//PR Enter

Империя драконов. Возрождение

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Океан » Северное море


Северное море

Сообщений 1 страница 50 из 61

1

http://sa.uploads.ru/kgKpr.png

Северное море расположилось за Серыми равнинами, и главное его отличие - это большие запасы древнего янтаря, который прибоем выбрасывает на берег каждую осень. Учёные, маги-артефактеры, да и просто любители красивых вещиц бродят в это время по берегу, собирая куски застывшей смолы, чтобы потом использовать их в своих целях.
Кроме того, здешние воды богаты крупной жирной рыбой, что частенько привлекает сюда водных драконов.

0

2

---Бухта---
До моря Рэв добирался долго. Пусть он и исходил в своё время эти места и знал несколько удобных и относительно безопасных путей, большое расстояние от этого меньше не становилось. Кроме того, постоянно лететь он не мог - не позволяло едва зажившие крыло. "Как ни крути, а Мисансэкрес - хороший целитель. Срастить перелом так, чтобы через сутки уже можно было махать крыльями без особых проблем... Вот что значит Дух!" - Странник уважительно качнул головой. Как и большинство драконов, он мало что понимал в возможностях и обязанностях Духов и опасался с ними связываться. И при этом умудрился поспорить с одним из Величайших, нахамить другому и принести клятву верности третьему - всего за два дня. Ещё и на четвёртого полюбовался, кстати. А если вспомнить, что недавно он ещё и на Совете побывал, краем глаза увидев Глав всех стай да ещё и жив остался после этого, то жизнь, можно сказать, прожита не зря.
Ледяной усмехнулся своим мыслям. Всё, что он ценил раньше, теперь уходило на второй план. Нельзя сказать, что ему это не нравилось, но всё же столь разительные перемены не могли не беспокоить Рэва. Долгие годы он просто выживал, не заботясь о завтрашнем дне. Словно плыл по течению реки, даже не интересуясь, куда его несёт стремительный поток. Теперь же он выбрал себе направление, хотя так и не смог понять, куда приведёт новый путь. Ну и пусть. Главное, чтобы не в пустоту.
Добравшись до моря, дракон зашёл на мелководье и блаженно растянулся на песке. Провалявшись так где-то полчаса, он побрёл дальше в море и, набрав побольше воздуха в грудь, нырнул, прижав крылья к телу. Сначала вода неприятно сдавила уши, но буквально через пару минут дискомфорт ушёл: ледяной оказался в своей стихии. Рэв ещё не придумал, что именно будет ловить, и решил положиться на судьбу: что увидит, то и станет добычей.
На его драконье счастье первым на глаза охотнику попался безобидный снип, поймать которого не составляло труда даже одиночке. Права, разряды, которыми защищалась эта тварь, оказались довольно болезненными, но по сравнению с любыми другими тварями огромный угорь - просто невероятное везение. Это, к слову, было ещё одной причиной, по которой Рэв забрался так далеко на север: в море близ территорий Света было слишком много опасных тварей.
Ледяной выволок снипа на берег и вернулся в воду, чтобы наловить себе рыбы и нарвать водорослей: тащить скользкую тушу лишь на пару метров короче самого себя в когтях через все равнины он не собирался. А вот сплести какое-то подобие сети он мог. Всё равно долгая дорога и утомительная охота за вёрткой тварью вымотала все силы.

0

3

Рэв долго возился с водорослями, пытаясь сплести хотя бы подобие сети. К счастью, лапы у него росли из нужного места, а некий опыт имелся, пусть и давно забытый за ненадобностью. Так что через некоторое время если не сеть, то как минимум некое её подобие, позволяющее удержать скользкого угря, было готово. После непродолжительной "борьбы" снип был затащен на сплетённые водоросли и тщательно обмотан ими во избежание. Весь процесс сопровождался яростной руганью, т.к. туша морского жителя выскальзывала из лап и норовила "утечь". Но вот угорь упакован в кокон из морской травы, носящей в народе название щупальца Морока, ибо не каждый дракон мог выпутаться из неё, если уж не повезло и лапа или крыло увязало в переплетениях стеблей. К сожалению, вне воды она теряла большую часть своей опасности, но оставалась длинной и крепкой, а потому как нельзя более подходила для целей Рэва. Подумав, он в несколько ходок нарвал внушительный пук щупалец. Часть целителям отдаст, часть себе оставит. Будет лапы разрабатывать, а то совсем уже пальцы не гнутся. Опять же, в хозяйстве всё пригодится. А маленькая Раймис натолкнула ледяного на весьма интересные мысли. Правда, в чёткие образы они ещё не оформились, но это дело времени.
С такими мыслями Странник и отправился к землям Света. Натужно крякнул, поднимая в воздух тяжеленную тушу, но всё же смог выровняться и даже набрать некоторую высоту. Оставалось лишь молить Звёзды о снисходительности, чтобы они отвели встречных тварей с его пути. Ибо драться будет затруднительно - Иваль слишком устал для таких подвигов.
Внизу расстилалась степь, травяное море порой перемежалось островками рощиц и маленьких озёр, а летящий в небе дракон размышлял о своём месте в жизни. Во второй раз судьба круто повернула, но страха не было. Наверное, ледяной полукровка просто устал бояться. А может просто нашёл себя и своё место под Шагри. Он не знал. А те, кто знал, молчали, таинственно мерцая в холодной выси.
---Калхона---

0

4

Склоны Сеарива

Дракон бежал долго, иногда ускоряясь до достаточно большой скорости, иногда переходя на бодренькую рысь, чтобы полюбоваться местностью вокруг. Что ни говори, а снег синий любил. Пушистый, белый, холодный и с водной составляющей. Чудесный, в общем-то!
По пути к северному морю Сказитель иногда останавливался, чтобы обратить своё внимание на, например, дерево, усыпанное снегом. Синий вставал на лапы и тряс ствол, пока снег не падал вниз, осыпая его с ног до головы. Тогда, довольно вертя ушами и в снежной шубке Эван шёл дальше.
Но вот суша кончилась и началось море. Замерев у берега, дракон уставился вдаль, подумывая о том, чтобы повернуть вообще назад и, может быть, отправиться домой. А что? Хватит, нагулялся поди. И он уже собрался уйти, покуда не подскользнулся на рыбе, выброшенной на берег. Жирной такой рыбине.
С громким возгласом змеёныш рухнул на живот и приложился подбородком о... снег! Ещё один повод его любить.
Переведя взгляд на рыбину, Эван протянул лапу и потыкал в ту пальцем.
"Варёная" - вяло заключило сознание. Синий прикрыл глаза, ленясь встать и продолжая шкрябать рыбину.
"Угу..." - ещё раз подтвердилось в мыслях, а осознание доходило достаточно вяло.
Спустя от силы минуты Сказитель распахнул глаза и подскочил на лапы. Ещё раз, для убедительности и точности проведённых измерений, пощупал рыбу, понюхал её и даже на зуб попробовал, правда тут же отплевался. Как-то не очень он варёную рыбу...
- Да ладно, - повернув голову в сторону моря, громко произнёс, обращаясь конкретно к нему, - А где гарнир? - не дожидаясь ответа, синий снова полупился на рыбину и развернулся с долей некоторой неуверенности зашагав ближе к морю.

0

5

В качестве гарнира отлично сошли бы водоросли - заверни, зажарь и сжуй, - а именно водоросли были отлично видны у самой кромки воды вперемешку с разновеликой морской живностью, вынесенной на берег прибоем. Снег здесь отступил, слизанный солёной водой, зато водоросли, тёмные и разрыхлевшие, тянулись на несколько километров вдоль берега. Они определённо были варёными, как и белоглазая рыба, и покрасневшие креветки. Поодаль по берегу с важным видом разгуливали чайки, косившиеся на Эвана маленькими чёрными глазками. Они не боялись дракона, видели в нём скорее конкурента в подбирании пищи. Уж кому-кому, а им, да ещё и крабам, счастья привалило. Рыба определенно подванивала.
Кроме того, от моря ощутимо тянуло теплом. Оно не кипело, ведь синице море поджечь так и не удалось. Зато удалось кому-то другому. Вода была тёплой, слишком тёплой, даже горячей - но где-то далеко и глубоко. Здесь же, у бережка, в нём можно было бесстрашно держать лапы и даже купаться, по ощущениям здесь было градусов тридцать. Что нехарактерно как для зимнего времени в целом, так и для Северного моря в частности.

0

6

Поглядывая то на чаек, то на море, то на водоросли, Эван лениво размышлял о том, какая напасть могла заставить воду так нехарактерно нагреться, да ещё и в таком сезон. Вряд ли на это было способно какое-либо существо. Может быть магия? Не то, чтобы синий хорошо с магией ладил или понимал её глубинную суть, но кто-то как-то говорил, что она, в общем-то, у всех драконов есть, не поспоришь. Не так круто и клёво, как у настоящих магов, конечно, но есть. А источник такого локального глобального потепления ещё предстояло найти.
Вдаль над водой ничего интересного или необычного не было видно. Скорее всего, разгадка тайны скрывалась в воде. Стряхнув с лапы водоросль, дракон зашагал в воду глубже, ступая вприпрыжку, чтобы у берега не цеплять на себя много водорослей. Ориентироваться он решил по теплу, которое чувствовал в воде достаточно хорошо, как и саму воду. В конце концов, родная стихия.
Проплыв вперёд на достаточную глубину, Эван нырнул и уже в воде принялся снимать с себя остатки прицепившихся водорослей.
"Ничего так, тёпленько" - тряхнув головой, Сказитель коротко огляделся на предмет рыбы. Плавать среди мертвичинки не очень хотелось, хотя ту быстрее прибьёт к берегу или она будет держаться у поверхности. Сориентировавшись, где вода была теплее от берега, дракон змейкой двинулся в ту сторону, неторопливо снижаясь на глубину.

0

7

Вода была мутной и какой-то нехорошей, отзывалась неприятным вкусом на языке - будто в солёной ухе плыл дракон, а не в море. Где-то внизу просматривалось песчаное дно, которое отголоски гуляющих по поверхности волн сделали ребристым. Во всём, что было вокруг, царила странная гармония. Не копошились у дна местные обитатели, не охотились на них другие, куда более опасные твари. Впрочем, к Эвану тоже никто не торопился незаметно подплыть и слопать - море в определенном радиусе точно вымерло. Только белесоватые рыхлые груды, прибившиеся к камням на дне, напоминали о когда-то кишевшей здесь рыбе. Судя по всему, неприятности с морем начались достаточно давно.
Эван плыл вперёд, и из морской мглы медленно начала проступать тень. Искаженная водой и расстоянием, она сперва показалась скалой, но после обнаружилось, что эта гигантская штука висит в толще воды. И она была огромной, просто огромной, определенно превышала размерами самых крупных драконов мира сего, а уж Эвана и подавно. Кем бы ни было это существо, оно не шевелилось, и лучи низко висящей Шагри, пронизывавшие воду, заставляли Это отбрасывать странную тень на голое песчаное дно.
А ещё вода здесь была горячее, ощутимо горячее, чем у берега. Плыть ещё было можно, но становилось откровенно некомфортно, ещё сотня-другая метров - и всплывешь кверху пузом с побелевшими глазами.

