//PR Enter

Империя драконов. Возрождение

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Тени прошлого » Сезонные злоключения волка и барашка [Гортхаур & Вейлона]


Сезонные злоключения волка и барашка [Гортхаур & Вейлона]

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

[h1][/h1]
21 день Дождливого месяца 8010 года
ЗА ПОЛДЕНЬ
http://s019.radikal.ru/i643/1706/a0/f0cbecb5d788.jpg

Подножие Сеарива с хорошим обзором на Ничейные территории
Скромный утренний дождик к обеду перерос в самое настоящее ненастье, сгустившее тучи над горами в сердце материка.

[h1][/h1]
Гортхаур & Вейлона
В ГЛАВНЫХ РОЛЯХ

Дождями в Дождливом месяце мало кого удивишь, это почти как цветы в Цветущем и сырость в Сыром, но не совсем. Случается, небо хмурится, притупляет бдительность небольшим дождем, который через пару часов и вовсе перестает идти и стоит подумать, что лимит воды на ближайшие сутки исчерпан, как раздается гром и искрометным приветом от осенней погоды в чью-то голову прилетает кусок льда размером с доброе гусиное яйцо. Именно такой «подарок» застал в пути не в меру беспечную «золотую молодежь»: амбициозного наследника стаи Огня и латентную наследницу Водной стаи. Возможно, конечно, что не они одни рискнули размять кости пробежкой под градом, но только этих двоих угораздило разделить при этом один шалаш на двоих.
Исконный вопрос, утонет шалаш или сгорит, найдет свой ответ ближе к концу судьбоносной феерии.

+2

2

В Воде говорят: запечатлев рождение истории, никогда не увидишь ее конца, ведь он всегда совпадает с датой твоей кончины. И так, ввязываясь ненароком в одну авантюру, совершенно случайно, к концу жизни, мы тащим за собой целый вивернов выводок событий. Одни тяготеют, застревая на пути и волокут на дно, другие напротив, легче пера – нести их не трудно, но и позабыть легко, пока не заметишь ненароком в ворохе других вещей и встреч, и дел, и бед, и радостей… маленьких слабостей. Еще иногда говорят, что встречи не случайны и самые правдивые из них не те, которые обозначают днем и часом, а те, которые происходят не то не нарочно, но может… по умыслу?
Вейлона не верила в такие вещи. Стоило лишь допустить мысль, что все не случайно и мир следует по накатанной тропами, которые уже давно проложены, как думами овладевала навязчивая мания. Идея покорности перед лицом судьбы, ее неумолимости. Эта мысль распространялась со скоростью эпидемии, подчиняя волю, делая всех одинаковыми. Она подавляла веру, что все в этом мире вершится сегодня и нужно идти против течения, чтобы в один день не оказаться у подножья водопада. Нужно бороться и побеждать чтобы оставить свой след в истории, а главное – творить чудеса. Мир полон чудес, одни можно увидеть, другие даже пощупать, а третьи непременно нужно вершить – Вейлона верила в это.
Самка одним ловким движением перемахнула через булыжник, развалившийся аккурат на дороге, зафутболила лапой небольшой камешек, бывший, вероятно, родственником первого и продолжала идти, без особой цели, как могло показаться. Но на самом деле мерный шаг постепенно набирал темп, переходя в ритмичный бег, а после и прыжки с места на место во всю длину изящного чешуйчатого тела. Голова устремлена вперед, шея вытянута, слегка наклонена, а на морде выражение довольное-довольное, с каким птенцы обычно творили беспредел, спихивая друг на друга все в конце.
Вот только Вейлона здесь, на скалистом плато была совершенно одна. Она и ветер, разумеется. Еще прыжок и земля под ногами оборвалась, самка словно не заметила, или не придала значения, но перед обрывом в ее мыслях не промелькнуло и доли сомнения, заставляющей обычно притормозить и помедлить. Водная просто нырнула в пропасть, как врезалась в волны играя с океаном. Силы притяжения тут же поманили ее вниз, на встречу острым камням, но как ни обманчив образ, водная не планировала падать, ее звал полет.
И Крис распахнула крылья, наслаждаясь тягучей болью в мышцах и связках, скованных напряжением от встречных воздушных потоков. А затем взмахнула, протяжно и неторопливо, улавливая каждый перепад давления, даже самый незначительный поток. Этой свободой невозможно было упиться до беспамятства… Но всю поэзию обломал жестокий и бездушный плевок погоды, угодившей Крис прямо между рогов.
Подобный сюрприз был настолько сюрпризом, что самка в первые минуты даже забыла, что она летит. Уж готова была крылья сложить, стать в позу, возмутиться, но в целом вышло не очень изящное размахивание всеми конечностями в попытках восстановить убегающий из лап контроль над ситуацией. В это время грозовая туча, нависшая над Сеаривом и дремавшая с тех самых пор, как прошел утренний дождик, решила, вероятно, пошалить, поскольку первая градина была лишь китайским предупреждением, а вот спустя несколько минут небеса буквально разразились потоками воды и льда, летящего в тройном ускорении.
Не то, чтобы погода была нелетная… но Вейлона очень поторопилась припасть куда-нибудь поглубже и завидев быструю речушку, проистекающую где-то между скал, нацелила свое внимание именно в ту сторону. Как и ожидалось, вверх по течению шумел и брюзжал водой стройный водопад. Гораздо более притягательный, чем все, что было в зоне доступа коварной тучи. Закрываясь крыльями от непогоды, воительница припустила решительной трусцой вдоль речушки, с облегчением обнаружив за водопадом небольшую нишу, которую трудно было прировнять к пещере, но для короткой передышки вполне пригодную. По центру ее разделяла стена из валунов, должно быть оставшихся здесь с тех пор, как течение пробилось между скал в это небольшое ущелье. Так или иначе, самка заняла укрытие по правую сторону от обвала, активно приводя себя в порядок.

