее меня так вот если смотреть. Но лично для себя я могу на это повлиять в некоторой степени. Так что за вопросы тогда? Надо уточнять, чтобы не изъясняться долго, о чём ты спрашиваешь: о мире в целом или обо мне? Я, впрочем, на два вопроса дал ответ, так что думаю, что хорошо ответил, - Табаки тараторил практически без остановки. Непонятно было, когда он успевает сделать вдох. Пауз не было. Всё сливалось в один текст, однако очень щедрый на интонации и прочие выразительности, помогавшие понять, что именно там несёт Шакал. Хотя бы чтобы в препинательных моментах не запутаться, если вы совсем в смысл не вслушиваетесь. Но если и не вслушиваетесь никак-никакушки, то и говорить с вами не о чем.

+3

35

Пустынного вопрос удивил, но оно и понятно. Ведь Дух не явные спрашивал вещи, очевидные и понятные, а то, что самому не ясно. Другой дракон не понял бы иное, наверняка. Но то был бы дракон другой, не Дух Металла. Реакция предсказуемой была, да вот только слов поток непредсказуем. Словно под водопад Зидвин встал, что бьет по телу всей мощью своей, по чешуе растекаясь да так и утекая, глубже не попав. Тараторил незнакомец, да быстро говорил, пауз не делая. Дух этого не любил. Не нравилось ему, когда слов лишних много, да толку с них мало. Пустынный так не считал, вестимо, и от того пришлось Стальному напрягаться, дабы в тарабарщине хоть слово разобрать.
  На середине речи сел он, поняв, что затянется сей диалог. К счастью своему, внимательным слушателем он был, и потому честно старался мысль уловить средь слов ненужных да лишних.  Задумается он привычно, слова ворочая да в тезис четкий, птенцу понятный, превращая в голове своей. Смотрел он словно бы в себя, но случайно лишь на дракона, украшенного пышно, глядя.  Вспыльчив пустынный, разговорчив, иначе не было б монолога длинного.  Да только чем быстрее говорит собеседник, тем больше Дух потом молчит. Не из вредности вовсе, не из обиды, а просто слова он в нужном порядке мысленно ставит, да убеждается, правильно ли стоят они. Оттого проще с Духом не спеша говорить, паузы так меньше кажутся.
  Сокращал Дух речь, выкидывал слова бесполезные, да вывел он мысль простую, голосом чужим сказанную: «Не могу наперед знать я важность действий своих. Где-то шаг мой ключевым оказался, где-то труд многих лет — бесполезен для мира вокруг.  Но сам для себя Я решаю, что стоит делать, не мир, и ценность определяю я сам». Именно так понял он речь пустынного. И стало ему ясно, что не понял тот вопроса конкретного,  вопросы отсекая последние, в конце монолога заданные. Но признал Дух: сам он недосказал, на мудрость другого положившись. Оттого ответ принял, пусть и не на тот вопрос. Интересовался лишь он, стоило ли палочку откапывать, да доказывать Стальному правдивость слов своих, в глазах чужих вырастая. Стоила ли палочка этого?
  Долгая вышла пауза, пока Дух неторопливо в голове пазл из слов в картину превращал. Кому-то вечностью целой показаться могла, а сам Дух — тугодумом  или недвижной статуей.   Но последовал ответ:
—  Ясно, — сухо и коротко. Может, даже слишком.  И через короткую паузу добавил, для уточнения понимания слов пустынного, — Равны мы для мира, верно? — больше вопросов не последовало, ибо предположил Дух монолог следующий, оттого слушать внимательно приготовился, быструю речь разбирать  ведь непросто.

0

36

Ух, да что же это за вопросы такие этот сударь задаёт?! Равны ли мы для мира, спрашивает! Ну если Зидвин Табаки лапой прибьёт, так не равно будет, но это не для мира, нет-нет, это друг для друга и против друг-друга. А зачем быть против, даже если мнения разные, противные и от противного? Всё же настроение не то, да и условия тоже. Табаки вообще словом предпочитал калечить, а не силой. Вот, между прочим, Дух выглядел несколько покалечено, как будто слова Шакала его немножечко таки пришибли по головушке. Ох, было бы это хорошо! Хоть что-то хорошее в этом проклятом дне! Но Шакал решил, что интересоваться, так ли это на самом деле, не стоит, потому что может оказаться, что вовсе это и не так. И тогда останется только окончательно и бесповоротно убедиться в том, что весь этот день потерян. А дракону не хотелось, ой, как не хотелось! Он лучше потешит себя немного неподтверждёнными догадками, так хоть не настолько тяжко и грустно будет переживаться этот день. Вот чего нельзя делать, так это время считать к концу этого самого дня, вот ведь жуть жуткая.
Пустынный скрипнул зубами вдруг от всего этого, схватил себя передними лапами за щёки, смачно их потирая, и что-то спутано то ли заскулил, то ли забурчал. Кажется, будто на этих самых зубах песок заскрипел. Старческий, не иначе. Потом, резко замерев, дракончик, продолжая поддерживать щёки аки хомячок, внимательно и подозрительно сощурился на Духа, словно пытаясь понять, а не проверяет ли он что и почему такие вопросы задаёт? Может, он… шпион?! Шпион, который решил воспользоваться болтливостью Шакала! Уууууух!
Да ну, нет, чушь какая. Дух — и шпион. Таких за милю видно. Такие — никудышные шпионы. Или Табаки потому его и раскусил, что он никудышный?
Ещё немного попытав Зидвина своим дюже проницательным взглядом, дракон каким-то доверительным шёпотом, но выражения морды не изменив, зашептал, даже вперёд при этом подался.
- Равны… для него уж точно. И там, если что, потом-потом, будет не так важно что-то отсюда. Если очень-очень глобально смотреть, очень высоко, забыв о мелочах, которые в бесконечности всего мира слишком незначительны, то в равный слой всё растирается. Но лучше не думай много об этом, голова распухнет. А ещё могут вши завестись, но непростые, а именно такие… подчешуйчатые, я их чешуйницами называю, потом будет очень сложно от них избавиться. Серьёзно тебе говорю, - он убедительно покивал и подался назад, так как больше шептать было нечего. Остальное можно было и так сказать.