0

8

Заметив подозрительную тень просто несказанных размеров, дракон чуть притормозил. Вода здесь была значительно теплее, значит направление было задано верно. Но кто знает, не станет ли температура невыносимой, если поплыть дальше. В общем-то, организм дракона был достаточно выносливым и синий был уверен, что ещё проплыть вперёд он сможет. По крайней мере понять, что за штука там виднеется впереди, очень хотелось. Одновременно с тем было как-то... мрачнова-то. Когда-то в детстве неясные большие силуэты в воде несколько пугали Эвана. Сейчас, откровенно говоря тоже, но весь страх перевешивался интересом. Пускай и осторожность бы не помешала.
Поэтому дракон решил не ломиться вперёд, а передвигаться плавно и неторопливо, постепенно приближаясь к непонятной тени и внимательно следя за обстановкой вокруг, в том числе и температурой. Резко удрать подальше, если что, синий всегда сможет. Сейчас бы надо было быть помедленнее, чем обычно. Порассудительнее.
Эван сощурился, пытаясь разглядеть, что же это такое, и негромко заговорил.
- Эй, большой добрый гриб. Давай будем дружить?

0

9

Это не отвечало и не двигалось, и по мере неторопливого продвижения вперёд изменялась только температура воды. Медленно, градус за градусом, она повышалась. Из подводной мглы проступил угловатый силуэт неподвижно висящего в воде существа, в котором не без труда удалось признать угула, повисшего кверху пузом. Гигантская глубоководная тварь была мертва окончательно и бесповоротно, и течения, а так же газы гниения, блуждающие внутри погибшего существа, заставили его всплыть практически к поверхности. Маленький мутный глаз, обращённый к Эвану, тупо смотрел сквозь дракона.
Позади издохшего угула просматривалась глубокая впадина, подводный обрыв, из которого радостно бежали к поверхности мелкие пузырьки, точно на дне работал какой-то гейзер... или что-то кипело. Угула вынесло именно оттуда, и подводный гигант не избежал участи остальных морских обитателей - он погиб в горячей воде.

0

10

- Ух ты ж... ёперный... - продолжение фразы Эван просто напросто проглотил, замерев в воде и глядя на огроменный труп некогда величественного животного. Угулы - не только огромны и неприступны, они спокойно, миролюбивы и по-своему красивы. И, честно говоря, такое большое нечто было действительно жалко в сравнении с многочисленной рыбой. Вряд ли в данном случае размеры всё определяли. Просто драконы питались рыбой и их смерть не была в новинку. А вот этот подводный корабль, живущий тысячелетиями в мерном и тихом бороздении морей и океанов.
Если даже угул... с его толстенной каменной... кожей - или как это ещё назвать - сварился там, то что будет с тоненьким змеевидным драконом, если он окажется там? Нет, нырять туда, в эту дыру, из которой шли подозрительные пузырики, было самоубийственным поступком.
Не особо брезгуя, дракон двинулся вверх к мёртвому животному, обплывая его о всех сторон и оглядывая, иногда бросая тревожный взгляд в сторону дыры. Мало ли - оттуда что вырвется.

0

11

Вблизи дохлый угул казался ещё более огромным. Был бы он живым - был бы собранным и ловким, легко плывущим сквозь толщу вод, настолько легко, что вода не выдавала его движения и массивный пластинчатый хвост не задевал подводных утёсов. Но эта глыба мяса, к тому же ещё и раздувшаяся изнутри, поражала своим величием - когда ещё удастся рассмотреть этого левиафана настолько вблизи. Его голова на неподвижной шее свисала вниз, и в приоткрытой пасти... вдруг шевельнулся короткий язык.
А потом он подмигнул. Что в принципе было ещё более странно, потому что подводным существам моргать нет никакой необходимости, у них и века-то нет.
Но в остальном угул совершенно не шевелился, если не считать слабого, еле заметного кручения вокруг собственной оси. Столб кипятка, поднимавшийся откуда-то со дна морской впадины, расходился волнами тепла, которые понемногу шевелили издохшее чудовище. На фоне опалесцирующего облака пузыриков он выглядел зловеще, но и немного живописно.

0

12

Когда мёртвый угул подозрительно подмигнул, дракон чуть дёрнулся. Заняв вертикальное положение в воде и немного изогнув спину, Эван поджал лапы, продолжая чуть помахивать хвостом в воде. Некоторое время Сказитель пристально смотрел в глаз мертвецу с расстояния, точно ожидая, что он повторит своё действие. Но пока этого не происходило, а терпением синий наделён не был.
И язык поди ты шевельнулся.
Определённо заинтересованный телом этой редкой махины больше чем, нечтом, походившим на гейзер, внизу (да и что интересоваться - подплыви и сварись, ничего занимательного), дракон подплыл ещё ближе, чуть ли не вплотную к злополучному глазу. Всё таки было крайне интересно узнать, как это чудо моргнуло. Или от тёплой воды уже галлюцинации пошли, что врядли. Эван достаточно хорошо переносил разные температуры. Тем более в воде.
Вытянув морду вперёд, а телом подавшись назад, Эв сощурился, вглядываясь в пустой глаз. Даже уже лапу протянул, чтобы пощупать. Не сам глаз, благо, а область вокруг него, состроив при том такое наигранно учёное лицо, будто всё это смертельно важно и имеет неописуемое значение. В общем, напустил пафоса на себя.

0

13

Глаз, испугавшись протягивающейся к нему лапы, вылетел из глазницы и рассыпался, расплываясь в стороны. Сюрреалистичная в первую секунду картина объяснилась тем, что это был никакой на самом деле не глаз, а около пяти крохотных рыбок, почти прозрачных - не больше пальца длиной, которые копошились в глазнице левиафана, подъедая содержимое, но Эван спугнул их. Они бросились врассыпную и исчезли в мутной морской мгле.
Такие же рыбки копались и в другом глазу, и в пасти, шевеля заодно язык угула. Возможно, они присосались также в районе жабр или ещё в какой-нибудь уязвимой точке, не защищённой твёрдой бронёй, которая покрывала всё тело подводного чудовища. Словом, существа, которых угул мог есть при жизни, теперь поедали его самого. Колесо жизни и смерти, все дела.

+1

14

От неожиданно вырвавшегося наружу "глаза" Эван чуть дёрнулся назад, практически кувыркнувшись в воде, но вовремя взмахнул хвостом, чтобы такого кувырка не произошло. Испуг был мимолётным и прошёл также быстро, как и появился. Вылупившись на стайки рыбок, дракон моргнул чуть недоумённо. Нет, в целом, картина его не пугала. Она была довольно естественно. Просто это было достаточно неожиданно - не более того.
Быстро обплыв вертикально угула ещё раз, Сказитель скользнул змейкой вниз - к той самой дыре, откуда шло тепло. Можно было попробовать подплыть настолько, насколько того позволяла температура. Тем не менее, дракон держался края, а не центра. Для начала - там вода была чуть холоднее сравнительно с центром, да и если это окажется каким-нибудь подводным гейзером, то синий точно успеет отплыть в сторону, нежели станет живой мишенью для новой порции варёного мяска.

0

15

Из провала шпарило таким кипятком, что в первый миг он казался ледяным, обжигающе-ледяным, а не горячим. Сунь туда лапу - и её мигом обварит до костей. У краёв, впрочем, она была просто очень горячей. Достаточно, чтобы понять - сунься в эпицентр и превратишься в варёного дракона с облезшей шерстью и трепыхающимися, как плавнички, лоскутами кожи.
Рыбёшки, между тем, сообразив, что странный чужак больше не претендует на их пищу, вновь заняли свои позиции, по крошечке объедая плоть огромного чудовища. Для таких малюток его должно хватить лет на десять вперёд, если не больше. А так в целом ничего необыкновенного здесь действительно не было, одни существа всегда поедали других. Таков закон природы.
А в провале делать сейчас уж точно нечего, там верная смерть. Не получалось даже заглянуть и посмотреть, что там на дне, тоже не вариант. Вода там побелела от крутого кипятка и стремилась к поверхности этаким столбом из крохотных пузырьков.

0

16

Сообразив, что пытаться приблизиться к столбу бессмысленно, Эван отплыл чуть в сторону. Держа дистанцию, но не теряя из поля зрения провал. Находясь в относительной близости и безопасности. Тоже относительной.
Страха синий не испытывал. Только жгучий интерес узнать, что же там внутри. А так как заглянуть напрямую не получалось... возможно, найдутся какие-нибудь обходные пути.
Развернувшись в воде носом вниз, дракон стрелой устремился ко дну, чтобы внимательно изучить его. Не просто, конечно, а вокруг прогалины. Спустившись вниз и поглядывая иногда на столб кипятка, дракон начал шерудить передними лапками по дну и поглядывать по сторонам. Поднимая песок и передвигая камушки, Эван надеялся, что где-то здесь может оказаться ещё какой-нибудь ход или что-то, что он не заметил находясь вверху.

0

17

Никаких ходов, рычагов и тому подобного, здесь не было - только голое пустое дно на много миль вокруг, где погибли даже немногочисленные водоросли и теперь колыхались, прибиваясь волнами к берегу, слизистой темной массой вперемешку с погибшими морскими животными. Даже во рту оставался странный вкус от этой воды - точно плаваешь в жиденьком рыбном супе.
Угула с поедавшими его мелкими рыбёшками тоже потихоньку несло к берегу. Всё новая и новая мелочь подплывала откуда-то, совершенно не обращая внимания на ползающего по дну дракона. Потом, возможно, тяжёлую объеденную тушу выхлестнет волной на песок, где он и благополучно сгниёт, ничего после себя не оставив.
Кипящая вода сварила даже подводного левиафана - в этом всём определенно есть кое-что странное.

0

18

Насупившись, точно до жути обиженные ребёнок, которому не дали что-то подержать, узнать или поиграться, Эван хлестанул хвостом по воде, зависнув на месте. На некоторое время он отвлёкся размышлениями, которые поплыли куда-то в другую сторону, назад в прошлое.
"Интересно, а Рогвина она бы сварила? Это всё же вода. С одной стороны. А с другой она такая горячая, хмх" - воспоминания об огненном напомнили и о болезни. Чувствовал себя синий, так к слову, просто великолепно. Никаких симптомов не ощущал, так что либо болезнь оказалась не заразна, либо Сказитель просто везучий. Да и мало ли чего ещё.
"А может я уже болен? И всё это - галлюцинации на почве нереальной температуры?" - собственно, вполне себе ничего так объяснение. Логичное. Можно даже проверить - сунуть лапу в кольцо ада. И дракон уже готов был это сделать, но в последний момент засомневался и лапу решил поберечь. Скривившись, точно изображая страшный и усердный мыслительный процесс, водный резко принял горизонтальное положение и начал с бешеной скоростью раскручивать вокруг сего котла торнадо. Он мог бы помочь собрать всё горячую воду в реальное кольцо. Тогда посередине будет безопасно, что позволит резко туда проникнуть и всё же попытаться заглянуть. Будет время и вынырнуть обратно из этого ока бури через её верхушку. Торнадо после раскручивания способно некоторое время держаться само.