+4

3

Одному из ненавистных месяцев положено быть мокрым. А огненным, как водится, влага не особенно нравилась. Что до самого Гортхаура — того амбициозного кровавого наследника — у него не было предпочтений и антипатий, как таковых, к каким-либо временам года. Ему просто в принципе не нравилось мокнуть. Для огненного вода была чем-то слизким, мерзким, противным и провоцирующим появление кислой мины на морде. Если влага не причиняла вреда, то портила настроение и знатно повышала показатель по шкале раздражимости.
Гортхаура непогода тоже застала неожиданно, так что оставалось только бежать, ругаться и прятаться. А так как он привык передвигаться на своих двух багровых, расположенных на спине, то иного варианта и не находилось при всём желании. Порталами пользоваться Дух не любил и не умел, если только соответствующего артефакта не завалялось. Он находил особое удовольствие в прогулках и полётах и в том, чтобы делать всё своими силами. По возможности. Только теперь это самое удовольствие прогулки решило надавать градом по наследнической голове.
Голова была крепкая, но не хотела мириться с таким природным хамством. Так что Кровавый бросал недобрые взгляды вверх, где тучи собирались плотнее, отчего создавалось впечатление, будто стремительно наступал вечер. До родной земли было далеко. И лететь по такой погоде не очень хотелось, потому что кому понравится ломать крылья о потоки воздуха? Прогуливаться пешком тоже удовольствия мало. Только и знай, что уворачиваясь от того, от чего не увернуться. А, помимо всего этого, настроение уже не так располагало. Не сказать, что оно погрузилось в глубины Бездны, но того задорного запала уже не было, потух. Оставалось только, хрипло вздохнув, поспешить найти укрытие. Благо, то долго выискивать не пришлось. Оно вот стояло и напрашивалось неподалёку, будто зазывая Принца. И хотя водопад сам по себе не сухой, зато за ним бывают пещеры, в которых вполне можно укрыться и подсохнуть.
Корона из перьев на голове уже не выглядела так ровно и величественно. И Горт, опустив голову и щурясь на потоки воды, застилающие обзор, ускорился, чтобы поскорее добраться до пещеры.
Так вышло, что та, разделённая на две части, в одной сберегла от непогоды Наследницу Воды, а в другой Наследница Огня. Эти две противоборствующие стихии находились по разные стороны и друг друга видеть не могли. Конечно, по голосу тоже узнать не было возможности, так как не знакомы. Надо помнить, что и Принц, и Принцесса скрывали сегодня свою ауру за счёт имеющихся артефактов. Вейлона — за счёт своего. А Гортхаур погонять взял.
Грузно припав спиной к свой стороне каменной преграды, Дух прислушался к тому, как стекала по его телу вода, капая на каменный пол. Передёрнувшись, самец начал отряхиваться. Эх, сейчас бы костерок.
- Вот же засада… - проворчал он, ещё не зная, что находится здесь не один. Но сразу после этих слов услышал копошения и замер, как будто о чём-то своём задумался.

+3

4

Места в импровизированном укрытии было не так много, чтобы беспрепятственно отряхнуть крылья, так что телодвижения, производимые Вейлоной можно было отнести к числу ритуальных плясов или новой разновидности имперской гимнастики. В этот момент самка как-то не подумала, что можно было решить все проблемы при помощи магии, а когда подумала, как ни странно, решила оставить все как есть. Под водопадом особо не просохнешь, в любом случае будут брызги и будет мокро, да и не то, чтобы такая мелочь доставляла неудобства водной наследнице. Только сам факт безнаказанности подлого дождя раздражал и нервировал. Так бы уже давно была дома, а тут не весть на сколько застряла в самом сердце ничейных территорий. И хоть порталами Вейлона пользоваться умела, уровень ее знаний в этой области вызывал справедливые сомнения, рисковать частями тела самке не очень хотелось, а значит оставалось только ждать.
Занять себя было нечем, что не удивительно в сложившихся обстоятельствах. Высовываться из укрытия и рисковать головой тоже не хотелось, хоть в какой-то момент и придется это сделать, чтобы выяснить как там поживает туча. В любом случае пока еще было слишком рано, так что Крис никак не могла найти себе места: вертелась и так, и сяк, ложилась, вставала, припадала к валунам и пару раз даже подставила морду под водопад. С краюшку. Ну, просто. Самка в свои почти три тысячи лет, была так же непоседлива, как в юности и хоть в обществе сдерживать свою беспокойность было долгом чести и достоинства, наедине Вея могла дать волю некоторым капризам.
До тех пор, пока не оказалось, что она все-таки не наедине. Прежде чем некто второй под их общим в этот день водопадом, подал голос, она услышала характерный всплеск и шум, примерно похожий на тот, который производила сама ранее. Однако вместо того, чтобы притихнуть, самка напротив, всеми силами попыталась заглянуть через нагромождение валунов по другую сторону - тщетно, увы. Камней было слишком много, и они выпирали аж за водопад, так что чтобы узнать кто там, пришлось бы выйти и заглянуть в гости. Довольно рисковый вариант, если учитывать, что там мог быть кто угодно и этот кто-то по всей видимости скрывал свою ауру, потому как определить ее у водной, так и не получилось.
Непроизвольно водная коснулась своего артефакта на роге, который зачем-то взяла с утра, хоть после Экспедиции, не нуждалась в нем столь же остро. Он не скрывал ауру полностью, только маскировал могущество Духа под силу обыкновенного туманного дракона, но даже это могло оказаться полезным, а более того, было привычным. Пока Крис не могла просто отбросить две с половиной тысячи лет и открыться Империи по-настоящему, пусть многих это удивляло.
Словом, определить таинственного неизвестного так и не вышло, однако Вейлона нашла небольшое отверстие в завале. Оно не было сквозным, но обеспечивало замечательную слышимость с обеих сторон. Самка устроилась рядом, прислушиваясь к тишине по ту сторону: должно быть незнакомец, заслышав ее копошения, затаился. Пугливый какой.
- Да уж, погодка не ахти какая, - наконец буркнула водная, чтобы немного разрядить обстановку. Раз уж так вышло, что они оба застряли здесь на неопределенное время, можно было и поболтать немного.
Конечно такая беседа, больше походящая на исповедь, была у Крис впервые, но с другой стороны это было довольно увлекательно - не знать кто по ту сторону. Придется судить только по словам, что как известно, было не так просто, но наиболее эффективно, если хочешь узнать своего собеседника по-настоящему. Внешность, стайная принадлежность, даже имя порой вынуждало составлять характеристику дракона прежде, чем успеешь выяснить какая за всем этим кроется начинка.