Отредактировано Табаки (12 Июл 2017 15:18:05)

+2

37

Пустынный выражал достаточно большой спектр эмоций и гримас. То щеки потрет, то прищурится, то еще как-нибудь так извернется, что Зидвину сделать не дано. Дух гримасничать не умел, да и не его это. НЕ сочеталось с его напыщенной строгостью да размеренностью. Но посмотреть, как этим занимаются другие — не грех. ДА и полезно. Знать, как выражают себя другие драконы.
  Очередной полушепот Стальной выслушал со всей серьезностью,  и даже почти что принял все к сведению, со своим мировоззрением складывая. Почти. Чешуйницы вновь Духу напомнили о лукавстве собеседника. Стальной не верил, что от мыслей паразиты под чешуей заводятся. От антисанитарии да, от контакта с зараженным — да, но не от мыслей.  Не любил Стальной оговорки да преувеличения, ему факты нужны. Точные, подтвержденные. А этот все переиначивал, переворачивал, делая заблуждение фактом и наоборот. Словно бы он был… Сказителем. Да. Это в их манере рассказывать сказки. Дух не был уверен, но решил, что имеет место быть такое предположение.
  Однако зерно глубокой мысли в словах было, пусть и спрятанной средь пустышек да обманок. А Зидвину было не привыкать. Как ходит он средь пустой породы в поисках жилы, так и тут он вычленяет смысл среди множества слов. Чудесатый пустынный давал материал, а Стальной с ним работал. Может, из них бы вышла та самая комичная парочка, что любит появляться в легендах, где один  зануда, молчалив да собран, а второй — весельчак за сказы говорить мастер, ветреная натура. Много шуток связано с такой занятной парой, очень много.
   Зидвин чуть выгнул шею, глядя на дракончика сверху вниз красным глазом.Чуть прищурился, глядя на собеседника.
— Я Зидвин, — вдруг выдал он, казалось бы, без причины. Но причина была:  заслужил собеседник знания об имени его. А заслужил ли глуповатый тугодум того же, это другое. Но знание имени вполне способствовать разговору могло.
— С высоты все мы мелки, да только живем мы здесь, — добавил Дух Металлов от себя, кивнув, словно бы страницу еще одну приклеивая к книге знаний. Да, для Саяри мелки драконы, да дела их не значимы, но ежели думать так, то и делать не стоит ничего, что заблуждение. Они оба это знали.  О высоком думать, несомненно, чудесно, но помнить нужно, что мир их внизу, да вокруг них. Вокруг чудного пустынного да угрюмого металлического.

+1

38

Металлический вдруг представился. И Табаки решил, что это очень неплохо, когда тебе представляются, ведь можно не представляться вовсе, своё имя не доверять и тем самым показывать отсутствие расположения к собеседнику. Или что ты весь такой сам по себе важный, имя не скажешь, так что сиди, мучайся незнанием! Немного напыщенно, да, не кажется так? Шакал наклонил голову на бок, щурясь в ответ, будто пытаясь понять, по какой именно причине Дух сказал своё имя, а по какой скрывал, в итоге сделал для себя какие-то одному ему понятные выводы, многозначительно хмыкнул — на этот раз без лишних слов — и удовлетворённо кивнул, как бы соглашаясь идти на контакт с вот этим вот именным стартом.
Что до Советника, то он своё имя не скрывал. А что? Пусть все знают! Знают и опасаются, что ходит-бродит, ползает-летает вот такой вот Шакал Табаки, которому пальцы в пасть не клади, да-да! Пусть все друг-другу пересказывают про него истории, можно даже приукрашенные, это даже очень поощряется, пусть не будет никого, кто не знал бы имени его! Таить оное не надо. От проклятий и порчи Шаман знал урок. И готов был ответно преподать его тем, кто рискнёт что-то начудить против него. А покровительство Матушки Земли тем паче безопасность гарантировало. Ибо разве плохо, когда ты под лапкой у Ксоры умещаешься, ухо о неё почёсываешь, весь такой оценённый, понятый и, конечно, бережливый. То есть… берегущийся. Бере… бережёт дитя своё Матушка!
Для ответок изобретательность пустынного не знала границ, она была неумолима, всепоглощающа и обладала кошмарной уничтожающей силой, которая могла подмять под себя всё на своём пути. Ещё один повод не вступать с мелким шпенделем в конфликт. Маленький, да удаленький! Beware, beware!
- Табаки, Шакал Табаки, - демонстративно и, неясно волей или не волей, копируя такую доверительность тона в немного комично-зеркальной подаче, представился и маг.
— С высоты все мы мелки, да только живем мы здесь, - дракончик весь почти засиял. Но вместе с сиянием, исходящим как-то изнутри, на морде проступила хоть и довольная, но ехидная усмешечка, которая была неотрывна от Табаки, его натуры и манеры говорить, выражаться и кривить физиономию. Дракон шумно хлопнул в ладоши с довольством.
- О-о-о-о! Как ты это хорошо сказал! Это очень точно, очень правильно, мне нравится, хорошая фраза, отлично звучит, да-а-а, - вид был такой, как будто одна отлично сказанная фраза могла доставить Шакалу небывалое удовольствие. И он сейчас сидел и смаковал это чувств.