0

19

Шалость удалась. Вода, помимо того, что была горячей, качественно ничем не отличалась от любой и другой воды, так что послушно сделавшись водоворотом и став на пару десятков градусов холоднее в своём эпицентре, позволила Эвану заглянуть в загадочную донную утробу.
Заглянуть - да и только. Успеть увидеть мигающий красный глазок, огонёк или даже фонарик, тонущий в белой пузырящейся мгле, пока вода не хлынула обратно, возвращаясь к неспешному течению к поверхности моря, как и велели законы физики. Дрейфовавшего поодаль угула тоже окатило волной кипятка, растревоженного юрким драконом, его даже отнесло на несколько метров в сторону. Что, впрочем, ничуть не затронуло рыбок-падальщиков. Вода их не испугала, это же не дракон, который теоретически вполне способен покуситься на их законную добычу. А от волны маленькие полупрозрачные создания, почти невидимые в морской воде, только хвостиками затрепетали, да плавничками своими крошечными, чтобы не оторвало их от мёртвого угула. Что волна? Фигня волна. Пусть  даже - кипящая.

0

20

Шикнув, дракон отплыл подальше назад - обратно к угулу - чтобы если что, не ошпариться водой. Как-то рядом с этим большим, хоть и мертвецом, чувствуешь себя защищённо и не так одиноко. Правда совета от этой глыбы не дождёшься, но что ж. Вряд ли он и в живом виде смог бы его дать.
Ну и что ж. Ну и подумаешь.
Ничего особо, кроме какого-то огонька внизу, рассмотреть не  удалось. В любом случае не получится туда попасть. А торнадо сам по себе держаться не будет. Вот если бы рядом был ещё кто, можно было бы отправить вниз. Может быть.
Скосив взгляд на мелких рыбёшек рядом, синий неожиданно резко ухватил одну лапой, отрывая от трапезы, и запустил прямо в эпицентр с довольно скептичным выражением на морде.

0

21

Рыбка, увлеченная своим блюдом, слишком поздно заметила стремительную драконью лапу. Метнулась было в сторону, бессмысленно хлопнув круглым ртом, в который быстро втянулось несколько тонких мясных волокон, и тут же Эван ухватил её и забросил прямо в кипящий столб.
Примерно секунду ничего не происходило, и вот-вот уже, казалось, волна вынесет очередное сваренное заживо тельце, добавив лишнюю вкусовую нотку в океан рыбного позитива, но нет. Возмущенно трепеща плавниками, полупрозрачная рыба выскочила бурлящего потока и вернулась к тому, от чего её столь бесцеремонно отвлекли, а именно - к угулу. Проплыла такая мимо Эвана, как ни в чём не бывало, и забуравилась куда-то в пасть усопшему левиафану, скрывшись таким образом из виду.
По крайней мере на её аппетит это событие никак не повлияло.

0

22

- Опа опа! - всхлестнул лапами дракон, когда рыбка выплыла из смертельного кипятка живая и невредимая и, будучи абсолютно безмозглой, поплыла обратно кушать. Провожая её пристальным взглядом, Эван не скрывал своего удивления и даже радости. Только что с этой радостью делать, как и с самой рыбой? Не обвязаться же ими и не нацепить на себя, точно броню. Весь не закроешься, да и дело крайне трудоёмкое и... даже для синего оно выглядело больно глупо. Стоило только представить себя в липких трупиках рыбки. Может, дело было и не в их чешу, а в них самих. Особой магии Эван сам по себе почувствовать не мог. Ну так, среднюю статистическую.
- И как там? - поинтересовался он у рыбы, которая на него и внимания не обратила, - Ништяк, правда? Я тоже как-нибудь хочу записаться на горячие процедуры, ты бы мне посоветовала? - и не особо раздумывая, продолжая рассуждать начатым образом, Сказитель протянул лапу, хватая несчастную рыбку. Притянул её обратно и довольно бесцеремонно, храня непривычно скептичное лицо, откусил бедняжке голову. Прожевал для вида и проглотил. Стал прислушиваться к ощущениям. Ну, рыба - она везде рыба. В конце концов, они ей питаются, так что ничего странного.

+1

23

Рыбка ничего не сказала. Естественно, она же рыба - и сегодня был определённо не её день. Не успела вгрызться как следует в уже изрядно пожёванный сотнями маленьких ртов язык угула, как Эван вновь ухватил её поперёк туловища.
Дальше была тьма.
Для рыбки.
Для Эвана же был хруст чешуи и костей на зубах, затем рыбный вкус во рту, и, наконец, ощущение, что здешние воды стали совсем на капелюшечку комфортнее, примерно на одну рыбью голову. Если бы кто-то начал измерять температуру в рыбах, то было бы именно так.
Конечно, на самом деле температура не изменилась ни на градус, но выносить её стало немного легче, но, само собой, для ныряния в кипяток недостаточно.
Больше никаких интересных событий не случилось.

0

24

Эван моргнул, полупившись взглядом перед собой. Потом передёрнулся всем телом, точно новые ощущения были настолько выразительны. Но нет.
А вот вода действительно стала казаться менее горячей. Запихнув себе в рот всю рыбину, дракон проглотил её практически не жуя. Ну а что? У водных организм крепкий. Переварит за так.
- Простите, ребят, - произнёс Сказитель без особого сожаления и, раззявив пасть, ринулся со всей скоростью прямо на стайку, пронзая её, точно стрела. Собственно, не так уж он и был голоден, но ради дела можно себя и заставить. Ловить рыбу - дело довольно привычное для водного дракона. Стайка то мелких рыбок будет или же какая-то крупная рыбёшка. Со стайками бывает проще. Особенно в таком количестве. Тут куда голову не поверни - кто-нибудь на зуб всё равно попадётся. А с гибкостью Эвана и способностью быстро и резко выворачиваться во всевозможные стороны это было ещё проще.

0

25

Рыбья популяция прыснула в стороны, справедливо рассудив, что дракон, заинтересованный в рыбе, несёт опасность - пусть даже он не слишком голоден. Серебристой лентой вспугнутый косяк помчался прочь, но Эвану хватило и того, что он наловил. Одна за другой рыбки проскакивали в желудок, а дальше начинала действовать особая магия... ну или особые свойства рыбьей слизи, здесь уже вопрос к учёным.
Маленькие полупрозрачные рыбёшки на время даровали Эвану свою невосприимчивость к кипящей воде, и дракон слопал их вполне достаточно и теперь по ощущениям здесь было скорее холодно, хотя глаза настойчиво продолжали твердить обратное. Кто будет достаточно неадекватен для того, чтобы нырнуть в столб кипятка, безмятежно продолжавший бурлить неподалёку?
Только объевшийся волшебной рыбы дракон.

+1

26

Какой такой псих, наевшись сомнительной рыбы, кинется в кипяток? Эван конечно. Такого бодренького и живенького придурка ещё поискать надо.
Так как было неясно, насколько долго закрепилось это чувство бессмертия и неуязвимости, подталкивающее к геройству, будет лучше, если время не потратится зря. А посему следует поспешить. Спешить у синего получалось неплохо. Потыкав хвостом в поток воды и убедившись, что хвост остался на месте и не обварился, Сказитель бодро и с воинственным кличем нырнул прямиком в смертоносное месиво. Ну а что? Если таким козявкам ничего не было, то ему тоже не будет. До поры до времени. Может до тех пор, пока рыбки остаются в организме. А может, у эффекта есть своя особая продолжительность. Остаётся надеяться, что это волшебство не исчезнет резко и мгновенно, что даже жизнь перед глазами пролететь не успеет.
Чтобы в меньшей степени беспокоиться об этом, находясь в эпицентре кипятка, дракон стрелой рванул вниз, стремительно углубляясь.

0

27

Всё вокруг бурлило и было белым. Какие-то части мозга настойчиво вопили, что здесь ОПАСНО, что нужно НЕМЕДЛЕННО УПЛЫВАТЬ, пока шкура и мясо не начали слезать с костей, но... на чисто физическом уровне всё было не так уж плохо. Длинная и мягкая синяя шерсть дракона колыхалась, послушно следуя за движением кипящих потоков, но даже волосок не потерялся со шкуры Эвана, пока он плыл к эпицентру того, что заставляло воду кипеть.
Из белой мути снова проступил красный свет, вот только на сей раз ничто не мешало к нему невозбранно подплыть и, допустим, потрогать. Затем, по мере продвижения вниз, стали проявляться и другие детали - голые острозубые камни, побелевшие от кипятка кораллы и погибшие ракушки. Только налопавшемуся рыбы дракону всё было нипочём.
Красный свет вспыхнул ещё на миг, а потом медленно сфокусировался в чем-то очень маленьком и очень красном, лежащем на самом дне провала, в ямке под скальным выступом.

0

28

Ощущая себя вполне таки ничего, дракон бодренько начал устремляться вниз. Туда, где, кажется, видел заманчивый красный блеск. Возможно, этот огонёк является ловушкой. Привлекает тех, кого заманит его красивый блеск, а на самом деле на дне скрывается страшный хищник, который проглотит тебя своей огромной пастью сразу же, как ты к нему приблизишься. Но тогда этому монстру определённо не по чём кипящая вода. Или он тоже наелся всякой чудодейственной рыбы.
Эван улыбается от такой мысли. Почему-то она совсем не кажется ему страшной - даже наоборот. Милой. Он видит монстра большим, неповоротливым, ленивым и толстым. А синий, несомненно, быстр и ловок.
Поймав взглядом вновь блеснувший огонёк, который виделся ему в тот раз, когда Сказитель буквально раздвинул шторки кипятка, чтобы заглянуть в тайну на мгновение, ускорился.

0

29

Крохотная маленькая вещь лежала там внизу, закатившись под выступ. Её немного занесло песком, но исходивший от неё свет был достаточно ярким, а тепло - достаточно сильным, чтобы заставить море кипеть... Хотя внешне не представляла собой ничего выдающегося, это был всего лишь стеклянный шарик с вязко плещущейся внутри жидкостью, которая светилась ярким красным сиянием.
Дополнительно стоит отметить тот факт, что если дракон сейчас протянет к ней лапу и схватит, болезненных и опасных для жизни состояний не последует, ибо такова магия этой вещички, которую посеял здесь какой-то растяпа достаточно давно, чтобы она успела таким вот образом нагреть воду. Может, пролетал над водой и уронил, может плыл и убился об угула, возможно даже того самого, чья дохлая туша сейчас шла на прокорм местным рыбам. Правды мы уже никогда не узнаем.

0

30

- Здравствуй, божественное пламя, которое я принесу водным драконам, - воскликнул синий бодро и тут же добавил уже менее весело, - А они прикуют меня цепями к скале и стервятник будет клевать мою печень. По графику, - передёрнувшись, оскалился и поторопился вниз - к неведомой манящей штуке.
Спустившись вниз, дракон первым делом легонько зацепил светящуюся штуку хвостом, а, убедившись, что ничего страшного не произошло, взял лапы. Может, после того, как эффект волшебных рыбок иссякнет, она и обожжёт лапы, но пока всё было в норме. Неизвестно также, оставил ли её кто специально и может ли она вообще пригодиться, но тут её оставлять определённо не стоило. Вероятно, на поверхности она не будет так опасна.
- Это ты тут шалишь, малышка? - Сказитель чуть погладил её коготком и направился вверх, сжимая лапами свою находку.

0

31

Квест завершён.
Начислено - 100 имп.
Приобретено - артефакт, маленький стеклянный шарик с красной жидкостью. Служит источником тепла.