+3

5

Не показалось, с той стороны действительно кто-то был. И это оказалась самка. Кончика хвоста Наследника заинтригованно дёрнулся в воздухе. Самец расплылся в беззлобной усмешке и, щуря глаза, покосился в сторону выхода. Там можно было обойти, чтобы оказаться на противоположной стороне, но за водопадом — мокрым самим по себе — бушевал град. Будто в подтверждение этому жестокие капли забили по камням сильнее, застывая в воздухе статичным шумом. Впрочем, разговаривать он не мешал. Ибо здесь он слышался как гулкий и приглушённый. Ну что ж… ладно. Придётся обойтись беседой. Хотя можно было скрасить время и как-нибудь поинтереснее. Но поговорить Кровавый Принц тоже был не против. Вы не подумайте, будто он весь такой помешанный на развлечениях, безалаберности и оторванности, нет. Наследнику поговорить — за милую душу. Поэтому он уселся поудобнее, опёрся спиной о скалу покомфортнее и шумно выдохнул носом, обтекая.
Незнакомка заговорила первой. И это дало самцу толчок. Он быстро, впрочем, шёл на контакт и не имел привычки топтаться на месте или как-то пытаться подобраться со стороны. Что плохого может быть в беседе двух драконов, оказавшихся тут по воле чудного случая?
- Не то слово, - поддержал Горт. Его низкий, немного хриплый, клокочущий голос был похож на удар по полым камням и на тихий, но чёткий скрежет по ним же когтей. При этом слух он не резал, а звучал даже немного гипнотизирующе, особенно в этом спокойно-монотонном тоне, в котором чувствовалась скрытая мощь и сила, удерживаемая в рамках до того момента, пока не потребуется. В одном только тоне можно было распознать волевую и стойкую личность. Может быть, воина. Или даже командира, прирождённого лидера, самоуверенного — и не без причины — дракона. При этом не отдалённого от народа. Или же это было обманчивое впечатление. И самец был всего лишь рядовым служащим. Или того вовсе одиночкой. Вейлона могла полагаться только на слова, голос, тон, манеру речи и прочие мелочи, опираясь при оценке не только на восприятие, но и на возможные ожидания. Они, как известно, иногда презабавно искажают реальную картину. Или позволяют увидеть нечто интересное, подозревать которое ранее не приходилось.
- Интересно, надолго ли мы тут застряли, - дракон выдал протяжное «хм-м-м-м», как будто прикидывал вероятности. Но они были пятьдесят на пятьдесят.
- По небу так и не скажешь. Может кончиться через несколько минут, а может до самого утра лить, - и это была правда. Такая погода была столь же непредсказуема, сколь неожиданна. Она прилетела, распихивала всех вокруг, вот она я! Держите! Огорошила.
Кровавый поёрзал, потеревшись спиной о камень. Капли воды, стекающие по телу, как будто вызывали зуд. И Виконт поморщился недовольно.

+1

6

Реакции незнакомца, самка ждала так, как обычно ждут спасителя в сияющих доспехах, словно от одного ответа могла зависеть судьба всей Саяри и благополучие матушки-Империи. Странная тревога охватывала душу: почти детская робость, смешанная с недюжинным интересом во взрывоопасный коктейль. Вроде неловко и непривычно, а с другой стороны чертовски интересно, как все пойдет дальше, да и возможно ли вовсе такое общение, при котором ни один из говорящих не знал, кто по другую сторону. Там ведь мог быть кто угодно, от самого простого одиночки до Духа, хотя насчет последнего самка сомневалась, все-таки один Дух здесь уже был.
Учитывая отсутствие ауры и развитый речевой аппарат, что само по себе исключало «виверновость» брата по несчастью, водная склонялась к тому, что за стеной мог быть шпион или кто-то подобного рода деятельности. Не то, чтобы она была мастером разоблачения, но знавшая бытовую сущность одного известного шпиона, самка надеялась, что все-таки что-то в этом всем понимает. Разумеется, каждый отдельный случай был индивидуален, а от того количество вариантов развития ситуации сводилось к числу обыденных или самых невероятных теорий: от заклинания, стирающего память, до томительного молчания, дескать меня тут нет, говори сама с собой. Но мы-то знаем, что ты там есть дорогой, мы-то знаем…
Как только самец по ту сторону заговорил, Водная навалилась всем телом на многострадальную стену так настойчиво, словно планировала просочиться сквозь или, как минимум, проторить себе путь в недоступную часть разделенной ниши. «Так-так-так, а вот это тема,» - подумала самка, довольно щурясь. Постановка речи незнакомца располагала к себе, он не робел, говорил открыто и давая простор для дальнейшей завязки, значит на общение был настроен. Водной это нравилось, будучи волевой и сильной личностью она тянулась к таким же и всегда ценила способность поддержать разговор, чем умение свести его на нет. Да и поговорить воительница любила, будем откровенны.
Дух слушала молча, прислушиваясь к каждому слову в слабой попытке распознать незнакомца. Ей казалось, что голос этот она уже слышала прежде, но мест где это могло случиться было так много, что водная безнадежно терялась. И бессчётное множество бранных полей, да ристалищ, и союзные стаи, и случайные встречи на ничейных териториях. В конце концов могла где-то мимолетно услышать, тогда этот список и вовсе становился бесконечным. В чем Крис была уверена наверняка, так это в том, что дракон не был ее близким знакомым, тогда бы самка точно запомнила. С таким-то голосом и манерой общения.
- Сложно сказать… в степях град – дело нескольких минут от силы. Но, ты наверняка знаешь, Сеарив в этом плане живет своей жизнью, - дракониха сразу перешла на «ты». Вряд ли собеседник был намного ее старше или занимал какое-то исключительное место в иерархической лестнице. Такие в непогоду из родной пещеры не выползали. Здесь можно было встретить только очень рискового, либо очень неудачливого.
- Кого не убивает, однозначно делает умнее, - водная рассмеялась. Ее голос был мелодичен и мягок, так сразу и не скажешь, что такой можно услышать от закоренелой воительницы, выросшей на полях сражений. Однако он был довольно громким, звучал отчетливо и ровно, лишенный каких-либо дефектов.
- И как ты здесь оказался? Прогуляться решил или поохотиться, не взирая на прогнозы предсказателей?