+1

39

Взаимностью ответил Табаки, и открыл свое имя, которое, вполне вероятно, полностью ему соответствовало.  Шакал Табаки. Хитры вы, сударь, хитры. Зидвин кивнул в знак того, что  знакомство и обмен именами состоялся, а значит, теперь им станет чуточку легче общаться. Ибо обращаться к дракону «незнакомец» все же как-то не слишком приятно.
  А после короткой фразы Табаки от чего-то засветился, расплылся в довольстве, словно съел самый сладкий в мире леденец, и стал нахваливать слова Стального, что выглядело, по крайней мере, странно. Зидвин себя толкателем речей не считал, но и прекрасно знал, что попусту слов не пускает. Дух, конечно, не обиделся, не расстроился от того, что так его нахваливают, но и радоваться особо он повода не нашел. Но раз уж собеседник рад, то портить ему удовольствие — грех, пусть радуется на здоровье, ежели хочется. Он разве что не удержался, да выгнул в удивлении голову, словно бы в этакий вопросительный знак, но более своего удивления он ничем не выдал.
   Продолжать тему смысла более не было.  Она исчерпала себя. По крайней мере, в данный момент. И потому Стальной перешел к другой. К более… Приземленной. Раз уж завелась об этом речь. О чем-то всем драконам возможно важным, но не имеющим влияния на мир вокруг.
— Долог твой путь был до места сего? — учтиво спросил Дух Металлов, красные щуря глаза. Если долог, так может, расскажет Табаки о новостях, что случились недавно, что нового в Стаях, где стычка случилась у одиночек, кто диковинную увидел вещь, а может, и новое что-то открылось драконам, о чем неведомо Духу Металла. Отшельник он был,  но новостей не чурался, и вести узнать он любил, разве что сам никуда не собирался, занимаясь лишь делом своим, нос не показывая в чужих краях. А из Табаки мог выйти хороший рассказчик, уверен был в этом Стальной. Говорил он складно, приукрасить умел, разговора не чурался, и от того вполне он мог быть осведомлен о цепи событий, что вилась беспрестанно, не останавливаясь ни на секунду.  Ко всему прочему, явно не сидел на одном месте, путешествовал из края в край, ища что-то новое.

0

40

Кому как, а Шакалу и без имени неплохо общалось. Он привык зачастую узнавать имена своих собеседников до того, как встретится с ними. И о самих собеседниках тоже. Но Духами Советник не очень интересовался, хотя стоило бы, Табаки, стоило! Он себя мысленно за это поругал и внёс в свой существующий только в сознании свиток пунктик о том, чтобы подробнее узнать других Духов.
Ну, что мы тут имеем. Ксора, ясное дело, нам знакома, близка и нами любима. Знаем ещё Духа Льда, с которым связывают особенные отношения, завязанные на чём-то внеземном. Есть ещё Фламментайн, с которым приходилось пересекаться. И чего все говорят, будто он жуткий и страшный? Приятный такой Дух! Сегодня вот теперь ещё и Зидвин повстречался. Металл, значит. Должен быть близко к земле, почти родственники. Это хорошо… Табаки любил, когда много родни, когда семья большая. Семья — это очень важно.
Большой Металлик, тем временем, поинтересовался, долог ли был путь сюда. Пустынный заохал и покачал головой.
- Никто мне не подсобил сегодня, знаешь, не нашлось доброй души, поэтому достаточно долго. Тут видишь какое дело, порталы я не люблю, они как будто режут что-то в воздухе, как будто кусок жизни отнимают, я своим ходом лучше. Но когда кто-то подбросит, то вообще здорово. Да попутчика не всякий раз найдёшь, - с многозначительным «мда-а-а-а», дракон как-то так извернулся, что подтянул задние лапы и уселся на пятую точку таким образом, что они впереди оказались. И упёрся в них передними лапами. В колени, чтобы опора была. Несчастные задние конечности не хотели сами подтягиваться и двигаться, потому приходилось выкручиваться. Дракон потряс немного крыльями, стряхивая с них снег.
- А у меня сложности некоторые. Большие препятствия для маленького дракона, которые для других и вовсе не препятствия. Вот если б можно было что-нибудь такое изобрести, чтобы всё это дело облегчить... есть у меня идейки, но я рассказывать не буду. А то ещё накаркаю и в итоге ничего не получится. А почему тебя путь мой интересует? - кося глаз и наклоняя голову на бок, поинтересовался маг. Ведь он решил, что Зидвин поинтересовался из какого-то такого интересна, не новостного. Да и не похож был Дух на того, кто Табачьи сказы любит. Хотя натура у них — у этих Духов — поди разбери, что они там думают на самом деле! Загадки.

+2

41

Табаки на вопрос, казалось, простой, от чего-то запричитал, да поведал Стальному о том, что путь его был долог, а все по причине того, что порталы он не любил, пусть и не гнушался ими пользоваться. Причина неприязни показалась Духу достаточно веской, от того и выспрашивать он более ничего не стал. Учел он и слова о попутчике. Зидвин магией данной владел, а от того вполне мог подсобить пустынному, да подкинуть куда-нибудь по доброте душевной. Или же нет, кто ж, правда, Духа поймет, странного в своей загадочности и непредсказуемости. Стальной, впрочем, взаимно отвечал тем же, считая Табаки необычным и интересным.
  Под таким углом и действия его казались не такими вопиюще странными. Стальной чуть опустил голову, когда тот решил задние лапы вперед закинуть, презабавное сидячее положение принимая. Этак перед костром ему сидеть, да рассказывать истории пугающие и поучительные. Или же таинственно рассказывать, да так, что б никому ничего ясно толком не было, зато интереса — хоть отбавляй. Вот как сейчас: и рассказал вроде о беде своей, да только конкретного нет ничего, только загадки и возникший интерес. Какие же идеи крутятся в голове вихрастой, с множеством бусин да перьев в гриве. Зидвин, однако, в личную жизнь лезть не собирался.
— Раз долог твой путь, значит, увидеть тебе довелось немало, — не торопясь, стал отвечать металлический на вопрос. — Много ли интересного да знаменательного произошло у тебя на пути? Кто-то встречает зверя опасного, кто-то — конфликт меж Стай. Что ты можешь поведать мне? — с легким прищуром закончил Стальной. Не собирался он давить на пустынного, желая узнать о том, что творится в мире. Впрочем, разве тому, кто любит говорить, не интересно будет рассказать о чем-нибудь? Особенно есть знает он что-то захватывающее. Тем более, когда собеседник так внимательно слушает и выказывает интерес.
  Дух же приготовился к новой порции рассказа от Табаки, который, как успел заметить Зидвин, предпочитал рассказывать быстро и так, что выловить смысл бывает не так уж и просто.