0

32

<<< Пещеры на восточном склоне

Первым делом Дух увидел под собой бесконечное пространство воды. На катящихся к берегу волнам блеснули отсветы пламени, как всегда рождавшегося, когда он в очередной раз проходил через портал. Следом нос почуял запах соли и водорослей, а уши услышали рокот прибоя. Редкий запах, редкий звук - по крайней мере для Духа Огня. У моря он бывал всего раз-два, и обчёлся: слишком уж большой массив воды. Некомфортно.
Портал, высадивший Фламментайна в нескольких сотнях метров над водой, закрылся, фыркнув стремительно потухшими искрами. Сам же дракон поймал поток ветра распахнутыми крыльями и воспарил. Полночь близится, а зимой темнеет рано. На востоке только и виднелась сероватая полоска, оставшаяся от заката, и та быстро таяла.
Но собственно, где же Светлейшая морда? Даже промахнись Фламментайн на несколько десятков метров от предложенного места встречи - вряд ли Рин его не заметит. Больно заметная уж фигура, этот огненный. Значительная длина, яркий окрас, окончание хвоста, вспыхивающее ярким оранжевым светом, какой бывает внутри у прогорающего угля... Чертовски хорош собой этот дракон. И вовсе не самовлюблённый, как мнится некоторым Светломордым.
Фламментайн несколько раз взмахнул крыльями, набирая высоту, и заскользил, наворачивая круги над морем и чувствуя, как холодные потоки воздуха касаются впалого брюха. Если он сюда ещё и Аграила притащит, вот будут проблемы - но это лишний раз докажет всю гнилую натуру Светлых, которую они столь старательно скрывают под белыми и пушистыми масками.
А если нет - очко в пользу Рина, пожалуй, можно выдать. Тем более что в умении управлять водой он замечен не был.

0

33

Ночь. Тёмные волны бьют о скалы мерно, неутомимо, вечно. Кажется, ничто не способно нарушить спокойствие ночного океана. Но нет: тёмную синеву полуночного неба, словно заблудившийся сноп солнечных лучей, разрезает ровный овал портала. Его свет отбрасывает тени на ближайшие скалы, он виден издали. Эльсирин не желал скрываться от кого бы то ни было. Не здесь и не сейчас. Один могучий взмах оперённых крыльев перенёс его из окрестностей Элтена к бескрайнему северному морю. Свежий ветер наполнил силой его крылья, он казался плотным от присутствующих в нём соляных испарений. Громкий взмах крыльев, один, второй. Дух Порядка оглядел окрестности, выискивая врага. Его острейшее зрение пасовало перед ночной темнотой, неровный свет двух лун и мерцание звёзд – слишком мало, чтобы различить пикирующего на тебя врага. В этом отношении ему следовало порадоваться, что на бой он вызвал Фламентайна, а не Верраяла или кого-то из Тёмной братии: Дух Огня никогда не слыл большим спецом по маскировке. Но радоваться не хотелось.
Меж тем, Фламентайн и впрямь не заставил искать себя под микроскопом. Развернувшись в сторону Огненного, Эльсирин вновь заработал крыльями, сокращая дистанцию, ровно, плавно. Силы ему ещё пригодятся. А вот смутные опасения о том, что Фламентайна ему придётся разыскивать с прожектором не оправдались: Огненный фонил артефактами на пол побережья, заставляя Светлейшего испытывать серьёзный соблазн утопить всю эту бижутерию вместе с владельцем, и приложить сверху камешком потяжелее, чтоб не всплыло. Но как ни парадоксально, полная физическая победа была в числе наименее благоприятных исходов поединка, даже менее благоприятной, чем его, Эльсирина, собственная гибель. Безусловно, многие Тёмные считали Духа Порядка порядочной сволочью и мордомером, оправдывая тем самым все свои пороки. Обычно, заявляли они об этом тогда, когда на своей шкуре убеждались в простой истине: доброта и любовь ко всему сущему не мешали Эльсирину пользоваться мозгами и рассчитывать свои и чужие действия на три шага вперёд. Вот и сейчас, отправляясь на схватку с превосходящими силами Мрака, он позаботился о том, чтобы Светлый Альянс вынес пользу даже в случае его поражения и безвременной кончины. Впрочем, развоплощаться ему не хотелось, даже не смотря на то, что в духовной форме он смог бы воссоединиться с Аллинэей…
Светлейший тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли. Его грудь вздымалась плавно, и сердце внутри лишь немного ускорило свой ход, закачивая в мышцы и мозг свежую кровь. Преимущественно, всё таки в мозг: в лапоборстве он Фламентайну не соперник, это Эльсирин понимал хорошо. А раз и противник это понимает… то своевременное применение собственного парного артефакта могло оказаться решающим поворотом во всей битве. Но до этого было ещё рано, слишком рано.
- Взгляни на море, Фламентайн – звучный голос Духа Порядка разлетелся далеко, в то время, как сам он завис неподалёку. – Даже ты можешь понять его очарование, Огненный.
Дракон раздул ноздри, втягивая морской воздух полной грудью, а потом выдохнул облачко заиндевелого пара:
- Приступим, если ты, конечно, не желаешь заменить наш бой гонкой или строительством песчаных замков. Но ты не захочешь, потому что проиграешь. Твой ход, Огненный.

+1

34

Фламментайн вместо ответа обидно захохотал, брызнув струйками огня из пасти. Рин действительно прилетел драться, ну кто бы мог подумать. Говорили, что у северной стаи кровь холоднее, чем у рыб, но Глава Светлых бодро перечеркнул весь этот стереотип, явившись разбираться лично. Странный он. Сильно странный. Впрочем, оно и к лучшему - пять тысяч лет Дух Огня возглавлял стаю, и чуть меньше этого времени всё было относительно мирно между Главами. Ну, не считая словесных обещаний выдрать друг другу глаза на каждом Совете. Не то что раньше - грудью сшибиться друг с другом где-нибудь на открытом пространстве и вот это вот всё. Эльсирин, не столь давно ставший Главой (и видимо настолько неожиданно для самого себя, что у него ум за разум зашёл), решил поговорить по-старинке.
Насмеявшись вдоволь, Фламментайн взмахнул крыльями, набирая высоту. Атаковать первым? Хочется, аж чешется. Кто там следующий по счёту Наследник у стаи Света? У Эльсирина вообще дети были, или он действительно такой пуританин-недотрога, каким всегда Духу Огня казался? Сам Фламментайн настругал аж семерых или около того, аж со счёту сбился.
Ну да ладно.
- Чур, не царапаться и не визжать, - фыркая, предупредил его Фламментайн и лёг на крыло, плавно разворачиваясь вокруг Эльсирина. Интересно, вспышка ярости, побудившая Светлейшего сейчас ночь не спать, а бить фасад Главе огненных, была единичным случаем, или можно ещё разок так сделать?
- Прежде, чем ты превратишься в жареного Главу, ответь на один вопрос, - начал Дух, - Фаусту, когда он обрюхатил Ирллуа, тоже от тебя влетело? Вопрос сугубо на интерес, он меня тоже раздражает, пусть и брат он мне. Или это тебе от него досталось? Иначе я не могу придумать причину, по которой ты его отпустил.

+1

35

Эльсирин вежливо дождался, пока утихнет смех Огненного, и при этом взгляд его излучал понимание и толику заботы. Так смотрят санитары психологических лечебниц на безобидные причуды своих пациентов. Странные всё же создания, эти Огненные. Вроде мыслят здраво, но совершенно не владеют собой, словно дети. Огромные, смертельно опасные и огнедышащие дети Арамэльмендиз, будь трижды проклято её имя. Их импульсивность была абсурдна, но их сила была велика…
- Я не буду… визжать. Но за когти не обещаю – с каменной мордой ответил Светлейший, бесстрашно позволяя Фламентайну кружить вокруг, аки собачка на привязи. – Но и тебе следует воздержаться от дальнейших оскорблений, они меня нервируют.
Вот она, философия Света и сила правды, в чистом виде: Эльсирин знал, что его искренность не найдёт поддержки в глазах Духа Огня, но он знал и то, что уколы Фламентайна были так же далеки от сути вещей, как Саяри от звёзд. Стал ли он преследовать Фауса и Ирллуа? Нет, конечно не стал. И дело тут было отнюдь не в менталитете Светлой Стаи. Просто когда схлынул шок от случившегося, Эльсирин осознал, что понимает ученицу. Любовь была величайшей слабостью сильных, уж кому об этом знать, как не ему, кто стал жертвой интриг в своей собственной Стае? Он не был уверен ни в искренности Фауста, ни в том, сколь долог будет их союз с Ирллуа… Но на примере Лито Эльсирин так же познал, что любовь, даже порождённая ложью и обманом, способна принести в мир частицу Добра, и что она неизбежна, непреодолима, неподкупна. Со временем он всё больше склонялся к мысли о том, что любовь является одной из величайших сил мира, и это наполняло его сердце радостью, ибо Тёмные, как оказалось, тоже подвластны любви.
Всё это делало выпады Фламентайна бессильными, но это была та часть правды, которую Духу Огня, быть может, не постичь никогда. Хотя, кто знает? В любом случае, пока противник занят придумыванием новых пошлостей в бесперспективном рвении его уязвить, его разум остаётся занят и закрыт для более опасных мыслей, а это было преимуществом. Эльсирин не собирался играть уязвлённое самолюбие (за неимением последнего), но и разубеждать Огненного так же не спешил. Всякая истина познаётся с трудом, а некоторые истины можно понять, лишь испытав их на собственной шкуре. Так что, дослушав очередную обидную реплику Огненного, он не стал яриться, дёргать хвостом и клацать зубами. Вместо этого, Дух Порядка открыл над головой противника портал, сквозь который на голову Фламентайну обрушился шквал солёной океанской воды, несколько особо невезучих рыбок и рак, красный, что сам Дух Огня. «Душ» по замыслу Эльсирина должен был продлиться всего несколько секунд, но для того, чтобы сбить с противника спесь, а то и самого противника сбить в волны морские, этого было более чем достаточно.
- Услуга за услугу? – прорычал Светлейший, перекрикивая шум импровизированного водопада. – Скажи мне, как ты планируешь использовать заразу, которая в эти секунды убивает твой народ, и я дам все ответы про Иррлуа и Фауста, какие ты только пожелаешь. Можешь считать это последним желанием покойника, если это успокоит твою гордость.
Конечно, Эльсирин прекрасно понимал, что играет с Огнём – с большой буквы – и что возмездие будет стремительным и жестоким. Чтож, пускай. Он готов ко всему.