+1

7

Общение действительно было интригующим. Таинственным. Захватывающим. Тот случай, когда следует быть осторожным и при этом хочется нырнуть в этот омут с головой. Ну, в случае с Гортом — в лавовое озеро, конечно. Дурак он что ли, в воду кидаться. До такой степени мы ещё не свихнулись. Да и в целом Кровавый Принц считал себя личностью более чем разумной и адекватной. И, в общем-то, был прав. Так как не являлся психом или маньяком, не отвечающим за свои слова и действия. Просто есть некоторые черты и предпочтения, которые… скажем так, не для всех. Но они у каждого имеются. Так что чего тут, хе-хе.
Дух почти услышал, как незнакомка по ту сторону привалилась к камню. Может, просто облокотилась, а может пыталась оказаться ближе или даже протиснуться к Горту. Самцу такая мысль понравилась. Она тешила самолюбие и грела душу, которая жить не могла без страсти и огонька. Так что самец расплылся в томной улыбке, так ему понравились собственные мысли. А, как говорится, коли понравились, он их подумал ещё раз. И сам откинул голову назад, представляя, что они могли бы сидеть вот так вот друг к другу, спина к спине. Обтекая, ожидая, поглядывая в сторону выхода, отслеживая, когда закончится град, и обсуждая что-то. Такое времяпрепровождение было Гортхауру по нраву. Вот как со вкусом драть неприятелей, так и за жизнь болтать… Наследник одинаково любил обе эти вещи. И, возможно, поэтому казался тем, кто его мог знать, ещё более жутким. Когда в обычных ситуациях дракон ведёт себя так обыденно и просто, а в иных буквально перевоплощается в дьявола, даже не знаешь, чего ждать.
- Сложно сказать… в степях град – дело нескольких минут от силы. Но, ты наверняка знаешь, Сеарив в этом плане живет своей жизнью, - дракон был не против перейти на «ты». Даже очень «за». Он кивнул словам незнакомки, соглашаясь, хотя она не могла этого видеть. Представляться не спешил. Она тоже. И отлично. От этого было только интереснее. Возможно, она без слов решила поддержать эту игру. Как и Горт. Вот на этом двое путников и сошлись, начав разгадывать эту любопытную шараду.
- Кого не убивает, однозначно делает умнее, - Дух хмыкнул и улыбка его подёрнулась чуть. Один уголок пасти искривился в беззлобной, но заискивающей усмешке.
- А ты сделалась умнее? Или в ты процессе? - это был двузначный вопрос. Который затрагивал нынешнюю ситуацию и то, каким различными вариациями она могла обернуться. Если самка это понимала и разглядела скрытый интерес о том, будут ли они продолжать игру и даёт ли она согласие на правила, не оглашённые ими, то пусть даст понять. Тоже… завуалированно.
А правила были бы просты. Не называть своих имён. Не отвечать прямо о должностях и принадлежности к расе и стае. Иначе будет тоже… не так интересно. Не говорить о конкретных личностях и не делать прямых и очевидных отсылок. Кто-то победит. Или проиграют оба. Или же в одно мгновение и он, и она узнают ироничную правду.
- И как ты здесь оказался? Прогуляться решил или поохотиться, не взирая на прогнозы предсказателей?
- Есть мне дело до прогнозов… что с ними поделаешь, когда охота вылезти из затхлых и обжитых земель и развеяться? Правда, порывы души не всегда совпадают с природными явлениями. А ты? Тоже сбегаешь от надоедливых зануд, не умеющих расслабляться?

Отредактировано Гортхаур (14 Авг 2017 15:43:15)