Отредактировано Зидвин (18 Авг 2017 08:53:13)

+1

42

Шакал пожевал нижнюю губу. Смотрел как будто на Зидвина и тут же будто не смотрел. Но и не сказать, что взгляд Советника был в никуда. Он смотрел на что-то конкретное в Духе. На что-то такое, что обычным взглядом поверх всего не увидишь. Определённо не чешуёй любовался, не глазами и не могущественным телом, так величественно возвышающимся перед драконом.
- Знаешь, такие как ты меньше всего похожи на драконов. Из всех драконов. Почему-то именно металл, камень, самоцветы — такие вещи делают драконов самыми странными, ты так не считаешь? Ну точно ожившая скульптура! - пустынный даже всплеснул лапами, обводя ими могучую фигуру Духа, ухнул, как сова, точно восхитился.
- Прямо хочется отколупать всё это и посмотреть, если там, под всем этим намощённым друг на друга, какой-нибудь другой дракон, более обычный. Думаю, что есть, он у всех есть, но не буквальный, конечно, это было бы совсем чудно! А внутренний, совсем не похожий на тебя неприступного, может, он даже гораздо меньше, почти как я. Или больше, так что броня жмёт, но я не думаю, что ему жмёт, - дракон сощурился и очень «пронзительно» посмотрел на Зидвина. Как будто уже взглядом отколупывал ему чешуйки, чтобы бесстыдно и нагло заглянуть, да посмотреть.
- Когда жмёт — оно заметно и совсем по-другому выглядит, всё почти трескается снаружи, и глаза как будто вот-вот вылезут из орбит. А у тебя ничего не лезет, но если постучать, то можно эхо услышать. Можно? Это значит, что есть пустое пространство. Значит, кожа великовата! Зато можно быть в безопасности, ввести в заблуждение других и обмануться самому, - Табаки хмыкнул и, перестав хищно усмехаться, словно уличил Духа в чем-то неприличном, почесал лежащую перед ним лапу. Хмыкнул ещё раз, чуть тряхнув головой. Смотрел на Зи исподлобья своими золотыми глазами, которые очень выразительны были на морде из-за чёрной подводки. То ли угля, то ли ещё чего, выделяющего контур этих плотоядных глаз, которые хотят вгрызться в тебя и проделать дыру к сердцу. То ли для того, чтобы лучше его понять, увидев, то ли чтобы пережевать и проглотить, глазом не моргнув.
- Ты любишь сказки, Дух? Истории, предания, легенды? Или тебя интересуют только новости мирового быта? Хех, нет, думаю, они тебя не так волнуют, не из моих уст, иначе ты бы не спрашивал именно про мой путь. Ведь я мог повстречать жука-навозника и завести с ним долгую беседу, пока он катит свою кучку. И вполне справедливо мог бы посчитать это знаменательным! Думаю, ты любишь сказки, просто не совсем понимаешь, думаешь много не о том, а хочется же по-другому, хочется. Это тот дракон, что меньше тебя, в твоей броне говорит тебе об этом… - щурясь, будто бы в глаза ему ярко светили солнечные лучи, Советник сгорбился и вытянул голову вперёд. Стал похож на старика, который уже достаточно повидал в своей жизни. И мог многое поведать, но не спешил это делать, а тянул, ждал чего-то со стороны слушателя, чтобы понять, что тот действительно достоин услышать от него какую-нибудь историю.
Пустынный порылся в своей набедренной сумке, выуживая клочок бумаги и какую-то измельчённую траву. Да начал сворачивать это дело в маленькую — с палец буквально — трубочку.

+2

43

3-е число, месяц Вьюжный.
Вечер медленно сменяется ночью. Безветренная и ясная погода, мороз немного кусается.
Игра с Зидвином.