+1

36

------------ Пещеры на восточном склоне
Как ни старалась Уинифрид, а к месту действия она опоздала. Отчасти от того, что драконица не умела строить порталы, а на то, чтобы отыскать свежующего в этом деле знакомца, ей понадобилось время. Отчасти из-за того, что и Духи решили сменить место разборок, и минут пятнадцать Дух Молний кружилась над морем, высматривая уже знакомую ей красную шкуру.
Однако Фламментайн был слишком заметен, чтобы его проглядеть.
Похоже, у Эльсирина тоже не возникло затруднений с поиском соперника. Уинифрид издалека наблюдала за появлением светлого. Впервые ей довелось присутствовать при встречи двух глав враждующих стай. Опасно, конечно, но уж больно любопытно.
И Дух заработала крыльями, направляясь к уже начавшим беседу врагам. Ветер доносил до драконицы только обрывки слов. Что-то про Фауста и Иррлуа, но что? С такого расстояния не услыхать. Надо бы поторопиться, иначе она пропустит самое интересное.
Но нет, зря Уини волновалась. Над головой Фламментайна разверзлось небо и прямо на воплощение огня рухнуло маленькое рыбное озеро.
Ай-да Эльсирин! Ай-да его Светлейшество!
Ситуация казалась Уинифрид сверхзабавной. Она захохотала так, что чуть сама не свалилась в воду. Справившись со ставшими вдруг непослушными крыльями, она заложила лихой вираж, благоразумно не приближаясь к Фламментайну и одобрительно крикнула Эльсирину.
-Браво, ваше Светлейшество! Экий фокус!
Впрочем, сейчас фокус покажет огненный и лучше бы Уинифрид держать дистанцию, чтобы не попасть под горячую лапу. Дух Молний поднялась повыше, однако улетать не спешила.

0

37

Фламментайн в очередной раз разворачивался вокруг Эльсирина, чья шкура поблёскивала во мраке перламутром, как вдруг над головой развёрзся портал, извергающий поток воды: отвратительной, холодной и мокрой. По носу щёлкнула, отскочив, какая-то рыбёшка.
Изумлённо рявкнув, Дух несколько потерял высоту. Мембраны на крыльях конечно насквозь не промокнут, но прибитые водой, заставили дракона отклониться от курса. Прежде, чем Рин использует это в своих интересах, Фламментайн поспешил уйти из-под гнусного водопада и ухнул в собственный портал. Очутиться в воде уж никак не хотелось, Дух Огня даже не был уверен в том, что умеет плавать. Что-то щёлкнуло, блеснула огненная вспышка, быстро смытая водой, и Фламментайн, весь в облаке пара от исчезающей с шкуры воды, возник на торчащей из моря скале чуть поодаль. Вцепившись в ноздреватый камень когтями, он свирепо уставился на Светлошкурого. Пар истаял быстро, оставив на чешуе белые крупинки соли - и ещё бы не быстро, если края чешуй раскалились, расцветив Фламментайна ярко-оранжевыми узорами.
- Да пошли они оба... в Бездну. И ты следом, - прохрипел огненный, снова поднимаясь в воздух, взяв курс строго на Эльсирина. Впрочем, сколько бы не строил Рин из себя ничуть не оскорблённое достоинство, Фламментайн остался иного мнения. Зацепило его упоминание любимой племяшки всуе, и осыпающаяся с крыльев соль тому подтверждение.
А сказав, разинул полную редких, но вполне себе острых зубов пасть, приметив только краем глаза мелькнувший поодаль от Эльсирина силуэт, в котором признал Духа Молний. Увязалась, глядите-ка. Вопит что-то восторженно. Но разверзшиеся хляби требовали дать сдачи виновному в незапланированном купании, и Уинифрид может летать, сколько её душеньке удобно, лишь бы под лапу не лезла.
Грудь самца раздулась на мгновение, и тут же, ничем более не сдерживаемый, ринулся на свободу яростный огонь, к которому Фламментайн, заботясь о том, что пламя достало Светлейшего, подбавил немного магии. Пламенная струя, игнорируя законы физики, раскалилась до почти белоснежного цвета и летела прямиком в Эльсирина, вытянувшись в форму, подобную длинной пике.

+1

38

Вид вожака Огненных, сушащего пёрышки, мог бы вызвать улыбку на морде любого обитателя Саяри, не исключая, вероятно, зловредную Арамэльмендиз. Эльсирин не стал исключением, хотя для того, чтобы заметить улыбку, мелькнувшую на его треугольной физиономии, наблюдателю пришлось бы постараться, столь мимолётная и незначительна была она. Чтобы победить перекачанного волшебной амуницией Фламентайна, ему нужна была ясная и спокойная голова. У него был план, у него была тактика. Но чего они стоят перед лицом всесокрушающего пламени покажет лишь время. Наблюдая за тем, как Дух Огня покинул свой насест и устремился к нему прямым курсом, Эльсирин приготовил новый портал, дабы перенаправить его ответный удар, когда вдруг…
-Браво, ваше Светлейшество! Экий фокус!
Дух Порядка вздрогнул, его увенчанная алой перьевой короной голова качнулась на мускулистой лебединой шее, разворачиваясь на звук. За свистом ветра, шумом волн и хлопаньем собственных крыльев, Эльсирин не сумел разобрать голос незваной гостьи, но ожидания им владели самые худшие, перед его внутренним взором цветным вихрем пронеслась череда догадок, предположений и образов.
«Тёмным верить нельзя. Предательство. Ловушка. Западня. Ксора?!».
Надо сказать, перспектива угодить между Духами Огня и Земли едва не лишила его самообладания. Если бы Фламентайн позвал на их маленький тет-а-тет подружку, честный бой мгновенно обратился бы травлей и преследованием, но к счастью, это была не Ксора. В фиолетовых глазах Эльсирина мелькнуло узнавание, в следующий миг, узкие чёрные щели его зрачков расширились, Дух Порядка резко взмахнул крыльями, бросая себя в сторону, разворачиваясь к надвигающей огненной смерти. Из его пасти вместе с яростным рыком вырвался поток леденящего ветра, но поздно. Огненное копьё пробило выставленное как щит облако морозного дыхания Духа Порядка и гулко ударило его в грудь. Сбитый с небес, Эльсирин закувыркался в падении, его перья вспыхнули жалящим огнём, а на груди появилась глубокая чёрная отметина, окружённая широким ободом обожженной чешуи.
Казалось, ещё немного – и Дух Порядка рухнет в море, но за миг до падения, между ним и тёмными водами вспыхнул золотой портал. Эльсирин возник чуть в стороне от Фламентайна, в вихре солёных брызг, затушивших терзавшее его пламя. Боль, пронзившая его грудь, казалось, достигала самого сердца, и не собиралась утихать в ближайшее время, но чтобы остановить Духа Порядка нужно нечто большее. Инерция падения всё ещё владела его телом, но поскольку портал выходил строго перпендикулярно уровню земли, то и её вектор оказался изменён, а Эльсирин промчался мимо Огненного сверкающим золотистым метеором, оставляя за собой запах палёных перьев, тонкий дымный след и… шлейф из сверкающей пыли, источаемой его уцелевшим оперением. Пролетая мимо, Дух Порядка от души съездил по физиономии Огненного хвостом, уповая не столько на костяной шип, наполненный парализующим ядом, сколько на сверкающую пыльцу, источаемую окружавшими этот шип пышными перьями и способную погрузить противника в здоровый, крепкий Серый Сон.
- Бездна – это то, что ждёт всех нас, если вы, Тёмные, продолжите валять дурака! – рявкнул напоследок Эльсирин и устремился вниз, планируя над самой водной гладью.

Отредактировано Эльсирин (6 Ноя 2014 09:00:19)

+1

39

Запах подожжённого противника - что может быть приятнее? Фламментайн получил немалое наслаждение, наблюдая, как Эльсирин с зияющим ожогом на груди теряет высоту. Разумеется, одного тычка Главе стаи Света оказалось мало, чтобы отказаться от самоубийственного намерения продолжать щекотать Фламментайна. Или чтобы умереть. Конечно нет. Подхватив самого себя порталом, Рин пронёсся мимо, вскользь шлёпнув Духа Огня хвостом по морде, пока тот хлопал крыльями в надежде увернуться. Спрятанный в пушистых перьях шип царапнул по чешуе. Но чешуя по то и есть, чтобы давать морде защиту. Так только, не вполне приятно вышло. Вот золотистый шлейф, тянущийся за Эльсирином, был куда как хуже. Не ожидающий подвоха Фламментайн втянул воздух, готовясь изрыгать пламя, заодно с толикой сонной пыльцы.
- Ты постоянно лезешь не в своё дело, Рин, - крикнул огненный вслед противнику, выплюнув несколько клочков огня и дыма, которые цели не достигли. - Это плохо кончится.
Эльсирин заскользил над водой, тем самым отрезав Фламментайну все возможности к более тесному сближению с противником. В воде огонь погаснет, тем более в столько плотном и солёном объёме. Даже упади на него Огненный сверху - оба окажутся в море. Даёт ли Аграил уроки плавания союзникам? Может статься, что так. Хитрый манёвр, но и мы не пальцем деланы. А Матерью-Тьмой из дикого огня сотворены.
Фламментайн набирал высоту, не теряя Рина из виду, тем более что это было несложно - на фоне волн, кажущихся в темноте чернильными, его силуэт был отлично виден. Уж больно он, - хаха, - светлый. Прикинув примерную траекторию движения Рина, если только этот дерзкий хитрец не уйдёт из-под атаки раньше, Фламментайн открыл ему прямо перед мордой портал, расположенный выходом к скале, на которой он чуть ранее сох, как ворона на мосту.
Успеет ли разогнанный Эльсирин уйти, не расквасив свой нос? Кто потушит разъярённый пожар, дремавший так долго до сей поры? Узнаем после перерыва.
Странное дело, но Фламментайн происходящему был искренне счастлив. Огонь тлел, не приходя в движение, слишком долго. Последняя крупная стычка произошла полвека назад - это слишком давно. Не получая пищи, пламя гаснет. А текущие события позволяли Духу выплеснуть всё своё дурное настроение, накопившееся за долгие годы. Сидите на Советах, жалкие лентяи, рассуждайте и треплите языками, а нам дайте только располосовать кого-нибудь когтями, обратить в пепел и сжечь так, чтобы и костей не осталось...
Фламментайн тряхнул головой, пытаясь изгнать неясно откуда накатившую сонливость. Стареет, что ли? Издав громогласный и яростный рёв, он вспыхнул ярким пламенем, обратившись в пожар на чёрном небе.