+1

8

Будем откровенны: вот эти вот попытки надавить на каменную стену своим авторитетом, чтобы та, так уж и быть, пустила на другую сторону, были еще менее продуктивны, чем предполагалось. Но как известно, все познается с опытом. Вода, которая все это время беспрепятственно стекала с чешуи, обильно увлажнила камни под самкой, а Вейлона, увлеченная собеседником как-то и думать не думала о такой мелочи. Право же, какие камни, когда тут рождается новое веяние! Может эти двое введут в Империи моду на свидания вслепую, свой бизнес откроют. В общем, стоило Вей расслабиться, как лапа, которой она для устойчивости оперлась на валун, соскользнула и водная, ошалело округлив глаза, растянулась на полу.
Спустя несколько минут растерянного моргания, она начала понимать, почему пол оказался так близко к морде, а мир вокруг вдруг стал синим – это ее собственное крыло закрыло обзор, заняв вдобавок все свободное пространство ниши. Вот так дела. Следом за осознанием пришла неловкость, а минутой позднее – облегчение. Слава Светлейшей, собеседник в этот момент ее не лицезрел и не только потому что ему бы тоже досталось (крылья Вей были неудержимой силой во всех смыслах), но вот пристать в столь неуклюжем свете. Хм-хм. Он мог что-то слышать, так что самое время сделать вид, что ничего не было.
Самка собрала себя обратно и хорошенько тряхнула головой приводя мысли в порядок. В этот момент она и застала слова незнакомца. Кажется, ответ прост, в обычной, слегка шутливой манере, он уже был готов сорваться с языка, но некоторое подозрение заставило самку повременить. Она сощурилась, попробовала фразу на язык, помусолила чутка и да, было в ней что-то. Как вызов, что ли? Или попытка уязвить. Впрочем, самке хотелось верить в первое, потому что в таком случае этим двоим действительно было, о чем поговорить.
- Сложно сказать, сделалась или нет... Но могу утверждать одно - Сеариву я не по зубам, - произнесла водная, томительно оттягивая момент своего ответа. Крис не хотела идти на поводу хитреца за стеной и отвечать покорно на каждый его вопрос. Пусть поймет, что не он тут хозяин положения, понервничает в конце концов.
Однако картина Вейлоне, уже была очевидна. Они до сих пор не обмолвились именами, не спросили о положении в обществе, не поинтересовались принадлежностью к блоку. Как-то негласно оба разрушили все правила знакомства установив свои собственные в которых имена – табу. Даже если они не слышали друг о друге прежде (ну вдруг), если, представившись останутся в таком же неведении – это будет уже не то. Вся загадка, иллюзия таинственности развеется и не останется ничего, с чем можно поиграть, а азарт, похоже, был не чужд ни одному из говорящих.
- Впрочем, не только Сеариву, - наконец подтвердила водная, лукаво щуря глаза. В ее мелодичном голосе, удивительно музыкальном и бархатистом для голоса воина, звучал вызов. Мол давай, расколи меня, раз уж такой хитрец-молодец. Посмотрим, кто кого. Впрочем, злобы в нем не было. Как честное состязание, Вейлона надеялась, что дракон по ту сторону видит те же правила, которые она нарисовала для себя.
- Риск наше все, о да, - самка ухмыльнулась иронично. Речи и настроения незнакомца ей импонировали все больше, он будто говорил ее собственные мысли своими словами. Так разве бывает? Наверное, нет, но что-то мистическое в этом определенно было.
- От них и рутины. Такая уж я, не могу сидеть на одном месте подолгу, монотонная работа утомляет, да и когда от тебя ждут слишком многого… Хочется забыться, почувствовать свободу. А для свободы нет поручителя вернее, чем неоправданный риск для жизни, - водная покачнула головой и забавно щурясь добавила:
- Ну знаешь, влипнуть в какую-нибудь неприятность – как долг свободного дня и все в этом духе.

+2

9

Услышав непонятный звук, Гортхаур повернул голову щекой ближе к камню. И прислушался. Было похоже на звук падения, но ничто более этой неловкой ситуации не выдал. Вейлона так оперативно взяла себя в лапы и сделала непричёмный вид, что Кровавый решил, будто ему послышалось. Или это вообще другой какой был звук. А почему нет? Тем более что здесь, в пасти водопада, звукам свойственно несколько… искажаться. Неудивительно, если голос самого Гортхаура звучит не совсем так, как обычно. Или как он привык. Но он, вероятнее всего, даже не знает, как звучит его голос, ибо сам себя слышит по-своему. Этим все страдали — неспособностью узнать, как они звучат и выглядят со стороны. Всё, что оставалось, это вечно сомневаться или раз и навсегда убедиться в том, что ты хорош и неповторим.
Да. Я хорош.
Кто-кто, а Дух мог меньше всех об этом переживать. Хотя тоже грешил тем, что поддавался изредка сомнениям. Ну это тоже, знаете ли… нельзя не делать, всё равно что нельзя не дышать.
- Сложно сказать, сделалась или нет... Но могу утверждать одно - Сеариву я не по зубам, - виконт жадно, почти плотоядно слушал каждое слово. Не исключено, что он сам придавал ответам самки этот таинственный смысл, эту манеру игры. Ведь он вполне мог нафантазировать это, а восприятие услужливо подстраивало бы всё вокруг под игру Духа. Но очень хотелось, чтобы это было не так. Поэтому Гортхаур не стал развивать эту мысль. Даже если в итоге окажется, что он сам себе это сочинил, сейчас он хочет насладиться игрой. Да и чем ещё тут по обе стороны друг от друга заниматься?
- Впрочем, не только Сеариву.
- Хах! - не сдержался кровавый и, довольно усмехнувшись, снова откинул голову назад, упираясь затылком в камень. Это хорошо… это прекрасно. Это нам нравится! Значит, наша прекрасная леди-загадка была готова играть. Она считала, что Горту она не по зубам. И бросала ответный вызов. Так он это расценил. А соперничество он уважал. Когда кто-то по ту сторону баррикад может показать крепкость духа, навык, умение… ммм… это всё добавляло азарта и интереса игре. Хотя в своей победе Гортхаур не сомневался. Он был уверен, что когда он вступает в бой, убеждённый, что выйдет из него с гордо поднятой головой, тогда уровень умений соперника лишь определяет качество процесса и интерес. Слишком самоуверенно? Может быть, может быть, зато как красиво всё ложится, когда сходится. Об излишней самоуверенности будете заявлять в случае, когда Горту обломится. Только вот никто из присутствующих здесь не знал, что обломиться им может обоим. Синхронно.
- Отлично… - проурчал с довольным рыком самец, тоже щурясь. Он смотрел в каменную стену, а сознание его было настроено на голос позади.
- Вижу, у нас с тобой есть нечто общее. Может быть даже больше, чем нам кажется, - это было отрадно, но вместе с тем своим неторопливым и осторожным, взвешенным тоном, Гортхаур давал понять, что он сам не собирается спешить с выводами насчёт количества схожестей. Предпочтёт размеренно их изучить и убедиться наверняка, чем заблаговременно бросаться в эту самую отраду.
- Завышенные ожидания, - повторил Дух на свой лад, как будто делая слова самки своими. Сейчас она с ними поигралась, покатала их в лапах и придала свою форму. Теперь настала очередь виконта. И он принял очередь, берясь за работу.
- Постоянно нужно оправдывать чьи-то планы и соответствовать чужому мировоззрение? Быть таким и делать так, а не иначе? Шагнуть сюда, сказать это, посмотреть так вот… хмм? - поинтересовался он. В тоне вопросительном, естественно, зачем утверждать, если все слова ещё поверхностны и задают только основу будущей фигуре. Наброски, из которых может выйти что-то, не совсем похожее на изначальный макет.
- А свободный день без этого долга приравнивается к рутинным будням? - дракон немного поёрзал, пытаясь усесться удобнее. На мокром полу это удавалось с переменным успехом.