Решение лететь на своих крыльях, не пользуясь порталом, было спонтанным, но, в конце концов, Сванхильд осталась довольна полётом. За это время она успела немного взбодриться и привести мысли в порядок после напряжённого дня. Дичь сама себя не поймает, не прибежит в стаю и не накормит никого. И пусть Дух была не единственной охотницей стаи, но к своим обязанностям относилась серьёзно, даже не пытаясь отлынивать. Чаще всего находилась именно на охоте, но вот такие вечера особенно ценила. Ведь так можно было отвлечься, расслабиться и по-настоящему насладиться отдыхом, красотой природы и жизни.
Не без труда приземлившись, Невра с удовольствием почувствовала, как утопают в рыхлом снеге лапы, а их подушечки чувствуют его приятную прохладу, что снова заставило самку взбодриться. Остановив торможение, она отряхнулась и выгнула шею, смотря в разные стороны и прислушиваясь к этой тишине, которую также ценила, как и одиночество. Легкая улыбка выражала довольство самки, здесь она как никогда чувствовала себя свободной, независимой. Будто не была в стае, не была Младшим Духом, а была лишь лёгким ветерком, что рассекал воздух, дарил своими прикосновениями прохладу или заставлял поёжиться от холода. Сванхильд сейчас была свободным ветром. Даже не ветром, а туманом. В любом случае, сейчас полукровка была готова слиться со своей Стихией, стать той, кем считала себя, что влекло и заботило её больше всего.
Но сегодня это было лишним. Туманная прилетела сейчас не за этим, влекли её горные пейзажи, луна, что освещала плато, словно оно было у неё на ладони. Вдохнув полной грудью морозный воздух, самка ненадолго прикрыла глаза, оставаясь на одном месте и замирая, подобно статуе. Продлилось это с минуту, дальше Дух снова отряхнулась и направилась к краю, где открывался самый прекрасный вид. Сван подошла достаточно близко, но остановилась в нескольких метрах от него, будто почувствовала, что может свалиться вниз вместе с рыхлым снегом. Смертью ей это не грозило, но вот риск покалечиться был. И именно он заставил туманную остановиться именно здесь и опуститься на задние лапы, обняв себя крыльями и хвостом, чтобы не так сильно замёрзнуть от долгого пребывания на плато.
Эту манящую красоту самка обязательно запомнит, чтобы потом попрактиковаться в рисовании и начать именно с этой картины, что постепенно начала отпечатываться в её памяти.
Ветра не было, только мороз сначала приятно щекотал нос, а потом уже начал подбираться под шерсть, скользить по коже и заставлять Духа покрываться мурашками. Отряхнувшись, Сван всё-таки встала и решила немного пройтись вдоль края, не сводя глаз с той манящей бездны, в которую так и хотелось прыгнуть, не раскрывая крылья. Прыгнуть и навсегда там остаться. Только благодаря отрезвляющему морозу, что не оставлял её ни на минуту, самка не пошла на поводу у этого почти неслышимого шёпота.

Отредактировано Сванхильд (7 Сен 2017 19:03:06)

+1

44

3-е Вьюжного месяца. Поздний вечер. Морозно, безветренно.
Игра с Сванхильд.

Период смены суток всегда отличался своей неповторимой магией. И утро, и вечер были по своему прекрасны, и не менее удивительны. Замечалось это особенно в горах, где воздух был в зимнюю пору словно бы кристально чист, конечно, если не было вьюги.  Контрастом ложилась густая тьма под высокими сказами, и почти светящиеся снежные вершины, еще ослепить способные непривычный глаз.
  Зидвин любил горы Сеарива, и уверенно считал их домом.  Безинициативным его посчитать можно, ежели подумать, что не пытался он сменить место жительства, прикипев душою лишь к одному и не желая замечать полный разнообразия мир вокруг. Но Дух себя загнанным в рамки лишь не считал, ведь открыты ему были пути в любую из сторон света, и многие земли, не считая лишь грубых в своей агрессивности станых. После двух вылазок понял Стальной, что драконы, выросшие внутри стаи, неприемлют ошибок со стороны другого рода. Дух ошибался по своей неопытности, но никто ему этого не простил.
   А горы несут в своих пиках свободу, устремленную в небеса.  И потому Стальной любил ходить средь вершин, впитывая в себя дух свободы и непоколебимости. Приметным местом была Ладонь Шеата, и металлический не брезговал туда ходить. В конце концов, и встретить там можно кого-нибудь чаще всего. Дух почти всегда ходил пешком, не прячась и мерным перестуком шести конечностей оглашая округу. Не из хвастовства вовсе, просто  так выходило. Выйдя на плато, Зидвин, право слово, не сразу заприметил  сливающуюся с снежным покровом драконницу. Лишь приглядевшись, заметил он ее изящный стан и лебединую шею. Он с некоторым запозданием признал в ней Туманного Духа, но как узнал, так сразу отложил свои сомнения насчет севшего зрения в сторону. Нет, остер его взгляд, но иногда сама суть других прячет их от лишних глаз.
  Он не стал окликать ее, тревожить хрустящую на снегу тишину неестественно громким окриком, но лишь направил свой шаг к незнакомой знакомке, иначе ее не назвать.  И лишь подойдя достаточно близко, так, что она уже наверняка обратила внимание на мерный перестук «металлических» лап, приглушенных снегом, он заговорил, тихо и ровно, с долей уважения:
— Приветствую, Повелительница Туманов и сошедших на землю облаков, — и опустил голову в поклоне. Он не льстил, не думал делать комплиментов, лишь выразил свое уважение с силе той, что стояла напротив него, к ее знаниям и просто того, что стоит она здесь и сейчас. Каждый имеет право на уважение, считал Зидвин. Даже свершивший ужасное преступление достоин уважения в том, что хватило у него духу и темных помыслов души на это.

Отредактировано Зидвин (10 Сен 2017 14:27:47)

+1

45

23 день  Морозного месяца. День.
Игра с Табаки.