0

40

Эльсирин огромной чайкой летел над тёмным массивом океанских вод, стремясь увлечь противника вслед за собой, поближе к враждебной ему стихии. Встречный ветер милосердно обдувал его обожженную грудь ночным хладом, обугленные перья больше не дымили. Он не без труда разобрал слова самонадеянного предводителя Огненных, и позволил себе улыбнуться. Пусть верит, что превосходство в силе позволит ему добиться победы. Пусть считает, что нет приёма против его Огня. Так и задумал Дух Порядка, на то он и рассчитывал.
- Плохо? Хм… Да! Плохо! – прозвучал в ответ его сильный, чистый голос. – Сейча… кр!
Вид распахнувшегося прямо перед его носом портала заставил его глаза округлиться, а пасть – издать удивлённый рык. Вот только вместе с рычанием, его уста покинул короткий, ослепительно яркий импульс света, ударивший прямиком в скалу впереди. Заботливо прогретый Духом Огня камень от столь грубого воздействия громыхнул, разлетелся тучей раскалённых осколков, сквозь которую, пригнув голову и прижав к туловищу крылья, промчался Эльсирин. Горячие камни прошлись по тёплой белоснежной чешуе, не причинив серьёзного вреда, но вот крыльям повезло куда меньше. И когда Дух Порядка отчаянно замахал ими, выравнивая полёт в считанных сантиметрах от ближайшей волны и подняв тучу брызг, вслед за ним тянулся неприметный кровавый шлейф.
Игнорируя новые очаги боли, Светлейший бросил взгляд в сторону Фламентайна и… бросил в атаку всю мощь своего разума, постаравшись вложить в ослабленный действием сонных чар разум врага следующую мысль:
- Да, Фламентайн. Плохо. Очень, очень плохо. Тёмные плохие. Арамэльмендиз плохая. Верраял плохой. Очень плохой. А ты, Фламентайн… Ты хорош. Вам с ними не по пути. Тот, кто хорош, не может идти по пути с плохими, ибо они его недостойны. А достойны его те, кто делает правое дело. Те, кто хороши.
Меж тем, он раскинул свои кровоточащие крылья, зависнув над самой водой. Нет, Эльсирин конечно не верил в то, что Дух Огня вот прям сходу заявит о своей верности Светлому Альянсу… Но если его внушение сумеет посеять хотя бы тень сомнений в разуме врага, это уже будет победой. Пламя заливало собой весь небосклон, заставив даже его могучее сердце испытать тень страха. Нет, Эльсирин не боялся смерти. В каком-то смысле, он даже хотел побыстрее умереть и встретиться с Аллинэей, но долг не давал ему ни малейшего шанса. К тому же, Эльсирин не представлял, как посмотрит ей в глаза и скажет, что сдался. В глазах Духа Порядка отразилась решимость. Он не подведёт Мать-Свет. Не имеет права подвести.
- ФЛАМЕНТАЙН, ПРИДИ К СВЕТУ!
То был уже не спокойный, убеждающий голос. То был призыв, яростный крик. Приказ, поднявшийся из самых глубин созидательной натуры Старшего Духа, возведённый в абсолют. Ему невозможно было сопротивляться хотя бы потому, что вложенная в него сила делала его частью свершённого, частью абсолютной необходимости, Судьбой.

+1

41

Морская скала разлетелась с эффектным грохотом, который прозвучал для Фламментайна, становившегося всё более сонным с каждым мгновением, подобно разряду грома, который слился воедино с очередным шумным рёвом, производимым глоткой самца. Но было бы наивно рассчитывать, что Эльсирин таки влетит в скалу носом, чай, не первый день на свете живёт. Как и наивно было считать, что старый подлец Фламментайн на ура сменит свои взгляды на жизнь и планы на будущее, хоть ты ему с горкой этой пыльцы насыпь.
Для этого нужно немного больше.
Вкрадчивый голос Светлейшего грубо ворвался в слегка поплывшее сознание огненного Главы, который, весь окутавшись пламенем как легендарный феникс, парил на изрядной высоте, выслеживая своего противника. В солёном морском воздухе остро пахло кровью. Значит, где-то его зацепило. Значит, кровь. Кровь – это плохо. Тёмные – плохие. Ужасно плохие. Хуже некуда просто…
Тряхнув головой, Фламментайн фыркнул и развернулся, вновь отыскав Эльсирина взглядом и во многом – нюхом. Белые перья испятнало красным. Вот он, вновь как на ладони. Оскаливаясь и подёргивая головой в бесплодной попытке изгнать непрошенные мысли, Дух начал надуваться, готовясь изрыгнуть такой поток пламени, как никогда прежде.
И, вероятно, очень плохо тем самым поступить. Почти как тёмные.
Крылья хлопали, раздувая танцующее на мембранах пламя. Собственный огонь завораживал ничуть не меньше, чем истечение дикой лавы по склонам Шагриара. Огонь прекрасен, он… он даёт свет, ничуть не хуже, чем это делает сам Эльсирин. А тёмные, они никакого света не дают, тёмные – они…
Плохие.
Объятая огнём грудь раздулась, и огонь был везде – плясал по загривку, по длинным выгнутым рогам и в глазах, и в глубине приоткрытой пасти, где-то в самом горле, тоже полыхало. Фламментайн выгнул шею, целясь в Эльсирина, на миг заметив собственное отражение в чёрной морской воде – яркое, сияющее почти солнечным светом, и…
- ФЛАММЕНТАЙН, ПРИДИ К СВЕТУ! – проревело в мозгу, самым нахальным образом миновав уши. Дух Огня фыркнул, несколько энергичнее взмахнув крыльями. Горение на шкуре поутихло, усмиряясь было, но в зародившемся в подкорке контексте «Тёмные - бяка», ему вдруг вспомнилась Вильварин. Дорогая лавовая подруга. Пятьдесят процентов Огня. Пятьдесят процентов Тьмы. Она – она никак не могла быть плохой, очень даже наоборот. Куча совместно нажитых детей и полное доверие друг к другу. Тысяча обугленных ящериц, да он ей пост собственного Заместителя пожаловал. Он… он собственную кровь ей отдавал, чтобы она была жива. И это вовсе не может быть плохо. Нельзя любить только пятьдесят процентов. И испытывать доверие только к ним же.
Потемневший на шкуре огонь полыхнул снова, яростно и дико, раскаляясь до красного, рыжего, жёлтого… и вот белый цвет, белое пламя, переливающееся голубым на кончике каждого раскалённого языка. Разъярённый Дух Огня, почуяв наконец, что его пытаются провести, изверг в адрес Эльсирина полыхающий столб, по цвету почти не отличающийся от пожара на его собственной шкуре. Попадёт – обожжёт, обожжёт так, что на первый миг покажется ледяным. Обуглит до кости, саму кость обратит в чёрный песок. Вот что это такое.
- ПОДАВИСЬ СВОИМ СВЕТОМ! – прорычал в ответ Фламментайн. Слова слились с рёвом, став почти неразборчивыми.
И снова – накатывающая нездоровая сонливость. Доведённый до белого каления в буквальном смысле слова, Дух не стал дожидаться, пока рухнет в воду, подведённый собственными крыльями, и снова попёр в атаку.

+2

42

Красная, красная кровь стекала вниз тонкими ручейками, по белой перепонке и огненно-красным перьям, стекала и падала вниз, дабы раствориться в морской воде. Каждый взмах был болью, и хоть Эльсирин умело загнал это чувство куда подальше, оно продолжало зудеть у него в голове, словно невидимые песчаные часы, отсчитывая время. А небо, меж тем, заполнялось огнём, небо давило и пригибало его всё ниже и ниже, к безопасной, холодной воде. Зрелище было… впечатляющим. Огонь был силой, и эта сила подавляла. Бороться с ней в прямом противоборстве было бесполезно, да он и не пробовал. Вместо этого, Дух Парядка завис над самой водой и с тревогой ожидал, пока те мысли, которые он вложил в голову Огненного, дадут всходы. Мимоходом Светлейший подумал о том, что было бы неплохо, если бы это знаминательное событие произошло при его жизни. Мысль показалась дракону дико двусмысленной, и он слегка улыбнулся.
И словно в ответ – свечение ярящегося пламени наверху словно приугасло. Удивлённый и окрылённый внезапной надеждой, Эльсирин вскинул четырёхрогую голову, и его глаза заиграли сапфировой голубизной в свете ярящегося огня. Неужели у него получилось? Впрочем, надежда-надеждой, а здравый смысл Духа Порядка не оставил, и к бешенной атаке Фламентайна он был готов. Завидев рухнувший с небес огненный вал, Дух Порядка не предпринял бесполезных попыток блокировать его собственным морозным дыханием. Не пытался он и уйти от разбушевавшейся стихии. Вместо этого, он создал между собой и потоком пламени портал, перенаправив огненный залп оппонента прямо в воду неподалёку от себя. Океан закипел, взъярился и с шипением исторг из себя здоровенное облако шипящего пара, мгновенно заполнившее собой окрестности, скрыв Эльсирина от вражеских глаз и, что куда важнее, ноздрей.
Горячий пар обжёг ноздри и перепонку, от него пуще прежнего засаднили полученные раны, но в сравнении с тем, что ждало его в случае, обернись натиск Духа Огня успехом – это была сущая мелочь.
- Истина и добро побеждают, Фламентайн. Твой огонь тебе не поможет.
Своими словами, Эльсирин старался не только и не столько раздразнить оппонента, подтолкнув его к совершению желанной ошибки, но донести до него хорошо и давно известную ему прописную истину. Добро побеждает. Зло исчезает.
Получив краткую передышку, Дух Порядка поспешил сменить позицию и переместился поближе к островерхим скалам. Там, он воззвал к своей исцеляющей магии, и Фламентайн мог заметить, как воссияло издали яркое золотистое сияние, раскинувшееся, наподобие драконьих крыльев. Свет был яркий и ровный, от него веяло спокойной силой и теплом. Воистину, могучие чары применил Светлейший в час великой нужды! Одна беда, там где был свет – не было его. А он, отслеживая перемещения Огненного с помощью биолокации, парил в стороне и усиленно лечил островерхую скалу, готовясь спикировать на противника, как только тот попадётся на приманку. Нечестно? Может быть. Но и выходить на бой, обвешавшись кучей артефактов было не очень-то спортивно, так что, Эльсирин по справедливости считал, что Фламентайн будет не в обиде. Тем более, что убивать или калечить Огненного он не собирался.

+2

43

Присутствовать при такой демонстрации силы – захватывающе и очень опасно. Враги так увлечены друг другом, что врядли озабочены безопасностью Духа, что вертится рядом. Впрочем, Уинифрид такой заботы и не ожидала. Авось и своими силами шкуру сохранит.
Ей пришлось подняться очень высоко, чтобы огонь Фламментайна  не прокоптил бы и ее крыльев. Чувства драконица испытывала противоречивые. Несомненно, Дух Огня завоевал ее уважение. Пусть и твердолобый, но зато перед Порядком спины не гнет, в своих силах более чем уверен. Светлый тоже не промах – у него магия вроде бы не столь эффектная, однако… У этого тоже порядком сюрпризов.
Наблюдать за ними – одно удовольствие. Жалко только, Уини не могла определить, какой стороне она больше симпатизирует.
А решить, кто же у нее ходить в фаворитах, надо было. Ибо с каждой минутой Молнии все больше хотелось вмешаться. Оставаться в стороне, когда все вокруг дымить и сверкает чрезвычайно сложно. И пусть она на фоне сошедшихся гигантов – блоха в шкуре драконовой кошки, парочка вставленных ею словечек тоже не помешает.
Пока ей удавалось сдерживаться, убеждая себя, что ее вмешательство не сыграет чести тому, на чьей стороне она выступит.
Но она все же нырнула вниз, к скале, где сейчас светлый зализывал раны. Промчалась над его головой, привлеченная его целительским мастерством или просто сиянием шкуры. Если так дело пойдет, Фламментайн пришибет его раньше, чем Эльсирин сумеет воззвать к несуществующему в огненном свету. Намекнуть ему об этом что ли?
-Плохи дела, Светлейший, - крикнула она сверху. – Нынче Огонь тут правит балом. Неужто придется мне лицезреть смерть еще одного главы Света?
Тут она приврала, конечно. Смерти Дочери она не видела. А вот понаблюдать за падением Эльсирина была бы не против. И дело тут вовсе не в антипатии. Молния любила яркое зрелище, порою не задумываясь, чем же оное обойдется для действующих лиц.