+1

10

- Хах! – послышалось по ту сторону и Вейлона непроизвольно сощурилась, растянув пасть в азартной ухмылке. Занимайте свои места, дамы и господа, да держитесь крепче, игра начинается! И пусть это не было привычным состязанием, какие происходили на боевых ристалищах или дипломатских трибунах, Крис чувствовала острую потребность одержать в нем победу. Отчасти из-за самонадеянности ее соперника, по всей видимости такого же безбашенного и азартного как она сама, отчасти потому что не любила выпускать венец победы из своих лап – потом требуется много усилий, чтобы вернуть его обратно. Так или иначе это спорт, преподнесённый в виде игры, ведь в нем есть неизменный дух соревнования.
Вейлона молчаливо кивнула на слова собеседника, как если бы он мог ее видеть, но скорее для себя. Она и сама обратила внимание что нечто близкое связывает их обоих незримыми узами. Не знай Крис наверняка, что это невозможно, она бы усомнилась, не брат ли ей дракон с той стороны. Но так или иначе, где-то под коркой сознания шевелился крохотный червячок сомнения, а не выдает ли она желаемое за действительное, поспешно выдвигая столь дерзкие предположения. Они едва обменялись парой фраз, не рано ли судить? Оставалось уповать на то, что дальнейший разговор что-то прояснит и поможет расставить точки. В отношении загадочного незнакомца, своих чувств и растущих в мыслях догадок.
Но общее у двух наследников определенно было. Близкие во многом, но живущие в разных полушариях реальности. Как две стороны одной медали: сердцевина одна - по качествам и свойствам одна, но оттиск разный и разная судьба. Две стороны не могут быть одновременно на вершине, равно как не могут встретиться лицом к лицу. Далекие в своей близости, такими они были сейчас, пребывая еще в неведении.
- … посмотреть так вот, - подхватила водная, продолжая мысль собеседника вместо ответа или подтверждения. – Исполнять не пререкаясь, а имея смелость отступить – потрудись и пояснить, будь истина хоть тысячу раз на твоей стороне. Делая ждать осуждения, и не делая тоже ждать. Подчиняясь формальностям, от которых кругом голова, но и оставить все так – нельзя… Верно.
Взгляд самки был устремлен к воде, ниспадающей со скалы. Оттуда, где сидели двое было видно лишь часть водопада, которая словно бралась из неоткуда и уходила в никуда. Так и слова. Кажется, они приходили в голову сами собой. Вейлона даже не могла сказать, в какой момент думала о том, что толкала в речах. Когда-то давно – возможно, иногда – тоже да, но в данный момент голова была словно пуста и в то же время переполнена до краев. Странно, состязание началось, но напряжения пока не ощущались, то ли «бой» шел гладко, то ли это было лишь затишье перед грядущей бурей. 
- Долг есть всегда, но бывают порой передышки и… о нет, они - отнюдь не рутина. Это чувство… - драконица задумалась, запрокинув голову назад до тех пор, пока один из ее рогов не уткнулся в шероховатую каменную стену. Мысли о продолжении затянулись, растягивая и молчание, повисшее в пространстве двух сторон от каменной преграды. Внезапно на морде водной расцвела ухмылка и она, припадая ближе к стене продолжила, не то уже о другом, не то размышляя о прежнем, но ныне в новом ключе.
- Случись тебе шанс изменить мир за один день, что бы ты с этим сделал?