Зидвин спокойно сидел перед сидящем в смешной позе Табаки и терпеливо выдерживал его пристальный взгляд, не имея ни малейшего понятия о том, что в Духе он нашел интересного на этот раз. А потом пустынный вновь стал держать свою причудливую, похожую на  ледяные узоры, речь, в которой не так-то просто найти суть. И потому Дух лишь слушал, не отвечая на вопрос  и только впитывая каждое слово. Но не удержался Дух от прищура легкого, когда завел вдруг Табаки мысль свою о драконах внутренних. Стальной не считал себя кем-то маленьким, спрятанным в его прочную чешую, он считал себя цельным, монолитным. Но не прерывал он вопросами Табаки, да и поразмышлять решил чуть позже, когда рассказчик расскажет все, что нужным сочтет.
  Поведал Табаки Зидвину, что великовата для него шкура, и понимать можно это было как душе угодно. Вполне могло это значить, что много из себя Стальной строит, на деле являясь лишь мелкой букашкой.  Могло и оказаться, что за крепкой чешуей, да чуть пугающим взглядом красных глаз более и нет ничего, то бишь, пустышка Дух, только сам он не понимает этого, обманывается.  Был ли в словах пустынного потаенный смысл, значащий, что сколь бы не велика была твоя сила, ты драконом остаешься со всеми нуждами его потребностями, и только лишь обязанность соответствовать ей заставляет носить броню, что бы не понял никто, кто он на самом деле.
  Но Зидвин не был бы собой, если б вдруг сгоряча стал обвинять другого в догадках нелестных. Если Зидвин не улавливал сразу саму суть слова, он имел свойство не отвечать на нее сразу.  Не делает он поспешных выводов, коли ситуация позволяет. И потому ушли слова Табаки в чертоги мысли, а Зидвин, став как будто серьезнее, выслушал последнюю часть из речи своего собеседника. Мог бы поспорить металлический о том, что любит он сказки, ведь признавал он лишь факты. Но спорить не стал, лишь решив уточнить просьбу свою, вняв дельному совету. Ведь и правда, не ведает он, что кажется для другого интересным. Он выдерживал взгляд пронзительных глаз, и, погруженный в свои измышления, краем глаза наблюдал за действиями любителя поговорить.
И через время, время, за которое Табаки успел бы три таких трубочки, очень необычных, свернуть, Дух ответил:
— Интересны истории мне о событиях, что меж драконами приключились или меж стаями. Свершились ли открытия новые, найден ли новый зверь, спасены ли от болезни птенцы, что по слухам были в Земле больны?
  И более он не добавил комментария, принявшись размышлять о тех словах, что ранее пустынный сказал.  Скучным собеседником был Зидвин, могло, наверное, показаться, но просто не любил он недопонятых фраз. Но он не забыл, и ежели Табаки дождется, то, может, услышит ответ.

+1

46

23 день  Морозного месяца. День.
Игра с Зидвином.

Сворачивание шло размеренно и верно. Вскоре трубочка удачно свернулась и была закреплена так, чтобы всё это дело не размоталось и добро служило. Эту самокрутку дракон повертел в лапах, как будто прежде должен был оценить её качество. Как будто он был ответственным и проверяющим по качеству. И всё должно было пройти через его лапы и оценку, прежде чем уйти в большой свет. Посудив, что самокрутка удалась, Шакал сунул её кончик в пасть, прижимая клыком. Так, чтобы не прокусить, чтобы она не выпала и при том можно было говорить. Пустынный давно приноровился к этому. И был со своими самокрутками практически одним целым. Это была часть его, то валяющаяся в сумке, то сжигаемая неторопливым огнём, то втягиваяемая в лёгкие и выдыхаемая уже совершенно преобразованной. Так Советник сливался с миром и давал миру тоже вдохнуть себя. Он перерабатывал кусочки собственных мыслей, образов, души, и вдувал их в пространство, наполняя собой. Как кот, который мнёт лапами, чтобы устроиться поудобнее, Табаки меня атмосферу вокруг. Поддаваясь и подчиняясь, она ложилась на слова сказителя и на его лад. Не только за счёт дыма и трав, о нет. Это было бы слишком плоско, слишком приземлённой. Хотя Табаки, наверное, был самым приземлённым из приземлённых! Он один ползал и скрёб подбородком землю столько, сколько этого не делают даже нелетающие.
Три трубочки Табаки свернуть не успел. Всё потому, что он он очень много внимания этой трубочке отдал. Лучше одна, зато какая! Чем абы какие, но три. Клык чуть пожёвывал бумагу, а дракон поднял лапу. И на кончике когтя его загорелся маленький огонёк, который почти тут же поспешил лизнуть другой край самокрутки. Маленькие огоньки внутри зашевелились, как муравьим в муравейнике, разгораясь и расползаясь по всему кончику. Магия на когте погасла, а Советник затянулся, отчего муравьи-огоньки как будто запаниковали в кончике трубки. А после успокоились, когда Шаман выдохнул облачко дыма в воздух через нос. Дым этот пах мятой, полынью, чебрецом и жжёной древесиной. И ещё чем-то сомнительным, но тоже травяным.
Табаки прослушал речь Духа с таким видом, будто и не слышал вовсе, а лишь для вида кивал, но когда металлический затронул тему птенцов, Шакал вздрогнул, перевёл свой прищур на Духа и снова затянулся, на этот раз глубоко, серьёзно.
- Птенцы… не только птенцов спасли, но и взрослых. И будущее стаи, от которой не осталось почти ничего. Я так считаю, птенцам-то ничего, в большинстве случаев они рождались мёртвыми, особо не страдали, жизни не видели, не успели наглотаться грязи, так что нечего так жалеть их сильно, ну, жалко конечно, оно и понятно, в любом случае, неприятно, но уж в общей картине посмотреть…  вот родителям их и прочим всяким несладко пришлось, - с хмурой строгостью вдруг заговорил Советник и выдохнул пастью дым, прикрывая поблёскивающие золотом глаза, как будто в них на солнце играли драгоценные песчинки.
- Какого одним только матерям, раз за разом вытаскивающих мёртвых птенцов из яиц, - он хмыкнул и опять с задумчивостью затянулся, глядя куда-то в сторону.
- Могу поклясться, ибо слышал и чувствовал сам, каждой клеточкой кожи - их заливные рыдания можно было расслышать даже сквозь глубокую ночь и дальнее расстояние. Даже если они молчали, крик их души, множества душ, застилал всю стаю. Как будто все там только и собираются, чтобы оплакивать нерождённых, даже в камнях гул стоит. Иной раз думаешь, что куда бы не ступил, обязательно рядом будет валяться тельце мёртвого птенца. Похлеще, чем на территориях Тьмы. Там-то оно в порядке вещей, там не твои дети падают носом в землю, там не ходишь по этой самой земле, зная, что под тобой зарыто всё будущее стаи. А у нас вот так, маленькие косточки. Был один гад редкостный, он эти косточки — совсем крохотные такие — собирал, складывал и украшения из них делал. Это, может, и грозно было бы, если бы кости твоих врагов или ещё кого, а эти даже посмотреть на тебя не так не успели - дым постепенно создавал вокруг Табаки личную, локальную туманность. Советник на некоторое время замолчал, думая о чём-то. И это очень явно отражалось на его морде.
- Но главное во всём этом то, что виновник сего кошмара найден и наказан, разорван и разбит на тысячи кусочков! Виновник эпидемии, не этот жалкий червь, который пытается круче казаться. Так что теперь предстоит нам размеренно подниматься на лапы и пытаться оправиться от произошедшего, нелегко будет, сколько лет, не одно ведь тысячелетие точила эта зараза стаю. Сколько поколений кануло в Бездну. Да что там, я тоже стал и свидетелем, и жертвой! И всегда теперь помнить буду это страшное время, понимая, как бессильны мы бываем перед неизвестным нам. И как весомо влияние сторонних факторов, даже самых мелочных. Скажем, где-то трещина в земле чуть-чуть пойдёт, а за этой трещиной целое поколение вымирает! А где-то небо упадёт и никому дела не будет. А я думаю, что нам до всего дело должно быть, никогда не знаешь, что может оказаться по-настоящему важным, поэтому надо внимать, вникать и внимание обращать. Я не люблю вот непричёмных, знаешь ли. Вот этих вот, которые «я не я, а это не моё». Да твоё, конечно, да для всех оно!