0

44

Бешено молотя крыльями, с которых при каждом взмахе слетали огненные брызги, Фламментайн кинулся вдогонку за собственной пламенной волной, рассчитывая вцепиться в Рина когтями, рухнув на него сразу после огня. Сознание затапливали ярость и азарт, практически вытеснив даже собственные мысли, что уж говорить о крамоле, которую Эльсирин старательно пытался подселить в голову огненного Духа. Но на полпути был вынужден затормозить, вертикально повернув крылья. Мембраны надулись, встречая сопротивление воздуха, и причина тому - открывшийся на пути огненного шторма портал, который поглотил его и выбросил прямо в воду.
Фламментайн громогласно взревел, снова заметив Эльсирина и вьющуюся поодаль Уинифрид. Как бы не пришлось ждать ножа в спину, чью сторону поддерживает Дух Молний, казалось вполне очевидным, и это был отнюдь не Дух Огня.
Мотнув головой в очередной бесплодной попытке стряхнуть сон, Фламментайн тяжело повернулся к Эльсирину. Эльсирин в свою очередь исчез в тумане, затянувшем поверхность моря. Очутившись в молочно-белом растворе, Дух Огня пролетел несколько десятков метров к тому месту, где Светлый только что был. Разумеется, отуда он уже убрался.
- Туман долго не продержится, Рин, - глумливо проорал Фламментайн, прекрасно зная, что противник его услышит. В ответ вдалеке вспыхнуло золотом знакомое свечение, ещё через секунду донёсся далёкий голос Уинифрид. Фыркая, Дух Огня начал набирать высоту, чтобы подняться над туманным облаком. Конечно, по-прежнему не было видно ни Эльсирина, ни единственного зрителя этой, - что греха таить, - весьма эффектной схватки.
Но Дух сделал кое-что иное.
На море обрушилась очередная волна огня, извергаемая пастью Фламментайна. Планируя вдоль туманного облака, он прочертил его огненной струёй от края до края, рассчитывая зацепить то место, где только что мерцало сияние. Едва ли Рину достанется, едва ли... В проклятом тумане ничего не видно. Опалесцирующее пятно, похожее на брошенный в воду клок ваты, вспыхнуло изнутри оранжевым. Огонь неизбежно попал в море, добавив ещё немного пара. Слетать пониже Фламментайн совершенно не желал, крайне озабоченный собственным желанием прикорнуть где-нибудь на бережку, и сосредоточенно следил за белым пятном, внутри которого укрылся Глава стаи Света. Попытка отвлечься приводила к неизбежному помутнению собственного разума и...
Скрипнув зубами, Фламментайн хаотично отправил в туманный клок пару Тисков, которые бесплодно защёлкали там, никого не зацепив.

0

45

Эльсирин никогда не ценил трусость. Ложь или подлость он и вовсе презирал и ненавидел, как паразитов, осквернявших умы обитателей Саяри. Но он и не был дураком. Идти в лобовую на Духа Огня было равносильно смерти, смерти бессмысленной, которая повлечёт за собой множество других смертей. Тут, хочешь-не хочешь, придётся применять смекалку. И он применил, и ждал, зависнув над скалами, кои активно «лечил» своей магией. Пусть Фламентайн летит как светлячок на пламя свечи, пусть обманется лёгкой победой. В конце-концов, всё, чего хотел Эльсирин – это открыть Духу Огня глаза на истинное положение дел. Тот оказался стоек ко внушению, и этого следовало ожидать. Оставалось одно – показать. Показать, к чему приведёт мир злоба Арамэльмендиз, побороть её ложь и то зло, что она посеяла в своих детях. И ради этого, ради истины и понимания, не жаль было никаких уловок. Но вот – он ощутил поблизости присутствие чего-то живого, благо, биолокации не был страшен туман…
И едва не позволил поймать себя на одну и ту же уловку. Благо, его навыков хватило, чтобы отличить Уинфрид от Фламентайна, да и огненный, судя по всему, находился где-то поблизости. Откровенно говоря, к этому моменту Дух Порядка тоже не сомневался, на чьей стороне выступает в этой битве Уинфрид. И оставлять ей возможность и дальше тыкать ему хвостом в спину Эльсирин не собирался. Так что, вместо того, чтобы дальше лечить скалу – он принялся лечить Уинфрид, отчётливо подсвечивая её драконьи очертания для свирепого врага сквозь пелену тумана. А уж сумеет ли тот понять, что промахнулся Духом – это отдельный вопрос.
- Мне не нужна вечность. Чтобы позволить тебе стать жертвой твоего же предательства, мне хватит и минуты. Позвать на поединок младшую сестру? Я ожидал от тебя большего, Дух Огня.
И началось… огонь оставлял в паровом облаке широкие траншеи и испарял целые океанские валы, опадая вниз. Сам вид этого зрелища заставлял его ожоги болеть с утроенной силой. Поколебавшись, Эльсирин прекратил подсветку ложной цели, сиречь, Уинфрид. Он не желал смерти Духу Молний, хотя её выкрутасы и обошлись ему жжёной дырой на груди. Хватит с неё и толики того шквала, что Фламентайн предназначал ему.
- Смерть – далеко не худший из концов, сводная сестра – поколебавшись, «радировал» он ей. – Никто из нас не обречён продлится вечно, мы, как и все, живём, чтоб повториться, чтоб дать рожденье новому. Началу лучших дней. И коли я паду, рассветом станет палмя моих погребальных огней. Подумай об этом, и о том, что предательство подобно бумерангу. Сегодня ты предала, а завтра – предадут тебя. Нужна ли тебе такая жизнь?
И когда рывок Фламентайна был уже на излёте и обрушились на скалы его «Тиски»... Эльсирин сорвался в крутое пике. Воздух обжигал холодом, его грудь словно терзала тысяча когтей, но он молчал, всем телом обратившись в одно смертоносное копьё. Все силы своего тела и духа вложил он в тот рывок, и был подобен сверкающему белым золотом копью. Все помыслы, все силы – на то, чтобы настигнуть цель и воспользоваться заклинанием, которое уже потрескивало на кончиках когтистых лап. Настичь. Коснуться. То что будет дальше – не в его руках, он может лишь подтолкнуть ход вещей… И он подтолкнул, всей своей массой обрушившись на Духа Огня, пытаясь схватить того за голову. Внизу – проносились морские скалы, и если его приём удастся, их с Фламентайном физическим оболочкам не поздоровится. Но отчего-то, Эльсирину было всё равно. Это был его лучший ход. И только оказавшись в считанных метрах от врага, он позволил себе издать яростный рёв, сквозь которые, словно свет фонаря сквозь плотную ширму, прозвучало одно единственное слово:
- Смотри!
Коли Духу Порядка удастся его трюк, и он сумеет схватить буйную Фламову голову, вселенная вокруг них померкнет, обратившись в чернильный мрак. Вокруг раскинется бездна открытого космоса, рассечённая кинжалами звёздных огней. Позади обнаружится рой каменных обломков, окружённый облаком космической пыли. А впереди… Впереди огромная, кроваво-красная, окружённая пламенеющей короной, будет догорать свои последние минуты звезда. Тишина будет абсолютной, ни дуновения ветерка, ни плеска морских волн не нарушит величавого спокойствия этого Царства Смерти. Тишина. Гнетущее чувство полного, абсолютного одиночества, будто на всём белом свете более не осталось ни единого живого существа. Покой. Вечный покой. И пустота, застывшая в вечном молчании.

Visual

http://i66.fastpic.ru/thumb/2014/1130/98/944bb44d779cefb3a96d07bf102bfa98.jpeg

Погружение столь могучего разума в иллюзорный мир было задачей сложной и трудоёмкой, каждая минута, что Фламентайн проводил в созданном им видении, отнимала прорву сил. Впрочем, оно того стоило – иллюзия была на удивление жива и реалистична. И нужно ли удивляться? Ведь её Дух Порядка предвидел не один раз, и чем дальше – тем чаще она омрачала его разум. Её следы, её предвестников Эльсирин замечал повсюду, и, что самое ужасное, предотвратить её приход было сложнее, чем сдвинуть материки и высушить океан. Той силой, что придало картине гибнущего мира такое правдоподобие, такую глубину и детальность, был страх. Панический страх дракона, видевшего, как его мир, камешек за камешком, летит в пустоту, то почти останавливаясь, то срываясь вниз каменной лавиной. Это была его величайшая тайна, и её же Эльсирин обратил… нет, не в оружие. Но в средство убедить врага в необходимости сменить приоритеты.

+1

46

- Она явилась по своей воле, Эльсирин. Тебе знакомо понятие свободы воли? - загудел в мозгу Светлейшего мрачный бас Духа Огня. Если бы найти самого оппонента физически было так же просто, как дотянуться до его сознания...
Фламментайн продолжал нарезать круги и спирали над клубящимся облаком тумана, извергая туда, раз за разом, целые снопы, столбы, колонны разъярённого огня, которые, прошивая белую муть, в итоге попадали в море, отчего производилось ещё больше пара, и видимость снижалась ещё больше... Эльсирин был там, был где-то там. Дух Огня улавливал творимые им заклинания и прицельно стрелял пламенеющими очередями по вспышкам света, которые рождались внутри тумана как молнии в грозовом облаке. Наконец, вспыхнул золотом драконий силуэт, и Фламментайн кинулся вниз в крутом пике. Мембраны прижатых к бокам крыльев задрожали, приводимые в движение заструившимся мимо огненного дракона воздухом. Ещё мгновение - и объятый огнём дракон ухнул в туманное облако в поисках светящегося силуэта. И нашёл - сияющая драконица вовсе не была решившим подлечиться Эльсирином, то была Уинифрид, чьёй смерти Фламментайн совершенно не желал. Раздражённо рявкнув, он распахнул крылья в нескольких десятках метров над водой и его тяжеленную раскалённую тушу мотнуло вверх. Во все стороны посыпались искры.
- Где он? - всхрапнул Дух, впрочем, не надеясь на ответ, и забил крыльями, пытаясь вернуться на прежнюю высоту. Чёрная вода, на которой колыхалось туманное облако, гипнотизировала почти так же, как беззвёздная Бездна, широко раскинувшаяся над головой.
Вновь полыхнула золотая вспышка. Фламментайн тяжело развернулся в воздухе, рванув туда. Выставленные вперёд крючковатые когти сияли багрянцем, отражая свечение с объятой пламенем шкуры. Изготовившись, он отправил в светящееся пятно ещё одни разрушительные Тиски, которые вгрызлись в пустую скалу. Во все стороны брызнули каменные обломки.
- Смотри! - проревел чужой голос. От Фламментайна, раздражать которого сейчас было всё равно что подносить зажжёную свечу к пороховой бочке, брызнули в стороны огненные кольца, а следом в голову вцепились чужие лапы, и чья-то чешуя скрипнула о его собственную.
Сознание, изъеденное сонной пыльцой, и совершенно не готовое к такому сближению, благополучно отчалило в сотканный Эльсирином иллюзорный мир. Тело же... Лапы туши, объятой огнём, вцепились в плечи Рина. Крылья беспорядочно забили по воздуху, не в силах более удержать своего владельца в небе, и Дух рухнул на рифовую отмель, где все восемьдесят с лишним футов красной чешуи, огня и ненависти застряли между острых скользких зубьев. Что-то явственно хрустнуло, и следом накатила высокая волна, потушившая ярящееся на шкуре пламя и залив распахнутую пасть, из которой немедленно повалили клубы чёрного дыма.
То было в мире физическом.
В ментальном же плане, явившемся из представлений Эльсирина, что внедрились в сознание Фламментайна, происходило следующее.
Только что мир был захвачен белой пеленой, чёрной водой и стуком собственной крови в ушах. Затем - короткое прикосновение к голове, и больше не стало ничего. Фламментайн на миг моргнул, а когда вновь открыл глаза, узрел ничего, кроме чёрного пространства в любой точке, куда ни глянь. Паря на распахнутых крыльях - хотя не на чем было парить, он увидел гибнущую звезду в ореоле неправильной формы обломков, и сияющее зарево, которым была окружена она, и которое по яркости соперничало с совсем уж далёкими звёздами.
- Да, Рин. Это Бездна, - сказал, а может и подумал, Дух Огня. Одновременно понимая разумом, что это всё не может быть правдой, и притом оценивая всё происходящее как ещё одно поле для битвы, самец медленно шевельнул крыльями, крутанувшись вокруг своей оси в поисках Эльсирина.