+1

11

Забавно, несомненно, то, что оба дракона чувствовали какую-то странную близость, но при том оба знали друга-друга настолько «чуть-чуть», что это даже не считается по-хорошему. И оба испытывали сомнения на тот счёт, не придумали ли они себе это? Не выдали ли желаемое за действительное? Ведь это очень легко делается. Гортхаур, например, очень не любил, когда так получалось. Иной раз ему нравилось так делать нарочно, но только в том случае, когда он был точно уверен в том, что это не принесёт ему никакого вреда. А когда ты не знаешь, что может скрываться за таинственной пеленой, и обманываешься? Вот это мерзко.
Тем более гордость, понимаете ли, все дела.
– Исполнять не пререкаясь, а имея смелость отступить – потрудись и пояснить, будь истина хоть тысячу раз на твоей стороне. Делая ждать осуждения, и не делая тоже ждать. Подчиняясь формальностям, от которых кругом голова, но и оставить все так – нельзя… Верно, - Кровавый щёлкнул пальцами, как будто хотел сказать «вот оно!». На деле же, незнакомка не сказала ничего очень нового, она продолжила и развила мысль Духа, но так правильно, как он сам продолжил бы её. И откуда ей так хорошо это понимать? Чем же она занимается? Или все этому подвержены? Да нет… явно не все. Но кто же она такая, та, кого гонят все те же угнетения, понятные только тем, кто ежедневно испытывает их на своей шкуре? Не исключено, что они говорят совершенно о разных сферах деятельности. Это даже вероятнее всего (о, как ты не прав, Принц, как не прав сейчас). Но ведь чувства одни и те же.
«Да, красавица, всё так» - мог бы сказать Горт и с усмешкой, будто он сотворил что-то очень классное, притянуть драконицу к себе. Но… это нельзя было сделать. Да и может там, за стеной, вовсе и не красавица сидит.
Самец опустил голову и тихо хмыкнул, уголок пасти дрогнул. Гортхаур закрыл глаза и немного покачал головой, мол, что же ты так, Наследник, не теряй бдительность, не бросайся в приземистые крайности. Этого и на родных просторах хватает.
Драконица заговорила о чувстве, которое было в моменты передышек. Но, как показалось Духу, не продолжила мысль. Он тоже молчал и ждал, что она скажет, потому что ему интересно было знать. Особенно сравнить со своим собственным ощущением по этому поводу. Тишина затянулась, а после была неожиданно прервана вопросом. Самец открыл глаза, сделавшись хмурым. Уголки пасти синхронно опустились вниз. Он остался не доволен тем, что не услышал, что там дальше про эти чувства должно быть...
- Сжёг бы всё дотла и дал родиться новому миру, новым устоям и правителям, порядкам и жизням, как говорится, дорогу новому, дорогу молодым, - мрачно отозвался дракон, довольно быстро и отрывчато. Почти без эмоций, будто это мнение вообще ему не принадлежало, а было зачитано по бумажке.
- Ты не договорила то, что хотела. Я отвечу подробнее, если ты закончишь мысль, - такой вот обмен. Тем более, что Гортхаур, возможно, несколько опрометчиво произнёс слова про сжигание всего дотла. Но есть ведь такое выражение. Что поделать, если оно так удачно совпало с расой? Может, этому не придадут много смысла. Но брать слова обратно уже поздно.

+1

12

- Сжёг бы всё дотла и дал родиться новому миру, новым устоям и правителям, порядкам и жизням, как говорится, дорогу новому, дорогу молодым, - Вейлона нахмурив надбровные дуги рывком отстранилась от стены.
Ее озадачили не столько слова – сперва она вовсе не придала им значения, сколько перемена в тоне незнакомца. На долю мгновения самке показалось, что в интонации она слышит недовольство, отразившееся на морде собеседника. Возможно показалось, в конце концов здесь было довольно шумно, но Вейлона насторожилась.
«Сжег бы дотла…» - про себя повторила она. Это было расхожее выражение, которым никогда не пользовались водные и крайне редко применяли воздушные. Разумеется, игра слов не была прямым указанием к стайной принадлежности говорящего, но как были сказаны эти слова… Шаблонно? Безжизненно? Стоило им верить, или быть может это всего лишь отмашка?
Вейлоне пришлось про-себя повторить речь собеседника не меньше десятка раз, проигрывая всякий раз по новой, чтобы различить знакомый самой ей подтекст. Эта окраска и первая фраза… портили его искажая и уродуя. Самка хотела понять - незнакомец в действительности отвечал по чести или же бросил слова на ветер, потому что хотел получить ответ на свой вопрос. Он допустил ошибку, ее фраза была с подвохом, но сама Крис этому была уже не рада. Горту придется очень постараться, чтобы отыграться в этот раз.
- Это и есть окончание мысли, - более тихо начала самка после растянувшейся в минуты паузы. – Когда случаются передышки, мне кажется, что весь мир принадлежит мне и в моей власти сделать невозможное, - она больше не улыбалась. Теперь выражение на морде было сосредоточенное и задумчивое, по которому при всем желании прочитать что-либо было очень сложно. Но Гортхаур его видеть не мог и не мог знать, как выглядит его загадочная встречная.
- Это… может быть что-то малое, а может и то, что перевернет все былые устои с ног на голову и ничто: никакие запреты и нормы, принятые в обществе, не смогут остановить меня, потому что… общество меняется. Меняются правила, меняются законы, мы сами меняемся и ко всему можно привыкнуть. Но… может ведь быть лучше, чем сейчас… - Вейлона говорила мягко и тихо, насколько это было возможно. Как если бы в толпе шептала эти слова своему собеседнику, чтобы их не услышал никто другой.
Для одних они были чем-то крамольным. Как можно, ты ведь наследница! Ты прошла через столько войн. Верная своей стае и своему Альянсу ты хочешь перевернуть то, за что борешься несколько тысяч лет? Не многие поймут, поэтому своими мыслями Вейлона почти ни с кем не делилась, они были лишь для нее. Почему сейчас решила открыть их совершенно незнакомому дракону? Возможно именно потому что не знала его, и он не знал ее. Иногда очень хотелось, чтобы эта тайна принадлежала не ей одной и возможно слишком опрометчиво делать таким избранником того, кто может оказаться и врагом, но что уж сделать. Слово не воробей, как говорится.
- А потом я возвращаюсь в это самое общество и живу в нем так как жила всегда. И делаю то, что всегда делала, - Самка царапнула когтем камень, разглядывая оставшуюся после борозду.
- Знаешь, я росла вне всего этого. Когда я была птенцом меня мало волновали границы и дела Альянсов. Я просто сбегала от родных и попадала в удивительные приключения… И в них я встречала других драконов и птенцов, с которыми водила дружбу. Из разных стай, различных рас, и я никогда не задумывалась о том, что не имею права дружить потому что кругом враги. Они ведь не были мне врагами. Все это пришло значительно позже… С войнами с кровью, я стала забывать о своем детстве, потому что на деле все оказалось гораздо сложнее.
Теперь самка точно закончила. Но задавать вопросов не стала – собеседник сам обещал ответить подробнее.