+3

47

Офф:

Прошу прощения за задержку.

3-е число, месяц Вьюжный.
Игра с Зидвином.

Тишина позволила её почти раствориться в снегах, а близкое к ночи время и вовсе скрыло её расплывчатый, как сам туман, силуэт от посторонних глаз. Сама самка видела всё сейчас отчётливо, её глаз не когда не сбавлял своей зоркости просто потому, что она уже привыкла к охоте. Для этого нужна была не только ловкость и скорость, нужно было быть хитрым, зорким и довольно сильным, чтобы завалить любую добычу. От самой малой дичи, до крупной. Именно воспоминания о своей деятельности позволили Духу окончательно справиться с тем чувством, подавить его и не дать обвести себя вокруг пальца. А что было бы, если бы она всё же рискнула и ринулась камнем вниз? Возможно, умерла бы, не оставив ни наследника, ни наследства как такового, а сила её перешла бы более достойному. Да если бы Сванхильд и не была сейчас достойна, то и не была бы она Духом Туманов.
«Ах, что за мрачные мысли?» - этот вопрос растворился в голове самки, но та всё-таки взяла себя в лапы и перестала думать в этом ключе. Она прилетела сюда, чтобы насладиться пейзажем, запомнить хотя бы какую-то его часть, а потом запечатлеть на стенах своей пещеры или на каком-нибудь холсте. Тихо и почти неощутимо вздохнув, Невра остановилась и повернула голову назад. Острый слух уловил движение, а охотничьи повадки тут же взяли верх, заставив напрячься и насторожиться. Будто сейчас она на охоте, будто её цель рядом, осталось только сделать прыжок в её сторону и впиться острыми зубами в плоть, забирая жизнь и даруя стае пропитание.
Но на деле всё оказалось куда проще, если так можно сказать. В один миг туманная забыла обо всём, что происходило в её голове несколько минут назад, расслабилась и как обычно изогнула шею, повернувшись всем телом к подошедшему дракону. Духа Металла трудно было не узнать даже среди массы драконов. Духов вообще тяжело спутать с другими из-за размеров и немного специфичной внешности, словно всё их нутро говорит о том, что они избранные. Хотя большинство может с этим поспорить.
Вновь став самой собой, той тихой и спокойной самочкой, Сван учтиво кивнула на приветствие собрата и не замедлила поздороваться в ответ:
- Ясного взгляда тебе и острого слуха, Властелин Металла.
На этом их разговор мог и закончиться. На самом деле она сейчас предпочла бы молчание, чтобы можно было сполна насладиться этим моментом. Не была бы и против того, чтобы брат по Сути разделил с ней эти мгновения тишины и небывалой красоты звёздного неба. Ничего личного, просто молчаливое и тихое времяпровождение двух Духов. Да и сейчас Невра не была склонна в сторону какой-либо романтики, даже и не думала толком ни об отношениях, ни о другом подобном.
- Часто бываешь здесь? - решила всё-таки немного разбавить повисшее между ними молчание драконица. Если разговор завяжется, то она готова даже переступить через некоторые свои принципы, о которых ей стоило бы уже забыть. Ведь не всякая беседа может принести что-то полезное, зато она может скрасить одиночество и внести в память некоторые приятные моменты.
«Это ведь не смертельно. Да и не так уж и плохо», - в любом случае, Сван была готова на любое развитие событий. Ведь раз они встретились здесь и сейчас, то это должно было произойти независимо от них самих.

+1

48

23 день  Морозного месяца. День.
Игра с Табаки.