+2

47

Изрядно подкопченная Уинифрид приземлилась на рифовую отмель. Вода коснулась ее разгоряченных лап  и поскорее отхлынула, не желая превращаться в невесомый пар. Здесь его и так многовато, зачем же расходовать драгоценную влагу?
Уини встреча  с водой тоже удовольствия не доставила. Раздраженно отряхнув лапы, словно драконова кошка, она заспешила вперед, где среди облака пара алела туша Духа Огня. А рядом распростерся Пресветлый, обхватив голову соперника лапами, словно желая показать ему что-то.
Вот только Молнии совершенно не хотелось знать, что именно. Эльсирин уже успел показать, что ничего хорошего от него ожидать не стоит. Тому прямое доказательство ее покрытая серой копотью чешуя.
Да, пламя Фламментайна нашло цель. И Уинифрид спасла только скорость да природная устойчивость к высокой температуре. Вот и урок на всю жизнь. Не стоит вертеться так близко, когда титаны выясняют отношения. Прихлопнут муху, да и не заметят.
Однако сейчас враги присмирели, и Дух может творить с ними все, что пожелает. Всегда готовая удрать при малейшем признаке пробуждения кого-либо из драконов. Гремучка обошла соперников по кругу и, убедившись в том, что оный ей вреда не причинят, приблизилась вплотную.
Титаны не были мертвы. Бока их раздумались, медленно, но весьма заметно. Они словно улеглись отдыхать после тяжкого изнурительного труда. Только вот кто спить в разгар битвы?
Дело лап Пресвелого, не иначе!
Ай-да Эльсирин. Что ж, глава Света здорово переменил Уини во мнении относительно себя самого и его подопечных. Никак не ожидала она, что и с этими любителями мира и порядка, следует держать ухо востро.
Фрид аккуратно похлопала Фламментайна по боку. Дракон на это не отреагировал, чем ее безумно порадовал. Потерев от предвкушения ладони, Дух принялась отковыривать от шкуры огненного чешуйки. Парочка из них, что уже явно готовилась смениться другими, поддались ее коготкам и упали на ладонь драконицы. Закончив с огненным, Уинифрид перебралась к Эльсирину. Со светлым она церемониться не стала. Ухватившись за его прекрасную перьевую гриву, она безжалостно вырвала клок, надеясь, что даже пребывая без сознания, дракон почувствует боль. Собрав свою добычу, Уинифрид улетела на берег и как следует припрятала ее среди тяжелых камней.
Вернувшись к драконам, она улеглась на безопасном отдалении и принялась наблюдать за почивающими драконами.

0

48

Эльсирин обнаружился быстро, его светящийся молочной белизной образ парил позади Огненного и чуть «выше» его, если в этом месте были уместны подобные определения. В физическом же мире, он лежал на скалах неподалёку от Фламентайна, неудобно подвернув широкое крыло. Он и впрямь казался спящим, но когда Уинфрид принялась обдёргивать его перьевую корону, длинный хвост Духа Порядка дёрнулся один раз, другой… а потом с размаху ткнул Молниеносную костяным шипом, прячущимся среди пушистых перьев хвоста, прямо в мягкое место. Рефлексы, граждане, просто рефлексы. Вряд ли сам Эльсирин догадывался о том, сколь опасно было для соратников будить его от заслуженного сна, но факта это не меняло: верный хвост стоял на страже хозяина. Ныне он изогнулся ядовитой коброй, словно говоря: «Ну-ну, хочешь навредить хозяину? Тогда сначала придётся переступить через меня!». В любом случае, месть хвоста, решительная и беспощадная, малость запоздала, и покорённая клептоманией Уинфрид сумела таки вырвать пучок перьев из яркой короны Светлейшего. Вряд ли парализующий яд доставит серьёзные хлопоты Младшему Духу, но вот сидеть на мягком месте Уинфрид не сможет ещё очень долго.
Меж тем, в мире иллюзорном, Эльсирин перевёл дыхание и собрался с мыслями. Первая часть его плана прошла без серьёзных осложнений, если не считать за таковые посеченные крылья и обожженную до самой кости грудь. Сейчас ему потребуются все силы, причём, это будут не силы тела, но силы души, силы воли. А им, по святому убеждению Духа Порядка, Фламентайну нечего было противопоставить. Огненный был один, за Эльсирином же стояла Стая, весь мир, сердца и умы живущих и память об умерших. Дух Порядка наполнил незримым воздухом свою грудь, ощущая, как что-то болезненно дёргает его за перья на голове. Эта мелочь не могла нарушить его концентрации, не могла остановить сокрушительный удар.
- Да! – его голос прозвучал со всех сторон, оттенённый лёгким эхо. – Это конец всего. Полюбуйся!
И три немаленьких глыбы, повинуясь жесту когтистой лапы, закованной в белую чешую, игравшую в свете гибнущей звезды золотом и багрянцем, были брошены в Фламентайна со скоростью пикирующего ястреба. Но фиг с ними, с астероидами – за ними явственно чувствовалась воля, спокойная, решительная и грозная, способная расплющить всякого, кто встанет на пути.
- Вот венец твоих стараний, твоих и всех Тёмных! Разуй глаза, Дух Огня: в прошлый раз битва Стай кончилась разрушением Элтена, и с тех пор мы только наращивали свою мощь. Вспомни, кто это сделал! Вспомни, кто нанёс нашему миру зияющую рану! И ты служишь ему?! В конце не останется даже пыли…
«Смотри на меня, Мать-Свет и не оставь в час высшей нужды. Я был создан тобой, чтобы бороться с Тьмой, чтобы восстанавливать тот урон, что враги нанесли нашему дому, чтобы не допустить его разрушения. И если только силы не оставят меня… Сегодня я исполню свой долг, то, ради чего был сотворён тобою. Смотри, ибо я верю в тебя и в то, что мы победим».
Так думал он, и душа его пела, и не было в те секунды существа счастливее, чем Дух Порядка, устремлённый к высшей цели, подобно сверкающему клинку, в самое сердце Великой Тьмы.
«Добро побеждает, враг мой. Каким бы сильным и непобедимым не казалось зло, добро в наших сердцах и делах возьмёт верх. Всегда».

Отредактировано Эльсирин (17 Дек 2014 00:21:00)

+2

49

Определённо можно было бы поспорить относительно качества силы воли каждого из столкнувшихся собственными разумами драконов, но воля - величина неисчислимая. Во всяком случае, Фламментайну без особенных усилий удалось превозмочь воображаемые астероиды, направленные в него, взорвав их над собственной головой. Глыбы из камня, железа и каких-то неведомых составляющих беззвучно рассыпались миллиардом золотых искр.
- Ты драматизируешь, Эльсирин, - с насмешкой протянул Фламментайн. Шевельнув крыльями, он пролетел несколько метров по безвоздушному пространству, удивляясь собственной лёгкости. Тяжёлой туши, что стала тюрьмой для огненной сущности, как не бывало. Вернее сказать, сама она сейчас пребывала в отключке, раскинувшись на мокрых камнях и продолжала дымить распахнутой в небо пастью.
- До этого не дойдёт, - продолжал Дух, скользя вокруг Светлейшего, почти не взмахивая крыльями и оставляя за собой слабо светящийся  след. - Нам же тоже нужно где-то жить, так? На куче рассыпающихся камней это не слишком удобно делать.
С этими словами Фламментайн махнул в сторону парящих обломков.
- Так что почему бы тебе не перестать путаться под лапами и дать всему идти своим чередом? Выживут сильнейшие. Так было и будет.
В реальности же сомлевший Фламментайн лежал практически безмятежно - только подёргивались крылья, выдавая сон о полёте, и пасть, в свою очередь означая, что он крайне занят содержательной беседой. Более уязвимого состояния и не придумать, не говоря уже о том, что хвост с вечно вспыхивающим кончиком свешивался прямиком в воду.
А вот мысленно взывать он ни к кому не стал, ибо и без того был всецело уверен в собственной правоте. Привык как-то за пять с лишком тысяч лет к тотальному повиновению и даже вечная грызня на Советах была чем-то вроде спортивного развлечения. И Элтен - ох, Элтен, долго ещё будут припоминать ему (и не только) сотни загубленных драконов.
Да только что там.
Они - смертные.
Духи - нет.
И в этом разница. Лес рубят - щепки летят, и там, где сталкиваются интересы сильнейших мира сего, без жертв не обойдётся. И, продолжая оставаться всё таким же самоуверенным, Фламментайн навернул очередной круг вокруг Эльсирина.

+1

50

Уинифрид многое бы отдала, чтобы узнать, о чем же это беседуют два духа. К тому, что безвольно-спящие драконы именно беседуют, она пришла через минут пятнадцать размышлений на тему смысла лежащих без движения туш, наблюдая за раздувавшимися боками и чуть подергивающимися крыльями. Казалось, что Фламментайн пытается лететь в вязком киселе, а Эльсирин и вовсе завис в невесомости. И все-таки они двигались, пусть тела лишь пытались повторить движение мысли.
Но не во всем, конечно.
Мерзкий Пресветлый даже спящий ухитрился досадить Фрид. Зад драконицы онемел, а хвост почти не шевелился, что вряд ли послужит на благо при полете. Ну, ничего, один укус ядовитого хвоста ее не погубит, лишь добавит неприязни к перьевому типу, возомнившему себя великим реформатором. Сейчас она не может воздать ему должное, но если представиться случай…
А он обязательно представиться. Пусть не в огненном облаке Фламментайна. Но часть тела Духа, особенно главы – настоящая драгоценность в умелых лапах. А уж Уини сможет оные лапы найти. Это же касалось и Духа Огня. Драконица вовсе не была уверена, что этот тип отнесется к ней более благожелательно.
Сейчас же она оставалась на прежней позиции. Отчасти из-за любопытства. Понимая, что битва еще далека от завершения. Отчасти от онемевшего хвоста. Можно, конечно, убраться вплавь. Но когда это огонь предпочитал уходить по воде?

Отредактировано Уинифрид (25 Дек 2014 17:09:38)

0


Вы здесь » Империя драконов. Возрождение » Океан » Северное море