+2

13

- Это и есть окончание мысли, - Гортхаур хмыкнул, но ничего не сказал. Не стал комментировать, давая самке договорить. Полагая, что он скажет что-то ещё. И она сказала.
- Когда случаются передышки, мне кажется, что весь мир принадлежит мне и в моей власти сделать невозможное, - Кровавому Принцу тоже так казалось. Он не то, чтобы так был уверен в себе, хотя целеустремлённости ему было не занимать. Нет. Он скорее... чувствовал. Вот то самое ощущение, когда ты веришь, что тебе просто предначертано что-то сделать. Что-то изменить. Во всей это картине только было несколько моментов - несколько элементов - мешающих Гортхауру. Нужно было убрать их. И тогда путь откроется. В обход эта дорога не пройдётся. Придётся ломиться сквозь стены, сквозь противоречия, непонимание. И, скорее всего, его начнут ещё больше ненавидеть. Может, даже никогда не признают. И он так и останется тем самым огненным королём, за спиной у которого все шепчутся и переплёвываются, но в глаза не смеют сказать. Противно. Никак иначе.
- Мне тоже так кажется. Что в моей власти сделать... хах... невозможное, - он усмехнулся с какой-то горечью. И горечь эта также прослеживалась в голосе. Но вместе с тем, несмотря на это, там не было ничего, что свидетельствовало бы о порывах всё бросить, отказаться от своих идей. Опустить крылья. Воплощать их - да. Возможно, жёстко напороться - да. Оказаться непризнанным и в итоге совсем изгнанным ото всех? Да, конечно. Чувствовать боль неразделённых стремлений и потугов. Такая мелочь. Право, Гортхаур это как-нибудь переживёт. Это он так - где-нибудь наедине с собой, в дали от дома или в тёмном углу своей пещеры придавался меланхоличным мыслям, предугадывал самые страшные исходы, размышлял о том, как будет тогда жить. Но никто из тех, кто видел Духа на поле боя, не сможет провести между этими двумя его обликами связующей линии - крови, застывшей и засохшей, и крови, хлещущей во все стороны из разорванных ран, клокочущей в глотке, бьющей струёй.
На пути к своей дели, в действии, Гортхаур был ужасающе стремителен, неумолим. Не важно, что эта была за цель. Ставя её, он шёл к ней, бросаясь на копья сам так, словно бессмертен во всех смыслах, одним только своим рвением и удушающей верой в себя заставляя врагов поворачивать назад. Ха! Они боялись не той тёмной сути, что была в нём, не смерти, не боли. Они боялись того, как Горт пёр к поставленным точкам, способный снести всё, что только посмеет помешать ему и не дать воплотиться идеям.
- Но на моём пути стоят столпы. И если их не снести, то дороги дальше видно не будет. Один из них - мой отец. Он как стена, которую не обойти и не перелететь, под которую не сделать подкоп. Её можно только пробить насквозь, - Наследник давно ждал смерти своего отца. Хотя, конечно, в разговоре не упомянул ничего такого. И пробивание стены можно было расценить совершенно по-разному. Нелюбимый отец, не уделявший время своему сыну, в конце концов стал одним из самых главных врагов. Он был палкой в колесе. Он не давал Гортхауру раскрыться. Мешал ему развиваться. Держал в рамках. Давал игрушки, чтобы тот успокоился на время, но не пускал в большое дело, если Наследник сам не изворачивался, чтобы его организовать. Хоть бы кто замечал эти потуги.
- Я как будто не имею права ни голоса, ни мысли. Не важно, что ты скажешь или попытаешься сделать. Тебя будут одёргивать только потому, что ты - это ты. Потому что ты есть вот такой, не соответствующий типичной схеме. Или соответствующий не во всём. Как будто вообще было бы лучше, если бы никто о тебе не знал. Как будто ты - своего рода ошибка, - это было личное, конечно. Но оба дракона друг друга не знали. И вряд ли планировали узнать. Именно поэтому у них была возможность говорить так открыто.
- Ты права, - дракон фыркнул носом и чуть дёрнул голову. Он рассматривал стену, переходя к потолку. Был хмур и задумчив.
- Мир меняется. И всё не может оставаться прежним. Когда что-то меняется, животные адаптируются. Мутируют, учатся новому, изменяют своё поведение, принципы. Потому что те, которыми они пользовались раньше, устарели и ведут к гибели. Постепенной и неминуемой. Мы же - хуже баранов. И мне уже сейчас опротивело до тошноты заниматься бесполезным долбежом, ясно видя, что он ведёт нас всех к смерти. К упадку. К разрухе. Когда-то наш род был великим. Теперь же все мы - жалкие ошмётки былой гордости, которые пытаются себе и другим что-то доказать, с тупыми возгласами, полными завышенного самомнения, плюясь против ветра, который сносит нас и даже не напрягается, - имели ли они ввиду одну и то же? Никто не знает. Может, поймали волну. Может, думали, что поймали. Задавать такие вопросы друг другу было бы нарушением правил. А без правил эта игра уже не будет такой интересной.
Нет, конечно, в их диалоге было много слов-маяков. Они казались вполне конкретными, но Кровавый решил не спешить.
- А потом я возвращаюсь в это самое общество и живу в нем так как жила всегда. И делаю то, что всегда делала, - в ответ прозвучал согласный хмык. Дух сосредоточенно кивнул. Скорее сам для себя и своим мыслям. Сейчас ему казалось, что он больше разговаривает сам с собой. Так можно увлечься и вообще про всё забыть. Осторожно, Горт. Осторожно.
- Не могу, однако, сказать того же самого о моём детстве. Оно было несколько дурное. Надеюсь, я дал и тебе ответ на вопрос о том, что я подразумевал под своей фразой.

+2


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Тени прошлого » Сезонные злоключения волка и барашка [Гортхаур & Вейлона]