Стальной в раздумьях не обращал внимания на действия Табаки, но, закончив и высказавшись, теперь сосредоточился на своем собеседнике, внимая ему и запоминая. Скрутил пустынный трубочку, да поджег ее кончик, от чего тоненький заструился дымок.  Вздрогнул Табаки, как речь Стальной  завел про птенцов, и прищурился, внимая потоку слов, да чуть голову повернув, избегая легкого дыма. Не потому, что неприятен ему запах трав, или же сама мысль о дыме для него противна. Нет. Стальной всего лишь предпочитал ясность взора смутной дымке, не жалуя, когда взор его намеренно застилают.
  Табаки речь держал интересную, что птенцам беда оказалась не столь страшна и, сколь аргументировано было мнение, Дух принял его, сочтя справедливым по-своему,  несмотря на видимую жестокость. Верна была мысль пустынного,  и, пусть изначальное мнение его было, в основном, связано лишь с птенцами, не прочь он был принять и другую часть этой правды жизни. Однобокой он видел ситуацию, но, благодаря Табаки, смог взглянуть на нее он шире. А значит, разговор был не зря.
  Зидвин, наконец, глянул ауру собеседника своего, где Стайная виднелась метка ярким пятном, да как раз та, что делает его настоящим свидетелем темных событий стаи Земли. Навряд ли кто-то поведать может точнее о своей стае  помимо тех, кто прожил там жизнь. От того слова Табаки значительнее становились, приобретая особый вес. Как бы не старался он простачком да болтуном казаться  с ореолом загадочности, не может и он ко всему в мире относиться просто. Всегда что-то серьезное есть в головах, но не всем очевидно оно.
  Пустынный продолжил, наполняя пространство вокруг себя дымом, поведал он, что повержен виновник эпидемии, что нечему больше ослаблять стаю, и станет она набирать силу. Зидвин отметил преданность стае, да порыв души искренний, болеющий за ее состояние, но сам Зидвин не мог тем же похвастаться.
  Стаи для него были чужды. Чужды, как чужд он для них. Да более того, как чужд он для своей создательницы, которой сил лишь на это хватило. Не ругал и не порочил Зидвин Звездную, но и не превозносил. Поступки её из тех, что были ему известны, неутешительны, и много в них было странного. Но Зидвин был выше того, что судить картину по крохотному кусочку. Никто не оценивает нож по навершию рукояти, верно? Про стаи же больше он знал, от того мог позволить себе несогласие да недоверие. Но понимал, что и сам он склонен заблуждаться. Но никто его неверных выводов опровергнуть не торопился, в том числе и он сам.
  Закончил Табаки мысль на философской ноте, заставив Духа брови чуть сдвинуть, да лапой новь почесать подбородок. Отчасти согласен он был. Но лишь отчасти.  Не мог он не добавить к этому заявлению свое слово, высказывая свою позицию. Но перед тем…
—  Отрадно слышать, Что в Земле кончилась эпоха несчастий,  и тому, что матери не увидят более костей своих птенцов в лапах дракона, кто боли их не увидел, — Стальной не врал, этому факту рад он был. — Влияние стороннее сложно недооценить. И многое в жизни нашей учитывать нужно. Но невозможно уделить внимание всему, — Зидвин не ставил утверждение это, как аксиому, но звучала она твердо. — Сколь больше внимание распыляешь на мелочи, тем меньше ты вперед двигаться будешь. Сколь ни мала цель, жертвы ради нее неизбежны. Сколь ни важна  та мелочь, что упущена будет, оправдается она тем, что сделал ты ради цели, к которой стремился. — Стальной чуть сощурился, вглядываясь в прикрытые глаза собеседника сквозь дым. И добавил последний акцент в своей речи. — От того изменчивы мы, наши желания и мелочи вокруг нас. Учтенное нами исчезает, давая место для нового. От нас лишь зависит, примем мы новую деталь или нет.
  Пафосной и даже напыщенной гордой казалась речь Духа, но голос его был ровен и сух. Не учил он, но мнение свое высказывал, оценивая, примет ее собеседник иль нет. Оказался внутри он дыма, что выдыхал Табаки, но особого не обращая на это внимания. Потому как стало это частью их обоих, в чем-то даже объединяя.

0

49

3-е Вьюжного месяца. Поздний вечер. Морозно, безветренно.
Игра с Сванхильд.

Повернулась Туманная к нему, и выглядела она спокойно, чуть даже умиротвроренно. Так Зидвин мог сказать при взгляде на нее. Не мог сказать точнее при первом взгляде, увы. Поприветствовала она его, с той же долей почтения, и Дух кивнул, принимая. Более она не сказала ни слова, да и Зидвин молчал. Обдумывал он, с чего бы начать, потому как не мог он сказать, что не знаком с ней совершенно, но и к знакомой ее не отнести. Даже имени ее Зидвин не припомнил, а с памятью он проблем не испытывал. Не назвала она имени своего на собрании Младших, он же раньше Туманной явился, и не могла его она услышать, даже если б он представился сам.
  Но прервала затянувшуюся тишину драконница прежде, чем стала она неловкой средь холодной равнины Шеата и порывов колючего ветра. Не мог Стальной сдержать улыбки от такого вопроса, и ответил он на него просто:
— Сеарив — дом мне, и хожу по нему я так часто, как могу, — в голосе его теплота слышалась, говорившая о привязанности его к этому месту. Сделав пару шагов вперед, Зидвин рядом с Туманной оказался, и вновь заговорил, дабы неловкость разрешить.
— Позвольте для начала представиться: Зидвин. Не представлялся я вам ранее, исправляю это недоразумение сейчас. Незнакомо, к сожалению, мне ваше имя, — признался он сразу. Не выглядел он, при этом, как провинившийся, но как тот, кто осознает свои ошибки. — И рад был бы его узнать. — Не ставил своей целью металлический оправдаться, лишь хотел пробел исправить в знаниях, да знакомство сделать более полным.
— Разрешите ли рядом присесть? — спросил, под конец, Зидвин. Не настаивал он, однако разговор вести так было бы проще. К тому же, мог бы тогда Металлический прикрыться от ветра морозного крыльями да хвостом. Прочной и толстой была его чешуя, да только и она не могла от температур низких спасти до конца.
  Не зря Ладонь Шеата местом считалась приметным — со многими тут Зидвин повстречался, много драконов приходило сюда, преследуя каждый цели свои, но останавливаясь на мгновение, да посмотреть на прекрасный вид, что с вершины открывался.  Даже в сумерках, что сгущались вокруг, можно было разглядеть ближайшие склоны гор да вершины тех, что не так высоко или же наравне. Определенно Стальной был горд называть это место частью своего дома.

0


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Хребет Сеарив » Ладонь Шеата